Владыка ледяного сада. Носитель судьбы - Ярослав Гжендович

В голове его что-то щелкнуло, словно бы за глазными яблоками, но он не заметил ничего особенного. Только когда присмотрелся внимательней, увидел зеленый проблеск, свечение где-то между бревнами и каменными блоками стен, отсветы по земле, будто кто-то рассыпал горсть фосфора. Именно так: горсть. Не больше.

Остатки ворот – трухлявая обгорелая дыра между прокопченными стенами – росли на глазах. За ними маячило уже подворье, вымощенная камнем площадка, окруженная руинами. Царила тишина, прерываемая лишь свистом ветра среди балок, далеким шумом волн и карканьем воронов.

Что-то мелькнуло на краю зрения. Быстрое, посверкивающее, как гигантский светляк, тянущий следом хвост фосфоресцирующего огня. Мелькнуло и исчезло.

– Хорошо. Когда скажу, просто призови это.

– Чего? Это как?

– Когда увидишь большую концентрацию этой магической фигни. Притяни ее ко мне. Как на драккаре из головы дракона.

– А если не удастся?

– О, тогда ты очень просто все поймешь. Увидишь финальные титры и услышишь помпезную музыку.

Он ступил на трухлявые бревна над заросшим рвом, которые некогда были помостом, но тут что-то мелькнуло среди руин с другой стороны. Снова движение и слабый фосфоресцирующий отсвет.

Драккайнен облизнул губы и тихонько свистнул сквозь зубы.

И тогда услышал шипение.

Мерзкое предупреждающее шипение, как от огромной змеи. А потом будто стук деревянной трещотки.

Или хохот гигантского змея.

Он развернулся на согнутых ногах, поднимая один клинок, а второй выставив вперед.

– Добрый день, Грендель, – сказал. – Мы как-то уже виделись.

Тварь показалась ему крупнее, чем та, что была на научной станции: с серой, лоснящейся кожей, покрытой зеленоватыми пятнами, будто гниющее мясо, но, как и та, скалила ряды остроконечных игл-зубов и топорщила гребень редких шипов, похожих на дикобразовы. Снова засмердело рицином.

А потом он услышал длинное шипение за спиной, которое тоже закончилось отвратительным стуком костяной трещотки.

– Ты привел братишку, да?

Тварь угрюмо смаргивала узкими гляделками, похожими на фосфоресцирующие язвы на овальном, лишенном шеи корпусе, двигая раздувающимся, как шарик, горлом. Светилась гнилым сиянием магии, которая окружала ее сверкающим бриллиантовым туманом. Губы ее растягивались в пародии улыбки, выставляя палисад зубов, из пасти высунулся скользкий язык, с которого капала желтоватая слизь, – он походил на огромного слизняка; язык тут же треснул на кончике, показывая толстое, с палец, жало, будто грязно-желтый кристалл.

Сперва прыгнул тот, что стоял сзади, а долю секунды спустя следующий. Раздалось кваканье и яростный вопль Драккайнена, клинки завыли, как двойные винты стартующего вертолета. Он присел и рубанул, кувыркнулся по земле и рубанул снова, вывернулся и рубанул опять. Клинки рвали воздух в диком малайском танце.

Длилось все, может, пару секунд.

А потом он очутился в низкой позиции, спиной к воротам, со скрещенными перед собой палашами. Из ряда узких ранок на плече и груди текла кровь, но действия яда он не чувствовал. Кожаная блуза висела на нем клочьями, будто он ползал по куче колючей проволоки. Обе твари были теперь спереди.

Одна отряхивалась, как бульдог, теряя хлопья желто-кровавой пены, вторая передвинулась вбок, шипя и переваливаясь, как утка.

– Вуко!.. – крикнула умоляюще Цифраль. – У тебя нет и шанса без ускорения.

– Не сейчас… – процедил он. – Пока нет… А то все испортишь.

Грендели одновременно зашипели и раскинули лапы.

Сейчас прыгнут, подумал он. Именно так. Схватят когтистыми лапами. А потом – насыщенные рицином клыки и это паскудное жало. Пригодился бы боевой режим.

Он сделал осторожный шаг назад, на двор, ощущая, как руки его наполняет огонь. Тот медленно стекал по плечам до ладоней, пальцев, до самого кончика клинка. Кровь из неглубокой раны на голове текла по лицу горячим вязнущим ручейком. Толстыми, густыми каплями, как воск по свече.

Еще один шаг.

Грендели затрещали один к другому, будто советовались, но потом опустили лапы.

Они стояли на подворье. Один сидел на корточках на стене, второй – на торчащей под углом обожженной балке, еще двое стояли по обе стороны от Сильфаны. Полуголой, в одной порванной рубахе, с волосами, залепленными кровью. Запястья ее были связаны и приторочены к ремню, что окручивал ее в поясе. На шее ее было две петли, а стоящие по сторонам Змеи слегка натягивали их. На камнях лежало еще одно тело, тщательно опутанное собственным синим плащом и оплетенное веревкой, с мешком на голове.

Варфнир.

– Кинь мечи и подойди к нам, – сказал тот, что сидел на стене, с лицом, скрытым капюшоном.

– Приди и возьми их сам, – процедил Вуко притворно спокойным, опасным тоном.

– Кинь оружие, а не то мы ее задушим!

– Я сдамся, – сказал он, – но вы сперва покажете, что она жива.

Сидящий на стене махнул рукой, стражники ослабили ремни. Сильфана кашлянула, а потом прыгнула на одного из них и попыталась его пнуть босой ногой. Не сумела.

Второй дернул за аркан, и девушка с размаху села на задницу, а потом свалилась на камни. Еще один Змей рывком сдернул мешок с головы Варфнира и вытащил ему кляп.

– Убей их, Ульф! – крикнул Варфнир и получил пинок в голову.

– Ладно, – сказал Драккайнен. – Теперь освободите их. Я останусь. Когда увижу, что они выходят за тотемы и им ничего не угрожает – брошу оружие. Сможете забрать меня к королю Змеев или убить и привезти ему голову.

– А кто ты такой, чтобы хотеть? Ты пришел сюда, только это нам и было нужно. Отчего бы нам не убить тебя сейчас?

– Подумай, – сказал Драккайнен. – Это из-за меня ваш великий вождь Аакен мочится ночью. Это при мысли обо мне он просыпается в слезах. Полагаешь, что сумеешь меня убить? Я Ночной Странник. Я возвращаю миру равновесие. Я только что порвал в клочья Багрянца и его людей. На мне все еще их кровь и жир. Не играй со мной, парень. У тебя один шанс: отпустить этих людей. Тогда я брошу оружие.

– Отпустить их, – коротко обронил главарь. – Но сперва позовите гончих. Пусть встанут рядом с ним.

Обе твари при звуке костяной пищалки скользнули на подворье и присели по обеим сторонам Драккайнена, шипя и клокоча, топорща шипы и рассеивая вспышки магии.

– Мы не уйдем! – крикнула Сильфана. У нее был подпухший глаз и несколько неглубоких ран, но кровь уже подсохла. – Убей эту падаль! Убей их!

– Свалите, da piczki materi! – заорал Драккайнен, видя, что Варфнир тоже начинает бурчать. – Давайте! Бегом! Там вас ждет Спалле. Ступайте отсюда. И не оглядывайтесь. Не смотрите в эту сторону. Так нужно. Вы обещали слушаться. Ни слова! Вперед!