Имперская мозаика - Олег Маркелов

— Черт! Должен быть какой-нибудь выход.

— Выход? Выход есть всегда. Например, застрелиться. Но в ваши двадцать три года об этом рано думать. Никто не застрахован от ошибок. Ваш покойный отец, мир его праху, тоже совершал ошибки. Только он эти ошибки умудрялся просчитывать и, соответственно, был готов к ним. Вы, похоже, просто просчитались. Мы приватно общались с финансовым директором. Он не видит иного выхода, как пойти на мировую и отдать и незапущенное производство, и саму компанию. Иначе мы не сможем погасить долг. В этом случае вы хотя бы останетесь на свободе, имея возможность начать все заново.

— Что, другого варианта нет?

— Есть, чисто теоретический. Вы еще можете за эти две недели привлечь инвесторов и благодаря им погасить текущие долги. Но, как вы, наверное, понимаете, инвесторов нам в данной ситуации не найти. Нас обложили, как медведя в берлоге. И на этот раз силы слишком неравны.

— Ладно. Спасибо. Вы свободны. Мне нужно хорошенько подумать над всем этим. Быть может, я все же найду выход. — Томас поднялся, пожал на прощание руку старому юристу, а затем ткнул клавишу селектора. — Танка, холодный чай, пожалуйста.

В кабинете было явно душно. Похоже, система климатического контроля барахлила. Лакаскад чувствовал, как катится между лопаток липкая струйка пота. Он выгнул спину, промакивая ее рубашкой.

Дверь тихонько отворилась, и вошла секретарша с подносом, на котором стоял запотевший стакан. Томас любил выпить в жару стаканчик этого тонизирующего напитка. К тому же изготовление его не требовало ни много времени, ни каких-либо сложных ингредиентов. Заваривался любимый Томасом черный крупнолистовой чай с Антара, имевший терпкий вкус. В него добавлялся лимонный сок и сахар. Затем все это охлаждалось в холодильнике. Перед тем как налить чай в высокий узкий стакан, к полученной смеси добавлялась холодная газированная вода. После этих нехитрых действий напиток был готов к употреблению.

Лакаскад сделал большой глоток и вдруг почувствовал прикосновение нежных рук к спине.

— Я же уже говорил — нет! — Томас движением плеч стряхнул руки. — Я не хочу тебя обидеть, Танка. Ты великолепная женщина и наверняка чудесный человек. Ты достойна лучшего и найдешь его. А у меня есть любимая женщина, и мне не нужно никого другого.

— Тебе ведь плохо сейчас. Плохо, а она тебе не помогает. Я только хочу, чтобы тебе было хорошо. Позволь мне сделать тебе хорошо. Я не буду просить большего.

— Послушай, Танка… Пожалуйста… Не надо. Просто уйди сейчас. И давай больше не будем трепать друг другу нервы, возвращаясь к этому вопросу.

Секретарша повернулась и молча выбежала из кабинета.

— Дьявол! Только этого мне сейчас не хватало! — Лакаскад нечаянно опрокинул стакан, залив бумаги. Ему вдруг захотелось бросить все и оказаться рядом со своей женой. Он не стал даже прибирать на столе. Просто встал и вышел из офиса. Домой он несся как угорелый — без мыслей, без переживаний, с одним лишь желанием быстрее увидеть любимого человека.

Вот уже солнечный свет сменился искусственным освещением подземного гаража. Еще минута, и сверкающий лифт понес его через сотни метров металла, бетона и стекла. Входная дверь бесшумно скользнула в сторону. Оказавшись в холле, Томас хотел позвать жену, но вдруг услышал приглушенные всхлипывания, доносившиеся со стороны их спальни. Обеспокоенный, он прошел к спальне и замер в темноте коридора, пораженный увиденной картиной.

На их огромной супружеской кровати лежала, раскинувшись и счастливо, со всхлипываниями постанывая, его любимая жена. А над ней, покрытый капельками пота, ритмично двигался, хрипло дыша, Ронг. И запах… Тот запах, что почувствовал Томас, не поняв, несколько дней назад в гостиной. Который чувствовал, не обращая внимания, еще несколько раз… Запах бурного, изнуряющего секса.

Лакаскад попятился, не издав ни звука, и, развернувшись, вышел вон.

— Сука. Да пошли они все.

Он быстро спустился в центральный холл жилого комплекса и, выбравшись наружу, побрел куда глаза глядят.

— Сука. Какая же ты сука!

Многочисленные прохожие изумленно озирались на нездорового вида молодого человека, бормотавшего проклятия. А перед его глазами стояли капельки пота, стекающие с мускулистой темной спины и падающие на нежный, подрагивающий в спазмах удовольствия живот его жены…

* * *

— Мне страшно. — Соя, словно маленький ребенок, прижалась к Стингрею. Они лежали на своей огромной кровати, и Майкл видел в глазах жены отражение низкой багровой луны, заглядывавшей в огромные окна спальни.

— Чего ты боишься? Здесь, на Загре, с тобой ничего плохого не может случиться. В Империи нет более безопасного места! — Он обнял женщину, успокаивающе гладя ее по голове.

— Я не боюсь, что случится что-то со мной. Просто весь наш милый, уютный мир трещит по швам. И еще твоя работа…

— Перестань. Моя работа ничем не отличается от множества других. Оказывается, быть, к примеру, исследователем — значительно опаснее.

На столе пискнул вызов коммуникатора. Стингрей, не зажигая свет, подхватил массивный браслет и прошел в свой небольшой, уютный кабинет. Не то чтобы он не доверял жене — просто сказывалась многолетняя привычка агента ЛСБИ при получении служебной информации максимально изолироваться. Тон сигнала говорил о звонке по служебной линии, и Майкл не надеялся на хорошие новости.

— Да… — Он включил стационарное переговорное устройство, и в углу возник Гаррет.

— Привет, Майк! Сожалею, что вынужден беспокоить тебя в столь поздний час. Надеюсь, не помешал?

— Да нет. Не напрягайся. Ты же не просто узнать, чем я занят, звонишь? — Стингрей, достав из ящика стола пачку сигарет «Парламент», щелкнул зажигалкой.

— Нужно срочно прибыть в точку сбора. Мне поручили тебе это передать. Похоже, у нас серьезные проблемы. Исчез «Улей», прикрепленный к Трионскому Пограничному Отряду.

— В каком смысле? — Майкл поперхнулся дымом и закашлялся, утирая выступившую слезу.

— В прямом. Был на связи — и нету. Сегодня на поиск направлен сторожевой пограничный корабль. Мобилизация подразделений мобильной пехоты Свободного Легиона уже завершена. Они уйдут на Трион завтра в полдень. Мы получили команду отправиться на расследование исчезновения «Улья» немедленно.

— Черт! Что творится с нашим миром. — Новость испортила вкус хорошего табака, и Стингрей загасил сигарету в пепельнице.

— Извини, что с плохими вестями. Так через сколько тебя ждать? — Гаррет бросил взгляд на наручный коммуникатор.

— Прямо сейчас собираюсь. Думаю, через час буду. Все, до встречи! — Майкл отключил коммуникатор и, подперев голову руками, задумался. Он помнил разговор в кабинете главного координатора 2-го Отдела ЛСБИ. Помнил показанную им карту с разноцветными маркерами. Стычки, исчезновения гражданских транспортов, нападения на мирные города или базы — все это было объяснимо с учетом политики, которую проводило в последнее время правительство провинции Трион. Но боевой корабль-матка — не гражданский сухогруз. Это одна из наиболее мощных единиц флота.