Юноша с татуировкой лотоса - Ярослава Лазарева

— Здравствуй, — сказал он. — Меня зовут Лей.

— Ксия, — робко ответила она.

Лей улыбнулся и протянул девушке “цзунцзы” — пирамидку из клейкого риса, завернутую в бамбуковый лист. Она поблагодарила и взяла, опустив в смущении глаза. Парень так растерялся, что не знал, как продолжить разговор. Ксия ему не просто понравилась, он ощутил, как любовь разогревает его сердце. И это внезапное чувство заставило его онеметь. Девушка также не отличалась разговорчивостью. А тут еще прибежали подружки с ярмарки и начали хвастаться перед ней купленными обновками. Лей незаметно удалился.

После праздника девушка вернулась домой, но уснуть не смогла. Перед глазами стояло красивое лицо юноши.

Прошла неделя, но влюбленные так и не встретились, хотя думали друг о друге постоянно. Лей растерял всю свою уверенность, ему казалось, что девушка не обратила на него никакого внимания и искать ее бесполезно. А Ксия ждала, когда Лей придет к ней. А так как он не появлялся, она решила, что безразлична ему.

Июньские ночи короткие и жаркие. И вот как-то Ксия не могла уснуть до самого рассвета. Едва солнце встало, она вышла на улицу. Девушка спустилась с высокого берега реки Хэ, на котором стоял ее дом, вниз к воде и пошла к небольшому затону. Там росли розовые лотосы, гордость их деревни. Это были крупные роскошные цветы, совершенные в своей божественной красоте.

Ксия приблизилась к затону и залюбовалась волшебной картиной. Воды видно не было, ее застилал ковер из начинающих раскрываться розовых цветов. Ксия склонилась к ближайшему к ней лотосу. Она погладила его атласные лепестки, чуть раздвинула их и шепнула внутрь имя любимого.

И лотос вдруг раскрылся до конца. Из его сердцевины понеслось нежнейшее: “Лей, Лей, Лей…” Ксия вздрогнула и легко сжала лепестки поющего цветка. Но он не умолкал. И откуда-то с другой стороны затона ему словно ответили. Девушка услышала свое имя, ласково пропетое лотосами.

— Лей, Ксия, — поочередно повторяли цветы, покачивая головками.

И девушка увидела, как по берегу к ней спешит ее любимый. Лей подбежал и схватил ее за руки.

— Я шепнул твое имя в лотос, — признался он. — И тут услышал свое.

— Это я шепнула его, — тихо ответила Ксия.

— Я всю ночь не спал, думал о тебе. Вот и пришел к лотосовому озеру…

— Но ведь по обычаю шепчут в сердцевину цветка имя любимого, — сказала Ксия и покраснела, поняв, что выдала себя.

— Да, я знаю, — ответил он и взял ее за руки. — Я люблю тебя, — признался Лей.

— А я тебя, — ответила она.

Они поцеловались. А лотосы все пели их имена, соединяя их навечно».

Ксения, напитавшись энергией, была полна силы. Она приобрела способности, свойственные лиу, и начала их осваивать.

— Мы можем легко перемещаться в пространстве, — сообщила Мара, когда они вернулись в комнату.

— И я сейчас способен на такое, — сказал Илья.

— Значит, нам ничто не мешает прыгнуть прямиком на остров Хенга, — возбужденно заметила Ксения.

— Легкомысленный поступок, — встряла Ксиаоли. — Вы же сами только что толковали о неизвестной вам защите демона от вампиров лиу.

— Но у меня просто руки чешутся! — агрессивно произнесла Ксения. — Он прирезал меня, не моргнув глазом, словно я курица на рынке. А ведь я человек, вернее, была им, — тихо добавила она.

— Да ладно, не огорчайся, — как можно более беззаботно сказал Илья, — ты и осталась человеком. Кровь пить не надо, людей убивать не надо, к тому же ты можешь есть обычную еду, спать по ночам. Всего-то и различие, что сосешь демоническую энергию. А демоны — это зло!

— Не всегда, — заявила Мара. — Они бывают как добрые, так и злые. Но все имеет свое развитие. Так и Хенг был рожден из ноздри Хунь-Дуня, но во что превратился! А вот добрый демон может стать духом-хранителем.

— Как я понял из рассказов Юи, у Хенга лишь одна идея фикс: он тысячелетиями гоняется за любовью, — задумчиво проговорил Илья. — Он даже будто страдает от того, что не может испытать это чувство. Именно из-за этого он нашел Жемчужную, ведь они являются эталоном чистой божественной любви. Хенг рассчитывал, что ее энергия передастся ему и все получится. И он считает себя ущербным. А с его самолюбием и самовлюбленностью это пытка. Он спит и видит стать равным богу.

— Не жалко! — сухо произнесла Ксения. — Так ему и надо! И смерть ему!

— Понятно, — сказал Илья, настороженно глядя на девушку.

— Знаю, я сильно изменилась, — сказала она. — Но я хочу высосать из него все соки, это желание сильнее всего, оно затмевает мне разум и превращается в невыносимую жажду, как только я вспоминаю Хенга. И готова немедленно перенестись на его остров.

— Для начала переместимся на Ляньдао, — предложила Ксиаоли. — Это будет осмотрительно.

— Согласна! — ответила Мара. — Илья встретится со старейшинами твоего племени. И, исходя из результатов их переговоров, мы будем решать, что делать дальше. Разобьемся на пары? Я прицеплюсь к Илье, а Ксения — к солонгою. И вы четко выведите нас на Ляньдао. А то я там ни разу не была и с трудом представляю место, куда нужно телепортироваться.

— Лучше я с Ильей, — сказала Ксения.

— Хорошо, если тебе так удобнее. Поехали?

Мара улыбнулась и глянула на притихшую Ксиаоли. Та поморщилась, но соскочила со стула и на бегу обратилась в зверька. Солонгой прыгнул на руки Мары, и они исчезли.

— Ты пробовала перемещаться в пространстве? — спросил Илья.

— Когда бы я успела? — нервно ответила девушка.

— Нам нужно как-то синхронизироваться, — задумчиво произнес он. — С солонгоем было проще, он забирался ко мне в рюкзак. Но ты явно туда не поместишься, — с улыбкой добавил парень.

— Обнимемся? — предложила Ксения.

— Придется, — ответил Илья. — Я сейчас представлю свой номер в отеле на Ляньдао. Вообще, это дело нескольких секунд. Ты сосредоточься и закрой глаза. И мы окажемся там.

Девушка прижалась, обхватив его руками за талию, и затаила дыхание. Илья восстановил в памяти картинку своего номера, четко представил, как сидит на кровати, а рядом — Ксения. И вызвал нужное усилие…

Он открыл глаза и вздрогнул. Это был не номер отеля, а деревенский дом. Илья сидел на деревянной кровати, застеленной цветастым стеганым покрывалом явно ручной работы. Под ногами лежал домотканый половик, низкое окошко прикрывали ситцевые занавески в цветочек. На широком подоконнике стояли горшки с пышно цветущей геранью. В комнате было необычайно уютно, чисто и пахло засушенными лесными травами, полевыми цветами и ароматными яблоками. Большое блюдо этих спелых красных плодов стояло на комоде.

— Это что, номер в китайском отеле?! — услышал он изумленный голос Ксении.