Начало звёздного пути - Александр Санфиров

В ожидании, когда поручик принесет зашифрованное письмо, Бенкендорф и Шеховской стояли, тихо переговариваясь между собой, а Николка глядел в окно. На набережной Фонтанки сцепились оглоблями двое саней, и сейчас возчики трясли друг друга за бороды. Вокруг медленно скапливалась толпа зевак. Но тут из входа канцелярии вышел жандарм, и не успел он пройти и нескольких шагов, как всю толпу сдуло как ветром, а два забияки, выпустив бороды, начали растаскивать лошадей. Жандарм погрозил им пальцем, возчики начали кланяться чуть ли не до земли и, прыгнув в сани, исчезли из вида. Николка чуть слышно хмыкнул.

«Однако, – подумал он, – как мундир действует, не надо и говорить ничего. Прямо как у нас в деревне, когда становой пристав Иван Федорович приезжал, так сразу ни одного человека на улице не видно было».

В это время в дверь вновь зашел адъютант и с поклоном передал своему начальнику копию письма, уже давно ушедшее своему адресату.

– Ну вот, молодой человек, – сказал Александр Христофорович, – сейчас тебя отведут в кабинет, там и займешься этим письмом, шифр здесь несложный, посмотрим, как ты справишься.

Николка прошел вслед за адъютантом по коридору в небольшой кабинет, где его усадили за широкий стол.

– Вот, пожалуйте, – сказал его провожатый, – здесь бумага, здесь песок для присыпки. А здесь перо для письма.

После чего поклонился и вышел.

Николка развернул лист бумаги, исписанный ровными рядами букв, и с энтузиазмом принялся за работу. Он сразу определил тип шифра и знал, что для дешифровки нужно иметь ключ, которого у него не было. Первым делом он переписал письмо для себя, хотя оно уже улеглось в его памяти. И затем приступил к работе.

Через полтора часа он, довольный собой, взял все исписанные листы и прошел вновь в приемную.

Адъютант, сидевший за столом, с любопытством посмотрел на него, но ничего не сказал и зашел к начальству.

– Пусть проходит, – послышался оттуда голос Бенкендорфа.

Когда Николка зашел, то понял, что два генерала времени даром не теряли, у них стояла открытая бутылка шампанского и два высоких бокала. Князь Шеховской, обычно несколько бледный, сейчас раскраснелся и выглядел болезненным по сравнению с плотным и основательным Бенкендорфом.

– Ну что, мой друг, – ехидно произнес Александр Христофорович, – что-то ты быстро сдаться решил, я надеялся, ты подольше возиться будешь.

– Никак нет, ваше высокопревосходительство, я не сдаваться пришел. Вот, извольте ознакомиться с дешифрованным письмом.

Александр Христофорович замер.

– Постой-постой, так ты расшифровал письмо за это время?

– Ну да, а что здесь особенного, – удивился Николка, – всего-то около восемнадцати тысяч вариантов в уме перебрал и определил ключ. Теперь можно этот шифр гораздо быстрее разобрать.

Бенкендорф почти выхватил бумаги из рук Николки и впился глазами в текст, затем достал из ящика стола бумагу и начал сравнивать.

– Невероятно! – выдохнул он. – Андрей, это невероятно, не могу поверить. У меня десять человек год без продыху работали, и то, пока еще несколько писем не перехватили, не могли ничего сделать.

Он повернулся к стоявшему по стойке смирно Николке.

– Николай Андреевич, не знаю, что решит его величество, но могу сказать, – тут он повернулся к князю, – могу сказать, что беру его на службу уже с сегодняшнего дня. В экспедициях служат всякого звания люди, и такому таланту найдется место.

Он глядел на князя, а у того на лицо наползала тень неудовольствия.

– Гм, – кашлянул Шеховской, – Александр Христофорович, я предполагал для Николеньки военную службу, – с нажимом сказал он, – а не…

Тут он замялся, а Бенкендорф насмешливо продолжил:

– А не службу у сатрапа царя, душителя свободы и слуги тирана, ты это хотел сказать, мон шер?

– Ну зачем ты так, – обиделся Шеховской, – если бы я не уважал тебя лично, твою службу и не считал ее необходимой для государства Российского, то просто прекратил с тобой знаться. Не обижайся, я не это хотел добавить, понимаешь, все же у тебя он настоящим воином никогда не станет.

– Ну, это мы еще посмотрим, – сказал Бенкендорф, – неизвестно, где больше опасность, на войне или здесь. Всякое у нас бывает. Андрей, а ты сына спросить не хочешь, как он относится к моему предложению?

Они оба посмотрели на Николку. Тот стоял, не зная, что сказать. За последний месяц, пока он жил у князя, они неоднократно говорили о его будущем. И все вроде бы было определено: сдача экстерном экзаменов в гимназии и затем поступление на военную службу. И вот совершенно неожиданный поворот.

– Я так понимаю, ваше высокопревосходительство, что мне придется заниматься шифровальным делом? – спросил он, подумав.

– Ну, раз ты так себя проявил, то, конечно, главная твоя работа будет в этом. А как у тебя с фехтованием и стрельбой дело обстоит? – неожиданно спросил Бенкендорф.

– Вроде неплохо, – неуверенно ответил Николка, покосившись на князя, который все время повторял ему во время занятий, чтобы он не вздумал гордиться своими успехами.

Шеховской улыбнулся.

– Мон шер, что об этом говорить, это надо видеть, ведь все равно не поверишь.

Александр Христофорович сказал:

– Ну отчего же, после расшифровки письма поверю во все, что угодно.

– Нет уж, дорогой друг, раз зашел об этом разговор, прикажи приготовить пистолеты, у вас во дворе по-прежнему можно стрелять? – спросил князь.

Вместо ответа хозяин кабинета позвонил в колокольчик.

– Михаил Сергеевич, – сказал он вошедшему адъютанту, – будьте любезны, приготовьте пистолеты, мы с моими гостями немного развлечемся.

Вскоре вся компания стояла во внутреннем дворе дома. На одной из его глухих стен висела мишень, истерзанная десятками выстрелов.

Сопровождавший их жандарм тщательно прикрепил к ней небольшой лист бумаги и с недоумением посмотрел на начальство.

«Неужели они собираются в него попасть из пистоля, – удивлялся он. – Да с этого расстояния его вовсе не видать будет».

Николка обратился к Бенкендорфу, который разрешил обращаться к нему по имени и отчеству:

– Александр Христофорович, вы позволите по одному пристрелочному выстрелу, чтобы определиться?

– Стреляй, – махнул тот рукой.

Два выстрела, и в листке бумаги появились две дырки в разных местах.

– Однако весьма, весьма неплохо, – заметил Бенкендорф.

– Погоди, Саша, это не всё, – сообщил Шеховской, – пока Николенька пистоли перезаряжает, пометь места на мишени, куда бы ты хотел, чтобы он попал.

Собеседник помолчал и спросил:

– Ты серьезно, или это шутка такая?