Эрхегорд. 3. Забытые руины - Евгений Рудашевский

«Утиная скала, названная так исключительно по форме и, конечно, никогда не дававшая приют ни одному известному виду птиц, высится над узким перешейком – северной оконечностью долины Гейзерных топей. В перешейке нет горячих источников, однако круглый год сохраняется теплая погода, которую не способны нарушить ни снегопады, ни вьюжные порывы ветра. Перешеек выводит на необозримые снежные просторы, на востоке постепенно переходящие в Ребровное поле. Именно туда, в северном направлении, вынуждены отправляться охотники, занимающиеся отстрелом майкр. Богатый мех этих небольших и чрезвычайно проворных созданий хорошо продается не только в Лощинах Эридиуса, но также в Землях Нурволкина, откуда он уходит еще глубже на юг, с каждой путевой верстой превращаясь в поистине бесценный товар.

Именно охотники со временем обнаружили на северо-востоке от хребта Толингара единичные выходы горячих источников – крохотные оазисы, окруженные вечными льдами, лишенные растительности, но способные приютить и отогреть замерзшего человека. Всего таких источников насчитано двадцать, самый большой из них в поперечнике едва достигает двух саженей, отчего в обиходе их часто называют гейзерными норами.

В первые годы охотники, даже те из них, кто оказался в беде, старательно обходили такие оазисы, предпочитая мерзнуть и рисковать жизнью. Все дело в обустройстве источников – их берега были облицованы ровным кольцом из крупных неотшлифованных камней, связанных белой глинистой массой. Следы указывали на то, что облицовкой занимались каахнеры.

Дальнейшее обследование гейзерных нор выявило, что на самом деле Чистильщики не укрепляли их, а целиком запечатывали – к нашему веку каменные печати обвалились, сохранив только основание, которое охотники изначально приняли за облицовку.

Кромешники заверили наместника Дол-Гизира в безопасности гейзерных нор, и он распорядился установить над ними одноэтажные срубы, в которых охотники могли отогреться и в случае необходимости сменить одежду или взять запас сухого провианта.

Зимовья долгое время пустовали, а в одну из зим на те края опустился такой мороз, что не спасали ни меха, ни греющий песок, ни растирания листьями тиальвы. Одновременно три десятка охотников оказались в снежных полях, и выжили только те, кто сразу укрылся возле гейзерных нор. С тех пор сорванные печати каахнеров никого не пугали – в зимовья стали наведываться не только охотники, но также путешественники, мечтавшие насладиться красотой зимней страны. Наместник Дол-Гизира подумывал соединить гейзерные норы защищенной дорогой, а вместо срубов поставить настоящие дома, чтобы привлечь как можно больше отдыхающих, однако исчезновение пограничной стражи заставило его отказаться от этой идеи.

Самую большую гейзерную нору нашли спустя два года после открытия остальных девятнадцати нор. Она отличалась не только размерами, но также устройством – вместо простого колодца с термальной водой в „Северном оке“, как назвали эту нору, лежала массивная каменная чаша, а воды поступали в нее через узкие, расположенные по кругу щели.

„Северное око“ отстояло на тридцать шесть верст от Утиной скалы и в дальнейшем было выбрано комендантом Северных Земель под строительство нового форпоста.

Первым делом рабочие заложили дорогу от Гейзерных топей, а дороги в тех краях приходится выдалбливать в снегу: прорывается траншея на глубине не меньше трех саженей, стены такой траншеи укрепляются балками и стальными стяжками, привезенными из кузен Пекель-Зорда, затем сверху, над траншеей, устанавливаются крепежные стропила с навесами. В наиболее продуваемых местах и там, где чаще проходит осколочный вой, навесы закрывают весь верстовой участок дороги, поверх которого укладывается ледяной наст – так, чтобы снежное поле вновь выровнялось и позволило вьюге скользить дальше.