Школа для одаренных «Красный закат» - Екатерина Богданова

– Ух ты! – выдохнула Мисси. – Бежим, надо рассказать всем!

И схватила меня за руку, потянув в сторону зала.

– Да подожди ты, – уперлась я. – Что это такое?

– Магия, Лера! Это магия! – подпрыгивая от радости, запищала подруга. – Она почувствовала появление проводника и вырвалась наружу! Бежим, надо срочно искать сосуд, пока магия опять в землю не ушла!

Лично я энтузиазма подружки не разделяла, но не скажешь же ей, что по мне, так пусть эта магия возвращается, откуда пришла. Не поймет. Для них возвращение магии – это знаменательное событие, а вот для меня… А не знаю, чем это для меня обернется. И спросить не у кого.

Спасение пришло, откуда не ждала. В другом конце коридора показалась мужская фигура, в которой по мере приближения я узнала Дорна.

– Скучаем, девочки? – спросил он, присоединяясь к созерцанию творящегося за окном светопреставления. – О! Как весело сегодня на фамильном кладбище, – прокомментировал он увиденное.

– Ты что! Это же магия вернулась! – от волнения забыв про свою обычную стеснительность в присутствии мужчин, воскликнула Мисси.

– И что? – пожал плечами Дорн. – И не вернулась, а высвободилась. Она никуда и не девалась, спокойненько, вместе с покойничками, в земле лежала.

– А теперь она здесь! – не унималась Кнопка. – Прямо тут! – указала она на окно. – Нужно только принять и передать. У нас же теперь сосуд есть!

– «У нас»? – выделив интонацией, с усмешкой спросил маг.

– Ну, у всех нас, у магов, – стушевавшись, пояснила Мисси.

Дорн почему-то посмотрел на меня, опять усмехнулся и медленно, растягивая слова, проговорил:

– Сосуд есть, да, но он в принципе не может кому-то принадлежать по той простой причине, что это не вещь, а человек. Живое, мыслящее, свободное существо, принуждать которое к чему-либо не имеют права даже сильнейшие из нас. Так-то, мелкая. Умерь свой пыл и дай, – опять взгляд на меня, – нашему сосуду прийти в себя от свалившегося на него счастья.

Последнее было произнесено с явной иронией. Если уж даже Дорн считает обретение свойств проводника сомнительным счастьем, то что говорить про меня? Никому не буду рассказывать, обойдутся. Только что-то тревожат меня эти взгляды со стороны мага. О чем-то догадывается или так, от нечего делать глазки строит?

– Дамы, позвольте проводить вас, – прервал задумчивое молчание Дорн, предлагая нам руки.

Мисси в последний раз посмотрела в окно, горестно вздохнула и, смущенно покосившись на парня, осторожно взяла его под локоток. Я тоже бросила взгляд на носящиеся, – похоже, над кладбищем, – яркие сгустки света, мысленно ужаснулась от перспективы пропускать их через себя и кому-то передавать и уцепилась за второй локоть мага.

– Веди нас, Сусанин, веди нас, герой… к светлому будущему! – продекламировала, на манер дедушки Ленина указывая направление рукой.

На меня посмотрели как на не совсем здоровую на голову личность, и я сочла нужным просветить друзей:

– Проводник такой был, Сусанин, любил экскурсии в один конец организовывать.

Взгляды не стали более понимающими.

– Не обращайте внимания, – отмахнулась я. – И пошли уже, я есть хочу.

И мы пошли. Дошли до зала, но не вошли. Дорн остановился, придерживая меня, и заявил:

– Поговорить надо.

Я понимала, что надо. Интересно же, смог он помешать Болли и Шарро окончательно меня разоблачить или нет.

– Иди, я через пару минут присоединюсь, – улыбнулась подруге.

Мисси смерила меня взволнованным взглядом, настороженно покосилась на Дорна и, розовея от собственной смелости, тихо произнесла:

– А как же его высочество? Он же тебя искать, наверное, будет.

– Пусть ищет, – хохотнул Дорн. – Можешь даже рассказать ему, что его невесту коварно похитил бесчестный негодяй в моем лице.

И бровями поиграл, залихватски-угрожающе так. Мисси улыбнулась, мгновенно успокоилась и впорхнула в зал.

– Интересная девочка, – сопроводил ее уход комментарием Дорн. – На удивление светлая, не вписывается.

– Это ты ее просто плохо знаешь, – усмехнулась я.

– Все может быть, – задумчиво ответил маг.

Встрепенулся, мотнул головой, будто отгоняя лишние мысли, и весьма кровожадно на меня посмотрел. Сразу понятно – будет пытать.

– А я такая голодная, – струсив, пожаловалась я. – Очень-очень!

Ну не заставит же он девушку страдать от голода из-за того, что поговорить не терпится?

Как оказалось, страдать от голода меня действительно не собирались заставлять, но зато решили предоставить богатый ассортимент других поводов для страданий.

* * *

Далеко мы не ушли – прошли чуть по коридору, и Дорн распахнул передо мной неприметную узкую дверь.

– Прошу, моя оголодавшая леди, – шутовски поклонился он, пропуская меня вперед.

– Только после вас, – пробурчала я, заглянув в помещение и совершенно ничего не увидев по причине абсолютной темноты.

Нет уж, пусть сам туда первый лезет. А я еще подумаю, последовать за ним или тут в сторонке постоять, если вдруг что случится… Что могло случиться? А я понятия не имела, но в одном за эти дни убедилась точно – здесь все как-то неправильно. Коты у них полупрозрачные, гигантские и безмерно наглые, последнее от хозяев перенимают, не иначе; над фамильными кладбищами, как привидения, носится магия; девушкам дарят пропитанные ядовитой магией колюще-режущие украшения, а в школах проводят сомнительные ритуалы. Законы логики, да и физики тоже, маги благополучно задвинули, вытворяя невообразимые, в принципе невозможные вещи. Так что я уже не особо и удивилась бы, окажись темнота, к примеру, живой и агрессивной.

Но Дорна непроглядный мрак не смутил. Он только хмыкнул, одарив меня снисходительным взглядом, и вошел в комнату. Тут же под потолком вспыхнул магический осветительный шар, и я убедилась, что ничего страшного в помещении нет. Сначала я подумала, что это кладовая. Почти вся комната была загромождена столами, да-да, теми самыми, самобраными. Но, оглядевшись получше, поняла, что это некое подобие кухни, только без продуктов. У одной из стен стояло несколько больших чанов с проточной (вот кто бы знал, как в отдельно взятой емкости такое возможно?) водой. Остальные стены были заставлены огромными посудными шкафами от пола до потолка. Ага, мойка. Пусть и непонятно, где и как готовится пища, но хотя бы посуду тут моют относительно классическим методом, с применением воды, да!

– Присаживайся, – вежливо предложил маг, с легкостью одной рукой снимая стол с нагромождения временно сваленной тут мебели из обеденного зала и приставляя к нему стул. Второй стул он повернул спинкой вперед и оседлал, когда я устроилась за столиком.

– Ну и? – спросила я, сложив ручки на коленях и выжидательно уставившись на него.