Жизнь чудовищ - Карина Шаинян

– Щепка… Бамбуковая щепка, – наконец заговорила Надя. Слезы текли по ее щекам, оставляя блестящие дорожки.

Андрей растерянно молчал. Все казалось диким сном: запахи травы и тины, рябая поверхность пруда, в которой извилисто отражались тростники, водяная взвесь в воздухе, неестественное спокойствие Нади. Он внимательно посмотрел на девушку. Надя сидела на корточках, устремив взгляд на пруд, и шептала что-то. Андрей прислушался.

– Я… Под Москвой, несколько лет назад, на дне рождения подруги, в лесу… ну, на даче, но там такая дача, считай, что в лесу. Я приехала с приятелем… Мы все напились и поссорились, я убежала в дом с одним парнем… опять забыла, как его зовут, – нервно хихикнула Надя, повернувшись к Андрею. – А Леха обиделся и пошел гулять один… Нашли… точно так же. Какие-то бомжи позарились на кошелек. – Она с ужасом посмотрела на Андрея, словно только сейчас осознала случившееся, в ее голосе зазвенели слезы. – Как же так… Они просто подрались, он же… Стив не хотел, он просто пьяный был! Извинялся потом! А он убил его…

Надя наконец разрыдалась, ерзая по гравию голыми коленками, уткнувшись в плечо Андрея. Лепетала что-то о Ли, о том, что он чокнутый, она сразу поняла, что он маньяк, опасный маньяк… Андрей гладил влажные кудри, чувствуя, как дрожат руки. Потом осторожно отстранил Надю, заглянул в покрасневшие глаза.

– Надо сказать госпоже Ли, – тронул Надю за плечо, не давая возразить, – надо сказать ей и вызвать полицию.

Он взял Надю под руку и повел к дому.

* * *

Госпожа Ли нашлась на кухне – чистила очередного карпа. Ее глаза были заплаканы, на руке виднелись синяки.

– Стив и ваш муж вчера подрались, – сходу начал Андрей. – Почему?

– Мой муж сказал мистер Стив – Надя плохая женщина. Мистер Стив рассердился и ударил. – Ли замолчала, орудуя ножом.

– Где сейчас ваш муж?

– Не знаю. Ушел, – ответила хозяйка. Андрей раздраженно прошелся по кухне.

– Откуда у вас синяки?

Госпожа Ли невозмутимо чистила рыбу.

Андрей задумчиво взъерошил волосы. Было ясно, что синяки на руке хозяйки оставил господин Ли, и так же ясно, что она об этом не скажет. Нужно зайти с другой стороны, ошарашить.

– Мистер Стив умер. Надо вызвать полицию.

Госпожа Ли подняла бесцветные брови, по ее лицу промелькнула тень. Андрей наблюдал за хозяйкой, ожидая испуга, удивления, но госпожа Ли оставалась спокойной.

– Телефон не работает. Машина не ездит. Сель. Очень мокро, – сказала госпожа Ли и, подумав, добавила: – Ким пойдет, завтра, послезавтра приедет.

Андрей бродил по дорожкам, пытаясь отвлечься. В конце концов, говорил он себе, что тебе за дело до какого-то алкоголика из Австрии? Наслаждайся пейзажем, жуй лотос. Откройся – и смерть пройдет мимо. Правда, полиция сильно помешает, но, надо думать, они в первую очередь займутся поисками господина Ли. Конечно, остаться в стороне не получится, будет большой шухер. Никто не хочет, чтоб приезжала полиция… Андрей брел по тропинке, ведущей к дороге на Ампану. Гравий похрустывал под ногами, осыпались под дождем пурпурные цветы бугенвиллеи. Андрей поднял голову и увидел Надю, идущую навстречу.

– Я прошлась по дороге, – сказала она. – Ни одной машины. Наверное, и правда сошел сель. Меня еще в Ампане предупреждали… – Надя слегка хмурилась и покусывала губу. Похоже, ее одолевали те же мысли, что и Андрея. Она неторопливо пошла рядом, погрузившись в молчание.

