Пять жизней читера - Артем Каменистый

«Как только пистолет окажется у тебя, первым вали Глобуса, потом остальных. Того, который у меня за спиной, не трогай, с ним я сама разберусь».

Последние слова Няши были под стать предыдущим. Что за пистолет? Каким образом он окажется у Рока? О чем вообще речь? Она ведь вообще ничего не объясняет, просто озвучивает то, что, по ее мнению, должно произойти в ближайшем будущем.

Нет, в успех совместного мероприятия с этой бабищей не верится совершенно. Определенно ближайшее будущее окажется невеселым.

Для Рока не веселым.

Но делать нечего, позволив главарю банды закончить отповедь про несмешной дубль шутки, с максимальной серьезностью и морально готовясь к жестоким гонениям, произнес:

— Глобус, а я ведь твоего отца знал.

Медленно обернувшись, тот односложно-безграмотно спросил:

— Че?

— Говорю, отца твоего знал.

— И че?

— Да ниче. Его все глиномесы на районе драли по два раза в день и твою одноглазую мамочку заодно. — Видя, что голову до сих пор не попытались оторвать, Рок высказывался все бодрее и бодрее, хотя перед собой мысленно признавался, что юмор получается так себе — почти никакой. — Твои предки у нас популярные были, к ним даже издалека пацаны приходили и прям под моим окном интим устраивали. Эти извращенцы всю малину вытоптали, землю на метр вглубь утрамбовали. А еще там сестру твою потягивали с трех сторон. Но это у них редко случалось, ты уж прости за правду, но она реально страшная, даже страшнее Няши.

Странно, но Глобус в ответ улыбнулся почти дружелюбно, будто выслушал и правда забавную шутку, а не тягчайшее оскорбление своей семьи. Покачал головой, с кривой улыбкой проговорил:

— Ребята, да у нас тут клоун завелся. Может, похлопаем ему?

— Лучше завали его, сам ведь просится, можно и уважить, — лениво ответил один из подпиравших штабель бруса громил.

— Вообще-то мы тут клоунов не любим, — с деланым сочувствием прокомментировал заявление сообщника Глобус.

— Это потому, что смешного в вашей насквозь трахнутой жизни было мало, — ответил на это Рок. — Точно не знаю, но, похоже, всю твою семейку сифилитики потягивали утром и вечером, а к этим твоим дебилам строго днем заглядывали, по ним заметно, что в такое время привыкли рачком стоять.

— А ведь мог бы еще пожить маленько, умных людей послушать, — вздохнув, произнес Глобус и потянулся за пистолетом.

Вот ведь черт, Няша убежденно намекала на жесткую рукопашную, а тут намечается перестрелка. Ну, сука немытая, ну подставила! Правильно люди говорят — все беды от баб!

Глобус вытащил пистолет, затем нож, после чего положил и то и другое на доски, которые до начала разговора служили ему скамьей, довольно осклабился и без угрозы заявил:

— Где-то в скрытых характеристиках у нас должна быть занята рукопашная. Там капля капнет, там другая, глядишь, и прокачается. Ты, нулевой, сейчас меня чуток прокачаешь, хоть какая-то польза от тебя.

Приблизившись, Глобус ухватил Рока за плечо, легко развернул, после чего, похоже, коснулся пластика хомута. Рок внезапно ощутил жар на немеющих запястьях, затем резко заболело, будто к коже приложили раскаленную сигарету. Рывок, и руки ощутили свободу, а подаривший ее человек, неспешно удалившись на несколько шагов, объяснил то, как видит развитие ситуации:

— Даю тебе право разок мне врезать. Почетное право. Мешать не стану, бей спокойно. Потом моя очередь, а твоей уже не будет, потому что мой удар тебе, нулевка, не выдержать. Давай действуй, не тяни резину, тебе это не поможет.

С этими словами Глобус картинно подставил щеку и указал на нее пальцем, чтобы было понятно, куда именно следует бить.

А Рок не торопился. Наблюдая за противником, он начал понимать, что если Няша и преувеличивала, то несущественно. Глобус при первоначально показавшейся несерьезной фигуре и правда боец не из последних. Это выдавало каждое движение, каждый взгляд и даже что-то необъяснимое, непонятно как ощущаемое, что-то вроде смертоносной ауры, грозящей капитальными увечьями всем, кто оказался в радиусе ее действия.

С настолько опасными личностями Рок до сих пор не сталкивался, потому как шрамы у него футбольные, а не от тяжких телесных повреждений агрессивно-насильственного характера. Нет сомнений, что подаренным противником ударом он ничего не добьется, а вот ответ заставит конкретно пожалеть о том, что связался с грязной провокаторшей.

Глядишь, без этого мог помереть легко, а сейчас, после всех этих анекдотически убогих оскорблений и прочего, вряд ли Глобус откажет себе в удовольствии затянуть муки обнаглевшего пленника подольше.

— Ну давай, что ты как девочка, не стесняйся. — Самодовольный ублюдок еще раз указал на подставленную щеку, прищуриваясь так сладко, будто готовился к неслыханному удовольствию.

И, возможно, готовился он не зря.

Рок наконец осознал, что последнюю пару минут его достают назойливые короткие позвякивания. По наитию, а не благодаря разумному осмыслению опустив взгляд, он уткнулся в мигающую строку чата, где десятки раз на все лады было написано однотипное послание: