Ледовый материк. Вангол-4 - Владимир Прасолов

– Да, вы правы. Но вы многого не знаете. Здесь, в Новой Швабии, кое-что изменилось за последние полгода.

– Если честно, то о вашей Новой Швабии мы вообще ничего пока не знаем.

– Извините, как к вам обращаться?

– Можете называть меня капитан, – миролюбиво ответил Вангол.

– Так вот, господин капитан. Пока еще мой напарник в забытьи, я бы хотел вам сказать нечто важное. Я вхожу в круг лиц, заинтересованных в том, чтобы Третий рейх прекратил свое существование вместе с Адольфом Гитлером. Мы не хотим быть частью Германии в ее сегодняшнем состоянии. Что будет с Германией, для нас не так важно, нам важно сохранить независимость Новой Швабии от кого бы то ни было. И от СССР в том числе. Мы вообще выбираем нейтралитет во внешней политике и только мирное сосуществование. Это наше видение для нашей новой родины.

– Это позиция руководства Новой Швабии?

– К сожалению, нет. Руководство землей осуществляется представителями СС и «Аненербе», эти люди фанатично преданы фюреру. Но в аппарате управления среднего звена практически сформирована группа, способная взять власть и ответственность за судьбу людей на себя. Я вхожу в руководство этой группы. Я говорю вам об этом, потому что считаю, что вам в своих действиях здесь необходимо это учитывать.

* * *

Весь этот разговор происходил между Ванголом и Вернером наедине. Парни Вангола занимались изучением изъятой у немцев карты. Вангол приказал им запомнить ее на память, так как знание этих маршрутов было жизненно важно. Вечером того же дня они увидели в предгорьях прерывистый черный дым, примерно в сорока километрах от них.

– Так, плохо дело, группа Арефьева просит помощи, а мы ничего не знаем про Сизова.

– Однако нам теперь легче, у нас есть карта этого района. Надо выручать товарищей!

– А что с этими делать? В расход?

Немцы сидели связанные и молча наблюдали за разговором разведчиков. Они не знали русского языка, но казалось, поняли смысл разговора. Тот, который был моложе, заплакал. Он плакал молча. Слезы просто катились из его глаз по грязным щекам, а он сидел и молчал, вглядываясь куда-то в даль. Вернер не выдержал и спросил:

– Вы решили нас убить?

– Нет. Я же выслушал вас. – Вангол опустился на землю рядом с пленными. – Если все то, о чем вы говорили, правда, то мы не враги. Лично с вами нам, получается, нужно сотрудничать. У нас общая цель – уничтожение фашистской Германии. Фашистской, а не вообще Германии. Ну а что здесь будет – время покажет. Вы согласны?

– Я согласен на сотрудничество, но категорически против взрыва шахты, – замотал головой инженер.

– Вернер, сейчас речь идет о вашей жизни…

– Что значит жизнь одного человека?! Понимаете, эта шахта уникальна, ее будет невозможно восстановить. – Вернер заметно нервничал. – Я участвовал в ее проектировании. Я строил ее с первых дней. В результате взрыва она будет затоплена водами Мирового океана, которые нельзя будет откачать… В конце концов, поймите, эта шахта может обеспечить ценнейшими металлами весь мир. Прошу вас, измените решение. Я смогу вывести людей под предлогом возможной аварии и обесточить некоторые участки, что на время остановит ее работу.

– Хорошо, Вернер, вы убедили меня. Но одно условие вам придется выполнить. Ваш родственник, а это ведь так, останется с нами до конца операции.

– Хорошо, муж моей дочери, Фридрих, останется в заложниках.

– Он не заложник, вы ошибаетесь. Он знает маршруты и проведет нас туда, куда нам будет необходимо. Мы же начинаем сотрудничество. Верно?

– Верно.

Фридрих, русоголовый долговязый молодой человек, с большими светло-голубыми глазами, слышавший этот разговор, вытер лицо и, смущенно улыбнувшись, сказал:

– Извините, я молился, Бог услышал мою молитву…

– Может быть и так… – прервал его Вангол. – Вот там мы видели сигнал о помощи, вы проведете нас туда?

– Конечно, только снимите с меня веревку.

Вангол кивнул одному из своих:

– Развяжи его. Они согласились помочь нам. Они не военные и не СС. Они просто инженеры-электрики, и они не любят своего фюрера.

– Ясно, Вангол.

– Итак, давайте согласуем наши действия, теперь мы одна команда. Так, Вернер?

– Конечно, – твердо ответил немец.

Произнося эти слова, Вангол буквально пронзил мозг немца. Он пытался прочесть его мысли. Вангол понимал, его ошибка может стоить очень дорого. Он не нашел причины усомниться в правильности решения. Вернер говорил правду, у него не было никакого умысла на обман. Фридрих – это вообще практически еще мальчишка, не способный на подлость.

Через полчаса Вернер ушел в сторону своей базы. Он доложит о необходимости более серьезного ремонта оборудования и через три дня вернется сюда. За это время группа должна была найти остальных и также вернуться на это место. Фридрих вел разведчиков, иногда останавливаясь для сверки маршрута. К концу дня, после нескольких привалов, он чувствовал себя спокойно и уверенно. Даже иногда пытался шутить. Но немецкий юмор мог понять только Вангол, и то с трудом. Зато наши шутки немецкий техник понимал сразу и улыбался, причем как-то по-детски, беззащитно, чем просто обезоруживал острых на язык моряков.

В нескольких километрах от того места, которое Вангол держал в памяти как источник дымов группы Сизова, они встретили его группу. Радость встречи была омрачена. Выяснилось, что у Сизова потери. Один моряк был легко ранен, один погиб и был уже похоронен. Сизов доложил о том, что они попали в зону обстрела и едва ушли. Кто их обстреливал, ему непонятно. Увидев немца, Сизов спросил о нем. Вангол кратко рассказал обо всем, что произошло, о том, что ему стало известно от Вернера, и о принятом решении относительно сотрудничества с немцами.

– Да, Вангол, наверное, твое решение правильное, но, если это ошибка, нас тут как зайцев перестреляют уже завтра.

– Я уверен, немец не сдаст. У них тут свои разборки с высшим руководством рейха. Да и видно, что он честный человек.

– Будем надеяться. Что дальше?

– Вы дымы группы Арефьева видели?

– Нет. – Сизов покачал головой.

– Надо идти, они зовут на помощь.

– Тогда объявляем подъем и пошли.

– Сергей, ты сможешь вернуться на место встречи. Бери с собой раненого и идите, ждите нас там, если что не так, дашь знать, понял?

– Так точно, – вытянулся матрос.

– Фридрих, что там дальше, тоже все обстреливается?

– Нет, есть места без систем обстрела. Это там, где отвесные скалы и нет прохода. В остальном все перекрыто системами огня.

– Вот так. У меня плохие предчувствия, Федор. Надо скорее идти.

– Так, группа, бегом марш!