Задумавшись, Андрей споткнулся так, что пришлось пробежать несколько шагов – восстановить равновесие. Возмущенно оглянулся и замер: из кустов торчали тощие смуглые ноги. Надя остановившимся взглядом смотрела на резиновый шлепанец-вьетнамку, свисающий с пальцев правой ноги.

– Нет. Он не мог… – Она подняла глаза на Андрея, и он явственно услышал, как стучат ее зубы.

Ким был убит точно так же, как Стив – в основание черепа загнана острая бамбуковая щепка, незаметная под шапкой густых черных волос. На лице мальчишки застыла застенчивая улыбка – он явно не ждал ничего плохого, когда на него напали. Андрей огляделся. Вторая вьетнамка, испачканная в глине, валялась в кустах рядом. Андрей зачем-то подобрал ее, крепко взял дрожащую Надю за локоть и почти волоком потащил в дом.

Госпожа Ли выслушала весть о смерти Кима, не изменившись в лице. Казалось, эту женщину невозможно было вывести из равновесия. Она присела, спокойно сложив руки на коленях, и раздумывала некоторое время. Потом решительно кивнула.

– Знаю, где прячется господин Ли. Пойду скажу, чтобы выходил.

– Это может быть опасно, – ответил Андрей.

– Мой муж не убивал, – ровным голосом ответила хозяйка.

– Не убивал, говоришь? – выкрикнула Надя. – Два трупа! Здесь никого больше нет! Может, ты убила? – Желтое лицо госпожи Ли ничего не выражало. – Может, Андрей? Или я?! – Надя кричала уже в истерике. – Почему он прячется, если не убивал?

– Господин Ли боится. Он умеет говорить с духами и поэтому боится, – ответила хозяйка и добавила: – Я тоже боюсь. Нужно полицию.

– Отправьте кого-нибудь, – предложил Андрей.

– Никого. Я, госпожа Надя и вы.

– Ну на-а-адо же, – протянул Андрей, – как все удачно, да?

– Не удачно. Плохо. Утром сама идти.

– Хороший способ смыться вместе с муженьком, – пробормотала под нос Надя. Но госпожа Ли то ли не услышала ее, то ли не поняла.

Андрей нервно побарабанил пальцами по липкому столу.

– Так. Сегодня никуда не расходимся, сидим в одной комнате, ночуем здесь же. Завтра… завтра решим, кто пойдет в Ампану.

Надя сморщила нос, но, взглянув на согласно кивающую госпожу Ли, промолчала.

За окном сгущались влажные сумерки, запах мокрой земли становился сильнее. Госпожа Ли, печально покачивая головой, штопала куртку мужа. Надя раздраженно перебирала краски, за которыми они с Андреем сбегали после ужина. Андрей, мрачно чертя что-то на листе бумаги, пытался сообразить, где прячется господин Ли. Хозяйка обещала позвать его завтра… Но до завтра надо бы еще дожить, переждать ночь. Тягучую, чернильную, пропахшую зеленью и рыбой ночь. Андрей начал было задремывать, и тут Надя, резко отбросив кисточку, встала.

– Ты куда? – вскинулся Андрей.

– В сортир! – вызывающе ответила Надя. За дверью в темноте мерцали капли дождя.

– Я тебя провожу, – поднялся Андрей.

– И не вздумай даже! – Глаза Нади налились слезами. – Не смей! – Она оттолкнула его и выбежала на улицу. Андрей растерянно отступил.

– Очень плохо одна, – заметила госпожа Ли, оторвавшись от шитья. – Опасно.

Андрей медленно обернулся. Бешеное раздражение захлестнуло его, ненависть к дождю, к сырости, к глупой девчонке, за которой теперь надо бежать на улицу, и больше всего – к госпоже Ли, невозмутимой, высохшей, желтолицей госпоже Ли. Андрей сжал кулаки, чувствуя, как из горла рвется рычание.