Спецназ времени - Олег Таругин

На просмотр отчета Рогову хватило десяти минут. Хотя бы просто потому, что заключение научников вполне соответствовало его собственному вердикту: почти восемьдесят девять процентов информации касалось технологий постройки гипердрайва и теории прыжков через подпространство. Остальные одиннадцать — практически бессистемно надерганные из архива ЦУОСа сведения в области научно-технических открытий, истории, пространственной навигации и прочей лабуды. Эдакая солянка из практически никак не связанных между собой достижений и ошибок человечества за прошедшие два столетия. Значит, все-таки операция прикрытия, как он, собственно, и думал. Ага…

Операнг пружинисто поднялся из кресла и прошелся по кабинету, куда его незадолго перед этим перевел для работы контр-адмирал. Помещение было небольшим, метра три на четыре, зато с широким окном, выходящим в занимавшую территорию Центра лесопосадку. Которая, правда, с некоторых пор навевала на Виталия отнюдь не самые приятные воспоминания. Ночной взрыв, тряска под днищем грузового кара, марш-бросок через лес, уютное кафе и поджидавшая на соседней улочке группа захвата. Насыщенный вышел денек, нечего сказать.

Что ж, вот теперь можно и поразмышлять, благо информации достаточно. Если окончательно отбросить версию о прогрессорстве и подробнее рассмотреть вторую, о сотрудничестве с неким инопланетным разумом, то получается, все, что ему для этого нужно, — технологии постройки гиперпривода и ЦЕРН, так, что ли? Что ж, глупо игнорировать подобные намеки. Как, впрочем, и тратить драгоценное время на попытки самостоятельно разобраться в чуждых ему материях — вряд ли копание в недрах всемирного информаториума всерьез ему чем-то поможет. А значит…

Опустившись обратно в кресло, Виталий активировал перешедший в режим ожидания терминал и вызвал Аверченко:

— Сергей Николаевич, мне нужен в помощь кто-нибудь из научников. Может, я и сам бы разобрался, но не хочется терять времени.

— Еще что-то накопал? — немедленно насторожился контр-адмирал, но операнг лишь пожал плечами, хоть собеседник и не мог видеть этого жеста:

— Возможно. Объясню позже, хочу еще кое-что выяснить, а для этого как раз и нужны ваши спецы из научного отдела.

— Принято, — не стал спорить тот. — Сейчас пришлю тебе толкового человечка. Доклад — сразу, как что-то поймете. Да, не знаю, как это связано с нашими делами, и связано ли вообще, но связи с объединенным штабом Флота нет. Все, Рогов, отбой, — ничего более не объясняя, Аверченко первым разорвал соединение.

Обещанный контр-адмиралом специалист появился минут через десять. Научником, к удивлению Рогова, оказался здоровенный, под два метра ростом, короткостриженый парень лет тридцати, куда более походящий на космодесантника с рекламного плаката вербовочного пункта, нежели на сотрудника научного отдела. Единственной не соответствующей внешнему виду деталью были узенькие старомодные очки в золотой оправе.

— Гельмут Пабст, — весело пробасил здоровяк, первым протягивая широкую ладонь. — Меня Сергей Николаевич прислал, впрочем, вы в курсе.

Рукопожатие оказалось крепким, и Рогов усмехнулся про себя: похоже, с этим парнишкой они определенно сработаются. Тут, можно сказать, Армагеддон не за горами, а он лыбится, словно джекпот в лотерею Галактического кредита сорвал! Нет, точно сработаются. Он неожиданно понял, кого напоминает ему научник — немецкого ефрейтора со старинной черно-белой фотографии, виденной оперангом во время подготовки к одной из операций в середине двадцатого века. Схожесть была столь велика, что он едва удержался от желания спросить Пабста, не служил ли один из его далеких предков в вермахте.

— С чего начнем? Я так понимаю, у вас есть определенные догадки?

— Угу, есть, — Виталий приглашающе кивнул в сторону кресла. — Собственно, меня интересует только одно — какая может быть связь между научным центром по ядерным исследованиям из позапрошлого века и всеми теми данными по гиперпространственным прыжкам, что наш общий знакомый прихватил с собой. Вы понимаете, о чем я?

— Более чем, — неожиданно серьезно ответил Пабст, убирая с лица улыбку. — Гм, мы об этом как-то не подумали. В смысле, не подумали о том, что эти данные могут быть как-то связаны между собой, — пояснил он, увидев на лице операнга непонимание.

— Разрешите, — он уселся за терминал (кресло жалобно всхлипнуло). — Если вы не против, я кое-что проверю. Не уверен, но вроде в начале двадцать первого века была некая теория, связанная с гиперпространством… ошибочная, правда. Сейчас…

Стоящий за его спиной Рогов успевал схватывать лишь отрывки текста из открываемых информационных окон: «большой адронный коллайдер… Франклин Фербер… скорость, превышающая скорость самих элементарных частиц… вероятное преодоление скорости света… принцип Гилберта-Фербера… релятивистские частицы… эффект отталкивания сверхбольшой массы…»[7]В общем, хорошо, что он не стал самостоятельно лезть во всю эту научную муть — все равно ничего б не понял. А так, глядишь, и разъяснят, что к чему, если смогут. И если он поймет, соответственно.

Не желая мешать, Виталий подошел к окну, разглядывая открывающуюся перспективу, ставшую уже до боли знакомой за несколько последних дней. Наконец, научник обернулся к нему:

— А знаете, вы в какой-то мере правы. Не знаю, что именно вы имели в виду, но…

— Я имел в виду только одно — связь между ЦЕРНом и нашим беглецом, — не слишком вежливо перебил его Виталий. — Насколько понимаю, вы что-то нашли?

— Да, можно сказать нашел. Еще до первого в истории запуска коллайдера существовала теория, выдвинутая Франклином Фербером, который переосмыслил предположение немецкого физика Гил…

— Гельмут. — Несмотря на то что «опер» симпатизировал научнику, на сей раз он по максимуму добавил в голос холода. — Давайте… давай без предысторий и ненужных подробностей. Боюсь, на это просто нет времени.

— Ладно, — похоже, Пабст и сам был рад подобному развитию событий. Как и возможности перейти на «ты». — Короче, в начале двадцать первого века, буквально перед пробным запуском большого адронного коллайдера ЦЕРНа, один американский физик выдвинул теорию о возможности путешествий за пределы Солнечной системы при помощи…

— Стоп, — на сей раз, голос Рогова звучал мягко — перегибать палку он не собирался: — Мне нужно знать только одно: есть ли связь между гиперпространством и тем местом, куда он так стремится? Простой ответ — да или нет?

Пабст усмехнулся:

— Нет. Собственно, я просто до этого не дошел. Конечно, это не совсем научно, но в упрощенном смысле теория о том, что ускоритель частиц можно превратить в гипердрайв, абсолютно безосновательна. По крайней мере, в привычном нам понимании. Но вот с другой стороны, при внесении в его структуру некоторых изменений, коллайдер и на самом деле можно рассматривать как некое отдаленное подобие приемопередающего контура для погружения в подпространство. С одним только «но»: единственным, к чему приведет эта попытка, станет гибель планеты.