Курсант - Андрей Архипов

– То Крез, то Буратино, то какой-то жалкий покоритель женских сердец… Кто-то жаловался, что у меня слишком буйная фантазия, а сам готовится к ролевым играм?!

– Па-а-азвольте! На что это ты намекаешь?!

– Разве я намекаю? Я практически готов совратить девушку прямо на ее рабочем месте!

– У тебя такие серьезные намерения?! Я то, наивная, думала, что ты хочешь подержаться за руки!

– Конечно! Но после твоих чудных пальчиков я перейду к поцелуям не менее волнующих запястий и так постепенно доберусь до твоего сердца… Кстати, почему четыре сольдо? Практически весь мой счет к твоим услугам!

– Все восемь кредитов?! Нет-нет, ты очень расточителен. Я не могу принять столь щедрый дар! Достаточно озвученной суммы, которую ты выручишь за свой обломок астероида!

– Так он стоит всего четыре энергокредита?! Да уж, на романтический ужин нам не хватит! Придется на все деньги купить колечко и преподнести его тебе вместе с предложением моей руки и сердца!

– Нет-нет, молодой человек, сектор трансплантологии на другом уровне, зачем мне в отделе переработки оторванные руки и внутренние органы, извлеченные из еще теплого мужского тела? Даже не предлагайте! А вот колечко с камушком…

– С самым крупным из тех, что смогу купить!

– Ха! Подозреваю, что поиск приведет тебя к этому же обломку астероида!

– А что, он маловат для тебя?

– Что ты, что ты! Мы же на уровне, где сила тяжести практически отсутствует! Возможно, я его даже приподниму!.. Ох, наверное, ты потратил впятеро больше от названной стоимости, чтобы только притащить его в наш цех?

– Ты попала пальцем в небо! На него я потратил абсолютно все свои сбережения!

– Я его не продырявила?

– Небо? Ты бы видела, какие там теперь звезды!

– Вот так вот! Даже романтическую обстановку приходится создавать нам, женщинам! А вы, мужчины, умеете лишь отвлекать нас от работы!

Лучистые глаза девушки сверкали от смеха, а морщинки вокруг них сводили Митьку с ума. Словесная пикировка лишь распаляла его воображение, и он забыл обо всем. И о челноке, подведенном к шлюзу причальной секции, и о деле, приведшем его сюда.

В чувство его привел дружеский толчок в плечо, чуть не сбивший с ног.

– Курсант, расстыковываемся! Надеюсь, ты еще не пропил свой камешек? Мы уже получили за него три миллиона и подписанные договора на передачу нам оговоренного оборудования! Скан я отправила по назначению, но сам объект необходимо еще доставить в лабораторию, и займешься этим ты!

– Да не проблема, доставлю… Сколько-сколько?!!

Проскочившая мимо Зинаида лишь бросила через плечо:

– Быстрее бери себя в руки! Нам еще грузовик принимать, а ты крутишь шашни со всеми подряд! С такими деньжищами ты подцепишь любую девку на станции!

С трудом отойдя от изумления, Митька попытался поделиться радостью со стоящей напротив него девушкой, но неожиданно столкнулся с брезгливой усмешкой на ее лице. Однако гримаса проявилась всего лишь на мгновение и почти сразу испарилась, будто ее и не было.

– Анечка…

– Простите, нам запрещено разговаривать с нашими клиентами на посторонние темы!

– Ань, да что с тобой? Мы же только что прекрасно общались!

Он попытался улыбнуться и получить в ответ хоть искру положительных эмоций, но тщетно – холодное лицо девушки уже не выражало ровным счетом ничего.

– Еще раз простите! В тот момент я не знала, что вы являетесь крупным клиентом Корпорации. Я сожалею, что не смогла точно определить стоимость ваших ресурсов, – возможно, неисправен мой сканер. Могу лишь принести свои извинения и заверить, что в следующий раз наш цех примет вас без всякой очереди!..

– Аня… – Митька схватился за голову, не смущаясь своего нелепого вида. – Я… я не знаю, в чем виноват, но скажи, как заслужить твое прощение! Я даже буду биться головой об стену, если это поможет! Только скажи что-нибудь!

Насмешливо приподнятая бровь прелестного сероглазого создания не оставила никаких надежд.

– Хорошо, запоминай! С кем поведешься. Время лечит. Успехов с девками. Чао какао!

* * *

– Эй, курсант! Хватить чудить! Выходи на обшивку – мне нужна твоя помощь!

– Да пошла ты!..

Зинаида выругалась и вновь попыталась достучаться до бешеного юнца, но тот не отвечал.

– Не суетись, он наверняка тебя слышит, просто молчит, – заметил Федор, колдуя над локальной панелью управления в грузовом отсеке. – И он, кстати, прав!

– В чем?!

– Не трогай святое грязными руками! Ты можешь сколько угодно оплевывать тех, кто тебя предал, но не задевай остальных, кто к этому не причастен!

Зинаида вспыхнула и почти заорала:

– Чувства курсанта я задела случайно, а он вскоре дойдет до того, что назовет меня старой потрепанной стервой!

– Э-э… у меня ощущение, что тебя уже так называли, вот ты и бесишься.

Из скафандра Зинаиды донеслось лишь бессильное рычание.

Злилась она напрасно и сама это понимала, тем более что исправить отношения с мальчишкой все равно не могла. Требовалось время, чтобы его раны зарубцевались, – Митька на нее обиделся по-крупному. Казалось бы, пара беззлобных предложений, но ему показалось, что Зинаида сломала ему жизнь.

– Ладно, пусть обидчивый мальчик сидит в пилотском отсеке, а я все-таки доберусь до обшивки со сварочным аппаратом! Не нравится мне, как скакало в отсеке давление! Никаких запасов кислорода не хватит!

– Зина, не дергайся! Возьмем рентгеновский анализатор на станции и проверим целостность корпуса, а пока просто перекроем грузовой отсек и не будем закачивать в него воздух!

– Все равно мне тут камера какую-то ерунду показывает на обшивке! Минуту назад этой хрени не было! Я ненадолго выберусь наружу…

Федор покачал головой.

– И охота тебе возиться… Пошли робота!

– Обратно шлюзоваться и проводить расконсервацию этой железки? Ну ее! И вообще, ты же знаешь, я всегда лезу во все щели!

– Ага, каждой бочке затычка. Ранец надень!

С передачей и вводом в эксплуатацию только что полученного грузовика возникла заминка – у него то барахлили цепи управления двигателем, то аппаратура выдвижения внешней аппарели. Как на нем вообще перевозили что-то, было непонятно, и со всем этим пришлось срочно разбираться. Поскольку объект был достаточно большой и в ангар не влезал, то все работы пришлось проводить в открытом космосе. Они разгрузили корабль, расстыковались со станцией и отошли от нее в сторону в выделенную им диспетчером зону отстоя, где на орбите давно уже висел разный хлам, непригодный для переработки.