Миротворец. Планета Земля – великое противостояние. Книга первая - Михаил Хохлов

— Наша цивилизация со времен падения Адама развивается как технократическая цивилизация. Развивается кем? — Космократами. Они делают ставку на человечество для исполнения своих богоборческих планов. Посмотрите: все исторические цивилизации, приобретая знания и развиваясь, непременно терпят катастрофы, ибо отходят от божественных принципов. Постоянно происходит вкушение от дерева познания добра и зла, и постоянно это имеет плоды, а плоды эти — грех и смерть. — Отец Анатолий посмотрел на своего собеседника.

— Но ведь не все служители зла обмануты? Кто-то, вероятно, знает, что он служит антихристу? — задал вопрос Александр Иванович.

— Да, верхушка управления служит осознанно. Они служат, как они называют, «доброму богу». Им обещаны посты министров и правителей в новом человечестве; и их греховность настолько довлеет над ними, что они поклоняются Люциферу, разумея его «добрым и отзывчивым». Но они не понимают самого принципа того мира, который основан не на свободе, а на самом жестоком рабстве — рабстве страху, страстям и порокам. Там царствуют ненависть, гордость и строжайшая иерархическая дисциплина с неминуемой расплатой за нарушение греховных законов устройства падшего общества. Эти люди новых рас полностью будут марионетками в руках их хозяев, которые с начала сотворения человека его ненавидят, и если бы могли, давно бы уничтожили. Однако сегодня они поняли, что эффективнее использовать людей в своих целях, чтобы продлить свое падшее существование.

— Насчет этого я нисколько не сомневаюсь: темная сторона всегда идет путем разрушения и рабства, — согласился Александр Иванович. — Но Вы, отец Анатолий, рассуждаете с позиций христианства. А мировоззрение христиан таково, что все внешнее для христианства — зло. Приняв другую точку зрения, христианство потеряет свою сущность. Но если рассматривать христианство как систему ценностей, данную какой-то сверхвысокой цивилизацией… — отец Анатолий поморщился и с огорчением посмотрел на Александра Ивановича.

— Ну, простите, я не хочу Вас обидеть. Просто с позиций христианского учения действительно все вне христианства и вне Христа есть зло. Это понятно. Но посмотрите, искушения для подвижников христианства тем сильнее, чем более развит подвижник. Даже афонские монахи, живущие в строгом посте и молитвах, в аскезе, имеют видения как бы явлений Христа, ангелов. И, тем не менее, бывают обмануты злом. Получается, что злу, возможно, принимать высочайшие лики святости. Не есть ли это все более сложное и совершенное тестирование? — простите еще раз за такие слова, я просто не знаю, как выразиться. Ведь все это служит для достижения высочайшего духовного уровня, являясь системой усовершенствования человека? Может быть, добро и зло как раз, и созданы для усовершенствования человека, являясь частями общей системы его развития, двумя неразрывными половинками? Если это так, то получается, что и падение человека, и вся дальнейшая его история — все это было задумано изначала и является высочайшей сверх продуманной системой развития людей. И можно считать, что нехристиане развиваются и совершенствуются по другой системе. Пример — индуизм или буддизм, или даже самый примитивный шаманизм.

— Давайте не будем рассматривать небиблейские религии. До Христа ветхозаветные люди творили такое, что с позиций христианства это — чистейшей воды… Не знаю, как и назвать! С благословения богов, да и ветхозаветного библейского бога, уничтожались народы, по благословению истреблялись города, вырезалось население! В Библии сказано, что ветхозаветные законы были даны для неразвитых, не просвещенных людей. — Так ведь быть буддистом или индуистом до Христа — не означало обязательно поклоняться злу, но это не обязательно и добро… Просто у человека не было полноты света. — Вставил о. Анатолий и выжидательно посмотрел на Александра Ивановича.

