Врата скорби. Следующая остановка – смерть - Александр Афанасьев

– Боюсь, что я не смогу ответить на свое гостеприимство гостеприимством вашим – сказал Велехов – ибо мой дом находится далеко отсюда, так далеко, что до него больше месяца пути. Но я приглашаю уважаемого шейха разделить со мной сегодняшнюю вечернюю трапезу, дабы поговорить обо всем более обстоятельно. После того, как я смогу проявить хоть часть от того гостеприимства, которое предлагаете мне вы.

* * *

Конечно, Велехов пригласил шейха на старый постоялый двор. Не могло бить и речи о том, чтобы вести его в крепость – это для того, чтобы старый, и явно видавший виды воин смог оценить размеры гарнизона, наличие припасов и мощность укреплений? Нет, этого нам не надо. Велехов пригласил шейха к Хромому Исе, и приказал сделать заказ на вечер на большой обед из блюда из мяса, арабского мучного кус-куса и всего того, что полагается подавать к обеденному столу…

Заказанное – прибыло на больших медных блюдах в количестве, которого хватило бы и на десяток человек: явно торговцы постарались, считая необходимым хоть как то выразить свое почтение и покорность тем, кто обладал сейчас в городе военной силой. Накрыли в комнате самого Хромого Исы, на расстеленных в углу одеялах курпачи. На них сверху – положили красивые и чистые, расшитые сложным орнаментом одеяла, больше похожие на толстые скатерти – а уже на них полагалось находиться и блюдам, и тем, кто их вкушает. Велехов внимательно следил за тем, как накрыт стол – он знал, что одеяло и блюда на нем должны быть расположены правильно, иначе это будет неуважение к гостю. Знал он и то, что сложный, шитый золотом узор – есть ни что иное, как арабская каллиграфия, в которой местные были большие мастера. Шахада – нет Бога кроме Аллаха и Мухаммед Пророк Его – вышивалась золотыми и серебряными нитями в виде капли, плода, лезвия меча…

Шейх с достоинством присел за накрытый стол. Милостиво согласился, как старший по возрасту, прочесть салават – то есть, благодарение Аллаху за посланную им пищу.

Стол был богатым. Первым – поели салат и кашу из проса со специями – просто выращивали в горах, оно было нетребовательным к качеству земли и поливам. Затем они отведали яхни – тушеное мясо с овощами, и еще жареную кусками баранину со специями. Арабы обладают особым секретом жарки мяса – они не используют жир и не используют масло. Мясо они жарят быстро, нагревая сковороду до трехсот градусов – в результате кусок мяса, попадая на раскаленную сковороду, моментально покрывается плотной корочкой, внутри же – остается удерживаемый мясом сок. В результате, мясо оказывается одновременно и хрустящим на зубах и вкусным, сочным внутри. Затем – на стол попал мучной кус-кус, который они ели руками. Ели немного, и после каждой перемены блюда – Велехов распоряжался унести остатки и отдать их нищим – это было проявление милости, и потому нищие всегда собирались там, где планировался большой и богатый стол в надежде на бесплатное подношение. Последними – были сладости и кофе. Кофе они пили отдельно, из традиций Средиземноморья, и из того, как готовила ему кофе, оставшаяся на Дону жинка – Велехов знал, как полагается готовить и подавать кофе у арабов. Кофе – подается без сахара, арабы считают, что сахар способен лишь испортить его вкус. Добавлениями к натуральному черному кофе является кардамон, корица или апельсиновая эссенция. Причем считается, что чем больше хозяин подсыпал кардамона (весьма дорогого, кстати) в кофе гостю, тем более он проявляет уважение и заботу о госте. Кофе подается трижды, первым пьет кофе старший по возрасту, подается и четвертая чашка – но по традиции гость должен от нее отказаться и сказать, что сыт. Велехов все так и сделал и в его угощении – был скрыт и потаенный смысл. Теперь – шейх не мог отплатить чем-то плохим тем, кто сидел с ним за одним столом и ломал одну лепешку. Это лишило бы его уважения и самоуважения.

Никакие разговоры за столом не велись. По арабским традициям – нельзя вести разговоры за едой, самым нетерпеливым – можно было начинать разговор за кофе.

Насытившись, шейх совершил вуду, сухое омовение, и прочитал ду’а, благодаря Аллаха за щедрый ужин. Велехов не последовал его примеру, так как был неверным…

– Хвала Аллаху… – сказал шейх – и хвала Аллаху, милостивому и милосердному не только за богатый стол, но и за то, что свел меня с этим воином, знающим наши традиции и соблюдающим их. Кто ты, воин? Ты казак, всадник – но знаешь наши традиции, наверняка знаешь и Коран. Ты когда-то жил среди нас?

Велехов думал до этого скрывать или нет. Решил, что смысла скрывать все же нет…

– Да, я всадник… – сказал он – но я долго прожил среди правоверных людей. Моя супруга – из правоверных

Шейх раздосадовано покачал головой

– Женщина истинной веры не может выходить замуж за неверного, это харам. Хотя в данном случае ее вину смягчает то, что она вышла за достойного человека, настоящего мужчину и воина. Спасутся те, кто уверует – и возможно, твоя супруга, ее терпение, любовь и милость приведут и тебя к истинной вере, и ты счастливо избегнешь огня^[49]. Что же касается меня, старого и больного, нуждающегося в милости Аллаха человека – то я пустился в столь давний путь для того, чтобы увидеть тех воинов, которые повергли здесь абуитов, этих нечестных и злых собак. Да будет пристанищем им геена, а ложем – злые и кусающие скорпионы и змеи. Я пришел, чтобы посмотреть на воинов, бросивших вызов летающим машинам и победившим их. Я хотел своими глазами увидеть это – и я увидел…

– Мы не победили летающие машины, уважаемый шейх – сказал Велехов, прикусывая высушенную палочку щербета. Мы всего лишь повергли одну и них на землю – а остальные напали на нас вскоре и сожгли ее, чтобы она не досталась нам. С летающими машинами – могут справиться только другие летающие машины. Которых в достатке у Белого царя…

Шейх нетерпеливо отмахнул рукой

– Не будем говорить про Белого царя, ибо он далеко. В то время как англизы – близко. Как ты собираешься с ними справляться, воин?

– Белый царь не так далеко, как кажется. У него есть стальные птицы, способные достичь самых отдаленных уголков земли, исполняя Его волю. Но что касается англизов – у меня нет страха перед англизами. Разве это земля англизов? Что они здесь делают?

Сказанное было и упреком. Местные – пустили англизов на свою землю, хотя могли и должны были восстать.

– Англизы хитры, но они и сильны, и у них есть летающие птицы. А, кроме того – есть Абу, у которого есть все больше и больше нечестивцев под рукой. Нечестивцев, которых сеять смерть обучили англизы.

– Если мы победили этих нечестивцев один раз – сказал Велехов – что нам мешает одержать нам еще одну победу? Но если здесь есть мужчины, готовые сражаться с нечестивцами – у меня для них найдется и оружие и снаряжение, и даже жалование. Жалование настоящими золотыми монетами, без обмана…

Шейх задумался. Верность местных горцев нельзя было купить – но можно было взять и в аренду. Точно так же – британцы говорили про независимых и гордых пуштунов.

– Должно быть… – сказал они – найдется немало желающих поквитаться с абуидами, благо они сделали много зла тем, что живет здесь. Но разумно ли будет нанимать тех, кто жил здесь долгие годы под их власть. Раб остается рабом, даже взяв в руки оружие.