Чума Атлантиды - А. Дж. Риддл

Исполни мою последнюю волю – спасайся. Покинь меня. Только об этом я и прошу.

Я горжусь женщиной, которой ты стала.

Мартин

Кейт закрыла тетрадку, потом снова открыла и перечитала послание Мартина – совершенно ясное и недвусмысленное. И очень трогательное. Но она чувствовала – здесь таится что-то еще. Взяв из рюкзака карандаш, обвела все цифры. Вместе они гласили:

4043029587

Телефонный номер. Кейт резко села в постели.

– Чего там? – поинтересовалась соседка.

Кейт настолько ушла в собственные мысли, что почти не слышала ее.

– Э… а… кроссворд.

Отложив книгу, соседка перекатилась на кровати, выказывая внезапную заинтересованность.

– А можно взять, когда закончишь?

– Извини, я его исписала, – развела Кейт руками.

Насупившись, соседка выбралась из постели и, ни слова не говоря, тяжело затопала в ванную. Щелкнул замок.

Выудив из рюкзака спутниковый телефон, Кейт набрала номер.

В трубке раздался один гудок, потом что-то щелкнуло, и тотчас же затараторил женский голос с американским акцентом, по манере произношения которого Кейт сразу поняла, что это запись:

– Преемственность. Статус следует далее. Запись произведена в двадцать два пятнадцать по времени Атланты, семьдесят девятый день чумы. Испытание четыреста девяносто восемь: результат отрицательный.

Испытание 498. Какое последнее испытание проводила она сама, когда скончалась Мария Ромеро? Что значилось на пробирке, которую вымаливал у нее Мартин и чей результат он загрузил в цилиндр наподобие термоса? 493? Значит, с того момента провели еще пять испытаний – очевидно, в других местах.

– Статус сети: отсутствует. Для вызова оператора нажмите ноль. – Последовала небольшая пауза, после чего голос в трубке сменился. – Преемственность. Unsere Situation ist…

Дальше то же самое сообщение повторялось по-немецки. Кейт нажала на клавишу нуля. Из ванной послышалась возня.

Если соседка увидит спутниковый телефон, то немедленно донесет о нем и Кейт подвергнут допросу. Военные изложили «кодекс чести» для башни выживших: все «члены» обязаны сдать все оружие и электронику. Обыскивать их не стали – очевидно, затеянная Иммари промывка мозгов предусматривала видимость того, что они добровольные члены, а не пленники, и насильственные обыски разрушили бы эту иллюзию. Тем не менее Иммари объявили о суровых последствиях любых признаков инакомыслия. Всякий, попавшийся с чем-нибудь подозрительным, чем-нибудь блестящим, острым или снабженным выключателем, будет тотчас переведен в другую башню – к тем, кто отказался присягнуть.

Кейт запихнула телефон под подушку, где соседка по комнате его не увидит, если вдруг выйдет из ванной, и наполовину засунула туда голову, прислушиваясь к аппарату.

Ответившая женщина быстро проговорила:

– Код доступа?

Кейт потребовалась добрая секунда, чтобы переварить вопрос.

– Я…

– Код доступа.

– Не знаю, – не сводя глаз с двери, прошептала Кейт.

– Назовитесь, – то ли с озабоченностью, то ли с подозрением потребовала женщина.

– Я… я работаю с Мартином Греем.

– Позовите его к телефону.

Кейт на миг задумалась. Ей бы и хотелось отмолчаться, выудить больше информации, но как? И время, и возможности у нее на исходе. Остается лишь выложить свою ситуацию и попросить о помощи, иного выбора попросту нет.

Замок двери ванной щелкнул.

Кейт спрятала телефон за подушку и только тогда сообразила нажать кнопку отбоя.

Переведя взгляд, она увидела, что соседка по комнате пристально наблюдает за ней.

Кейт постаралась переключить внимание на тетрадку, которую держала в другой руке, и невинным тоном поинтересовалась:

– Чего?

– Ты с кем-то разговаривала?

– Сама с собой, – Кейт приподняла тетрадку. – Это помогает мне с орфографией. С правописанием у меня просто беда.

«И с враньем тоже», – добавила она про себя.

На лице соседки промелькнуло подозрение, но она промолчала, вернувшись на свою кровать и снова углубившись в чтение.

Следующие три часа прошли в безмолвии. Кейт лежала в постели, погрузившись в раздумья, ломая голову, как вытащить Мартина. Соседка читала, время от времени заливаясь смехом.

Как только раздался сигнал к завтраку, она проворно подскочила и бросилась к двери, но на пороге задержалась:

– Ты идешь?

– Пережду, пока очередь рассосется, – отозвалась Кейт.

Как только дверь закрылась, она снова набрала тот же номер.

– Код доступа?

– Это снова я. Я работаю с Мартином Греем.

– Пригласите доктора Грея…

– Не могу. Нас разделили. Нас захватили Иммари.

– Какой у вас код доступа?

– Послушайте, мне он неизвестен. Нам нужна помощь. Он держал меня в неведении, я ничего не знаю, но если нам не окажут помощь, Мартин через несколько часов умрет.

– Представьтесь.

Кейт вздохнула.

– Кейт Уорнер.

В трубке воцарилось молчание, и Кейт подумала, что связь прервалась. Посмотрела на дисплей телефона. Отсчет времени разговора продолжался.

– Алло! – Она подождала. – Алло!

– Не кладите трубку.

Раздались два гудка, а следом за ними мужской голос – молодой, звонкий, энергичный:

– Доктор Уорнер?

– Да.

– Это Пол Бреннер. Я работал с Мартином какое-то время. Фактически говоря, я был… Я читал все ваши отчеты, доктор Уорнер. Где вы сейчас?

– В Марбелье. В Районе Орхидеи. Иммари захватили и его, и город.

– Мы знаем.

– Нам нужна помощь.

– Телефонистка сказала, что вас с доктором Греем разлучили.

– Да.

– У вас есть доступ к рабочим записям доктора Грея?

Кейт посмотрела на рюкзак. Этот вопрос заставил ее занервничать.

– Я… могу получить к ним доступ. А что?

– Мы полагаем, что у него есть кое-какие материалы исследований, которые нам отчаянно нужны.

– Что ж, а нам отчаянно нужно убраться отсюда к чертям, так что давайте заключим сделку.

– Мы не можем помочь…

– Почему? А как насчет НАТО? Не можете ли вы прислать сюда каких-нибудь коммандос, чтобы вытащить нас, или типа того?

– НАТО больше не существует. Послушайте, дела обстоят куда сложнее…