— То, что христианская религия — высочайшее спасение человека, — это совершенно верно. Конечно, я понимаю, что это основано на вере во Христа. Продолжил Александр Иванович.

— Вот именно! — с удовлетворением подтвердил отец Анатолий. — И еще я хочу привести вам пример. Когда в Японии проповедовалось христианство, 200000 японцев приняли Христа. И тогда буддисты, и другие язычники стали распинать христиан, вдоль дорог было множество распятых японских христианских мучеников. Индия тоже не приняла христианство. Как вам это? — вопрос был болезненный.

— Да, все христианство замешано на крови мучеников и исповедниках Христа, особенно раннее христианство. Но ведь это так и было предопределено с самых первых христианских общин. Христианство отменило человеческое жертвоприношение, которое было распространено в языческом мире. Но сами христиане — жертвы, причем добровольные жертвы. Человек, становясь христианином, приносит себя в жертву сам, а орудием жертвоприношения выступают язычники. Причем они порой как бы прямо должны выполнять миссию палачей. Путь за Христом — это жертва, это распятие, это смерть на земле. Даже в пророчествах о последних временах сказано, что при приходе антихриста умерщвлены, будут и последние святые. Мне кажется, вся эта система — какая-то жестокая и мучительная для людей. — Александр Иванович перевел дух и продолжил:

— По учению Церкви перевоплощений нет. Бог творит каждую душу в момент зачатия человека. Бог создает тело, душу, дух каждого человека. Почему же грех первого человека распространяется на вновь созданное творение, которое изначально чистое и безгрешное? Ведь душа новорожденного младенца безгрешна и чиста. Почему после рождения она должна мучиться за чужой грех? Справедливо ли это? Нет! Следовательно, Адамово грехопадение исказило всю структуру человека. Если человека создал Совершенный Бог, то как, будучи Совершенным, Он создал несовершенное творение? Или, может быть, человека создал бог, который сам был создан и сам был созданием несовершенным? И по этой причине человеку теперь надо совершенствоваться во времени?

Отец Анатолий медленно перебирал четки, затем ответил:

— Чистая душа, вселяющаяся в тело, отравляется смертностью этого греховного мира, который был поражен первым человеческим грехом. Дети рождаются чистыми, и только с возрастом теряют эту чистоту, научаясь от общества и принимая грехи рода. И потом: смерть человека на земле не является для Бога чем-то бесконечно трагическим, хотя он и безмерно скорбит о грехе человека, жизнь души не заканчивается смертью человека на земле.

— Но ведь это для Бога! А для человека смерть — это самое ужасное, что может быть. Мы-то мучаемся, страдаем и не хотим смерти! И потом — это ничего не объясняет. На мой взгляд, яснее, если под первым грехом понимать изменение человеческого восприятия мира эмоционально добавил Александр Иванович.

— Вот чтобы прекратить эти мучения и страдания, и был послан Сын Божий. Дабы вывести человека из страданий. Сказано: как через Адама было падение, так через Христа — спасение и избавление человека от греха, — продолжил мысль священник.

— А не является ли познание добра и зла от плодов райского дерева как бы точкой, обозначающей изменение человеческого мышления, получение им логики и интеллекта, которого он до этого не имел? Ведь если Адам был свободен и знал, что такое добро и зло, но не имел в раю свободы выбора, не имел опыта в делании добра и зла, то это была какая-то не полная свобода. Даже если понимать под свободой следование своей божественной природе. Адам до грехопадения не совершал никаких усилий по преодолению зла, и только после того как он получил полную свободу выбора, разрывая с Богом, он уже своими силами и, несомненно, с помощью Бога преодолевает добро и зло и становится богочеловеком. И потом в первой части библии бытия не сказано, что человек создан с грехом, а этот грех появляется только потом, когда уже Господь творит тот ли это бог. Вообще мне кажется, в Библии не все просто и под Бога Творца порой как бы это выразить. В общем, там выступают несколько богов.