Мы своих не бросаем - Владимир Сухинин

– Не положено.

– Что? – оторопела Гаринда. – Что не положено?

– Не положено вас оставлять, госпожа губернатор, – со скрытой издевкой произнес охранник. – Я на посту, мидэра.

– Что?! Что ты сказал, скотина! – Гаринда в бешенстве кинулась на охранника и попыталась расцарапать ему лицо, но тот ловко юркнул ей под руки и, обхватив ее сзади, удержал.

– Мидэра Швырник, – прошептал он ей на ухо. – У меня приказ. Я не могу его нарушать. Кроме того, в офисе никого нет, все бросили работу и ушли.

Гаринда несколько раз дернулась, но безуспешно.

– Отпусти меня, – сдалась она и добавила: – Пожалуйста.

Охранник разжал руки:

– Идите в свой офис, мидэра. Придет Листиан и скажет, что делать.

– Он не придет, – расплакалась женщина, – его похитили.

– Кто похитил? – Охранник явно был не в курсе последних событий. – Откуда вы это узнали?

– Показали по новостному каналу только что, – продолжая плакать, ответила Гаринда и, обессиленная, вернулась в свой кабинет.

Карл осторожно приподнял плиту на уровень глаз и осмотрел кабинет. Он был целехонек. «Значит, они не смогли добраться сюда», – удовлетворенно подумал он и вылез.

Аккуратно опустил плиту, и то, что там был люк, простым глазом определить стало невозможно. Карл знал, что и сканером не обнаружишь подземный проход. Следом за плитой большой массив скалы запечатал этот проход. Он выглянул в коридор. Там двое лежали обгорелыми кусками, запеченные в бронекостюмах, остальные еще жили под действием препаратов из индивидуальных аптечек, но им срочно была нужна медицинская помощь. Он прошел мимо них к своему питомцу. Тот еще дышал, несмотря на то что у него была снесена половина черепа.

– Скоты, – прошипел Карл. Он заглянул в открытые глаза своего дикого друга. Между ними давно установилась ментальная связь, и боль, причиненная зверю, эмпатически передавалась ему. – Подожди, мой хороший, – погладил он его по окровавленной шее, – я сейчас.

Он вернулся в кабинет и достал из сейфа маленький флакон, который передал ему его милость. Он сказал, что, если Карлу случится быть при смерти, надо полить рану жидкостью и выпить содержимое. Карл, конечно, подарок принял, но не придал ему значения. Мало ли что взбредет в голову этому странному юноше. Но сейчас он почти молился на этот флакон. Бережно прижимая его к груди обеими руками, он поспешил обратно. Встал на колени.

– Я сейчас, малыш, – нежно прошептал он. – Потерпи.

Поднял отлетевший кусок черепа и приложил к голове зверя, потом зубами вытащил пробку и аккуратно полил рану. Появилась пена, и рана стала исчезать. У Карла перехватило дух. Вот это средство! С бешеной регенерацией!

Он вставил в пасть зверю горлышко флакона и стал понемногу вливать жидкость.

– Пей, родной, пей, – приговаривал он.

Зверь, слушая хозяина, вильнул хвостом и сделал глоток.

– Все! – Карл огорченно посмотрел на пустой флакон. – Больше нету.

Зверь еще раз вильнул хвостом и лизнул лицо Карла. Затем поднялся, отряхнулся, принюхался и зарычал.

– Все уже в порядке, – успокоил любимца Карл. – Пойдем вызовем помощь тем болванам, что пытались брать штурмом мой офис.

Вместе с медиками прибыл наряд полиции.

– Господин Штурбах, вы можете объяснить, что здесь произошло? – вежливо спросил офицер.

Штурбах был третьим по значимости лицом в княжестве после графа Швырника и его жены. Все они были аристократы и владели землями. Все они были назначены всесильным помощником княгини.

– Я хотел бы сам в этом разобраться, капитан, – ответил Карл. – Это люди Листиана Корданье. Они штурмовали мой офис в мое отсутствие и напоролись на систему обороны. Я прошу вас передать начальнику полиции, пусть он возьмется за это дело. И еще. Откройте делопроизводство о похищении графа Швырника. Я пока что не вижу в этих действиях политические или другие мотивы. Скорее всего, это уголовщина. У нас появились неучтенные мигранты, это я узнал недавно. Проверьте всех жителей колонии и этих двоих тоже. Я обещаю полиции свое содействие.

Офицер выслушал Штурбаха и приказал своим подчиненным вызвать сюда криминалистическую лабораторию, отвезти раненых в полицейский лазарет, погибших в морг и проверить по базам, кто они и откуда. Отдав распоряжения, он вновь обратился к Карлу:

– Господин Штурбах, вы позволите изъять записи с камер слежения?

– Без проблем, капитан. Мой секретарь окажет вам всю необходимую помощь.

– Спасибо, господин барон, мы будем очень признательны вам за содействие.

Карл кивнул, напоследок оглядел офис и ушел. В коридоре его догнал вызов по закрытой линии связи.

– Гаринда, – не удивился он. – Слушаю вас, мидэра.

Судя по голосу, Гаринда была сильно взволнована и близка к панике.

– Срочно приезжайте в мой офис, Карл!

– Хорошо, мидэра, через минут десять я буду у вас. – Он отключился и усмехнулся. – Припекло вас, госпожа губернатор.

Карл включил браслет гиперсвязи – дорогущий аппарат, позволяющий общаться в режиме полной секретности с абонентом, находящимся на коротких расстояниях, до одного прыжка. Перехватить, а тем более расшифровать этот сигнал было невозможно. Можно было бы при должной настойчивости выйти на промежуточный ретранслятор, но там любопытного ждала загадка Брыка. Через минуту Карл услышал голос Вироны:

– Карл, привет. Я слушаю.

– Привет, родная. У меня новости. Не думаю, что они для тебя будут приятными.

– Не надо за меня переживать, Карл. Говори, что случилось.

– В общем, дела обстоят так. Листиан полностью контролирует Гаринду. Он закрыл новостные каналы, арестовал кучу людей и устраивает допросы с пытками. Губернатор отключена от связи и внешнего мира. В колонии ширятся слухи. Новостные каналы то включаются, то выключаются, передавая картинки, порочащие ее. Все как ты спрогнозировала. Далее. В колонии объявилась третья сила. Они похитили сначала Брана, а теперь Листиана. Благодаря Гаринде у меня нет сил и средств что-либо предпринять.

– Я поняла, Карл, все пока идет так, как должно быть. Просто следи за ситуацией. Третья сила должна была активизироваться, иначе упустила бы свой шанс. Листиан лишь пешка. Ты куда сейчас?

– К мидэре губернатору, – невесело усмехнулся Карл. – Ее здорово припекло.

– Не жалей ее, Карл, это должно было случиться, при ее-то любвеобильности. Пусть заплатит сполна.

– Хорошо, дорогая, до связи. Целую.

– До связи, родной. Я тоже тебя целую.

Параллельный мир. Зона отчуждения

Несмотря на то что мы допивали вторую бутылку гномьего ядреного самогона, Жюль продолжал держаться на ногах.