Три «танкиста» - Михаил Михеев

А данные на экране не радовали. Из их четверки в бою оставался лишь танк Дины, отчаянно маневрирующий и плюющийся во все стороны огнем из всего, что на нем было. А имелось многое – орудие, пулеметы, «крупняк» пятидесятого калибра^[17] и даже миномет, сейчас, впрочем, бесполезный. Но вот с остальными дело обстояло не столь радужно.

Из трех танков их группы два уже горели. В иссеченной трассами пуль южной ночи они более всего напоминали сейчас гигантские сюрреалистичные цветы. Зато четвертая, командирская «Меркава» шустро удалялась прочь – кем бы ни был тот козел, которого поставили во главе их маленького отряда, рисковать жизнью он совершенно не хотел.

У остальных дела обстояли еще хуже. Общая картина происходящего лейтенанту Майер была ясна сразу же – классическая засада. Ловушку, похоже, готовили русские – у местных бы так не получилось. Сидели в отлично замаскированных укрытиях возле единственного фактически места, где можно скрытно накопить силы для атаки. Дождались, когда танки пройдут мимо них, а потом врезали в корму. Абсолютно правильное решение, кстати – в лоб этот танк уничтожить достаточно сложно, а поразить экипаж и вовсе малореально – двигатель-то у «Меркавы» спереди^[18]. Но обеспечить такую защиту со всех проекций нереально, и кормовая часть куда более уязвима. Что сейчас и подтвердилось – большая часть танков и бронетранспортеров уже горела, остальных успешно добивали. Ударили гранатометчики разом, как одна рука, демонстрируя хладнокровие и выучку. От только что грозной сводной группы мало что осталось. А с фланга уже катились стальной волной русские танки, довершая разгром.

– Уходим! – Дина уже не успевала давать команду, но Моше не подкачал. Развернул башню и успел всадить снаряд в головной танк атакующих – и тут же по «Меркаве» врезали сразу из трех стволов. Один из танков пальнул ракетой, но «Трофи»^[19] последней модели сработала штатно, смахнув ракету еще на подлете. Мехвод рванул танк назад, уклонившись от одного снаряда. – Второй – попал, но вскользь, и броня, тяжко заскрежетав, выдержала удар. «Меркава» ударила еще раз, увы, неточно, и задом-задом нырнула в спасительную темноту. По ней выпалили еще дважды, но тратить время на явно отступающего противника не стали – вблизи еще имелось больше десятка куда более доступных, а главное, отчаянно огрызающихся целей, и русские занялись ими.

– Куда? – Дина не сразу узнала голос своего мехвода, таким он стал хриплым. Горло бедняги, похоже, начисто пересохло. Еще бы, до сегодняшнего дня за ним числился единственный проигранный бой, у того чертова кибуца, и то в тот момент он был не в танке.

– К нашим. Может, кто жив еще.

Собственный голос показался Дине незнакомым – ощущения мало отличались от тех, что испытывал подчиненный. Впрочем, никто не обратил на это внимания, сейчас всех беспокоила единственная мысль – уцелеть бы.

Хорошо еще, ландшафт не подкинул очередных поганых сюрпризов, да и система кругового обзора танка была на высоте. Задом, задом, подобно испуганному раку, их «Меркава» нырнула в неглубокую, едва прикрывающую башню ложбинку и отползла к ближайшему из подбитых танков. Бой здесь закончился так же стремительно, как и начался, от места перестрелки их сейчас отделяло метров пятьсот, не меньше. Они рискнули остановиться, и, открыв кормовой люк, Дина выбралась наружу. Осмотрелась – нет, вряд ли тут мог кто-то уцелеть. Все люки догорающей «Меркавы» были задраены. Хотя нет, один все же открытый, из него торчит обгоревший труп танкиста. Вонь жуткая, Дину затошнило – вроде бы запах подгоревшего мяса такой же, как на кухне, но психология восприятия совсем не та, организм среагировал иначе, и девушка, согнувшись, моментально рассталась с остатками ужина.

Отпустило ее только ощущение теплой воды на лице – верный Моше обтирал его мокрым платком, поливая из фляги. Дина неловко дернула головой, отстраняясь:

– Хватит, я в порядке.

– Ага, в порядке она, – пожалуй, впервые Моше проявил неподчинение, однако Дина вновь отвела его руку, на сей раз куда резче:

– Я сказала, хватит. Пошли.

Ей и вправду хватило. Все эмоции будто отошли куда-то в сторону, обещая вернуться и припомнить, но – не сейчас, позже. К телу погибшего танкиста девушка подошла уже бестрепетно и даже узнала его. Командир этого танка, неплохой, в общем-то, парень… Помнится, дня три назад он пригласил ее в ресторан, а Дина его отшила. Ну, не ее, химия не та… Вот так, а сейчас от него осталось лишь обугленное тело в медленно догорающем танке. И глупы те, кто утверждает, что в «Меркаве» шансов погибнуть у экипажей минимум. Так же гибнут, как и все…

Ко второму танку они подползли так же медленно, аккуратно, осторожно. И нашли двоих выживших. Этот танк взорвался не сразу, экипаж успел начать процедуру эвакуации. Им, конечно, досталось от ударной войны и осколков, но – не насмерть, а значит, шансы есть. Главное, довезти. Проклятие, чем эти русские начиняют свои гранаты? Впрочем, неважно, пока все эти мысли крутились в голове, Дина и Моше, наскоро перевязав, затащили обожженных товарищей в свою машину и полным ходом рванули прочь. Бой практически затих, скоро русские начнут обшаривать окрестности и, обнаружив их танк, предпримут меры. Драться сразу против нескольких противников, да еще и поддержанных отлично подготовленной, разъяренной гибелью товарищей пехотой, в планы Дины не входило совершенно. Тем более, если один вражеский танк она на свой счет все же записала, то с остальными вполне может и не повезти. Забьют, как мамонта.

Вот только русские, как оказалось, имели на этот счет совсем иное мнение. Не прошло и двух минут, как лоб в лоб навстречу «Меркаве» из темноты буквально выпрыгнули три их танка. Низкие, приземистые, хищные. Видать, командирская машина успела проскочить, а вот экипажу Дины не повезло. Однако думать было некогда, и рефлексы экипажа сработали ровно так, как нужно. «Меркава» вздрогнула, посылая снаряд во врага, и русские, для которых эта встреча, видимо, была полной неожиданностью, отреагировали на полсекунды позже. Целых полсекунды. Слишком много, когда речь идет о жизни.

Уже позже Дина поняла, что русские танки, очевидно, были заранее выведены на позиции, а сейчас просто замкнули кольцо вокруг остатков израильских войск. Отрезая им дорогу к отступлению. Но в тот момент это было совершенно неважно. Главное, что танков было три, а ответить смогли лишь два. Идущую головной машину буквально разорвало. Снаряд калибром сто сорок миллиметров ударил точно под основание башни и рванул внутри «девяностого». Почти сразу же взорвался боезапас, и броневые листы расползлись по швам от страшного удара, башню сорвало с погона и отбросило далеко в сторону. Почему-то больше всего запомнился Дине кусок гусеницы, оторванный взрывом и, будто в замедленной съемке, отлетающий, вращаясь, прочь. А потом по самой «Меркаве» будто молотом врезали. Два раза.