Скверная кровь - Валерий Красников

Я знал, что Рикус и Полудин мне не смогут помочь: они, чтобы не выпадать из образа торговца и его слуги, поехали торговать по окрестным поместьям имперцев.

Кляня своё невезение, я почувствовал, как ноги сами понесли меня к тому месту, где эльфы скрылись в лесу. Я продвинулся всего на сотню метров в лесную чащобу, когда столкнулся лицом к лицу с одним из эльфов, который мгновенно выхватил нож. Я попятился. Услышав, как пробираются сквозь кусты остальные, повернулся и со всех ног припустил туда, где оставались целитель с толкователем снов.

Рикус вернулся в деревню только на следующее утро и злой – не продал ни одной гитары, а успех нужен был этому человеку во всём, за что он брался.

Пока он, потягивая вино, заползал в постель, я рассказал ему о своих подозрениях относительно карлика.

– Карлика, скорее всего, принесли в жертву прошлой ночью, – заявил я.

– С чего ты это взял? Только потому, что человек пропал? Но разве из этого следует, что его принесли в жертву?

– Я далеко не такой опытный путешественник и бывалый солдат, как вы, – сказал я, желая польстить своему начальнику, – но мне тоже довелось столкнуться со многими необычными вещами. Совсем недавно я был свидетелем, как совершалось жертвоприношение, я же рассказывал, и уверен, что прошлой ночью случилось то же самое.

– Ну так отправляйся на поиски тела. – И он накрылся с головой, положив этим конец дальнейшей дискуссии.

Пугающая меня до онемения ног надпись перед глазами уже давно не появлялась, но это не значило, что я готов был заняться поручением Рикуса в одиночку. Вот если бы пойти в лес с отрядом солдат…

С этими мыслями я плёлся по земляной тропке, пиная камешки, когда вдруг снова увидел впереди тёмного колдуна. Он вместе с каким-то другим эльфом устроил бивуак в нескольких минутах ходьбы от нашего лагеря. Я забрался в кусты и нашёл местечко, откуда мог наблюдать за ними.

После того как эти двое поднялись и направились к деревне, я выбрался из укрытия и медленно двинулся за ними. Подойдя к их оставленной стоянке, я заметил перевязанный верёвками сверток, лежавший на земле. Свёрток шевелился!

Я продолжал идти, глядя прямо перед собой, но ноги не желали нести меня дальше. Ясно, что в этом свёртке карлик! Набравшись смелости, я развернулся, выхватил нож и поспешил обратно. От волнения не удержался и перешёл на бег. Опустившись на колени рядом со свёртком, начал суетливо разрезать верёвку.

– Сейчас я освобожу тебя! – пробормотал я связанному карлику сначала на имперском, а потом повторил то же самое на высоком эльфийском.

Бедняга начал отчаянно ворочаться, желая освободиться раньше, чем я разрезал верёвку.

Когда верёвка была разрезана, покрывало развернулось, и я обнаружил там вместо карлика повизгивающую свинью!

Я уставился на неё, разинув рот, а она вскочила и побежала. Мне стыдно вспоминать, как я мчался за ней, хватал её обеими руками, чтобы не дать ей вырваться и убежать. Свинья издавала истошные вопли, которые способны были поднять всех мёртвых в Священной роще. Выскользнув из моих рук, свинья припустила в лес. Я собрался бежать за ней, но это было бесполезно. Свинья исчезла.

Шум привлёк нежелательное внимание. Колдун возвращался, и не один, а в сопровождении нескольких человек.

Я бегом устремился в наш лагерь. Эльфы пошли за мной. Чтобы избавить меня от ареста за кражу свиньи, Рикусу пришлось раскошелиться. Это погрузило его в такое мрачное настроение, что я целый день провёл подальше от лагеря, чтобы имперец не сорвал на мне свой гнев, наградив хорошим пинком.

Через несколько дней Рикус пришёл к убеждению, что чёртов колдун вряд ли возглавляет эльфийских рейнджеров леса.

– Мы следим за ним уже неделю, – заявил он. – Если бы этот мошенник что-то затевал, мы бы непременно заметили.

Меня его слова не убедили. По моему разумению, Рикус был настроен прекратить слежку за оборотнем, потому что устал и ему наскучила жизнь в захолустье. Между делом мне удалось также вызнать, из-за чего он оказался в неладах с законом. Рикус признался, что, хотя дуэли в Калионе были запрещены, он сразился с молодым аристократом из-за женщины. Обычно этот запрет игнорировался, но в данном случае дело замять не удалось – погибший был племянником верховного королевского судьи. По словам Рикуса, сунься он в Ролон, то запросто угодил бы на виселицу. Пришлось завербоваться в тайные агенты его королевского величества.