Сашка - Владимир Поселягин

Выстрелив из карабина на звук, с удовлетворением расслышал шум падения тела со второго этажа амбара. Сам амбар был обшит досками и пули карабина действительно легко пробивали их, так что фактически укрытий в амбаре не имелось. Почему-то в избе никого не было, все бандиты находились в амбаре. Нет, один пытался до дверей добежать, но не смог, пуля летела быстрее, чем тот бегал. После этого я снова выстрелил и стоны раненого прекратились. Перебежав на другую сторону опушки, быстрым рывком добежал до дощатой стены амбара, он не бревенчатый был как изба, и заглянул в открытый проём. Быстро пересчитав тех бандитов что видел, прислушался. Полная тишина, даже было слышно, как мыши начали шебуршать где-то внизу. Убедившись, что живых не слышно, скользнул внутрь амбара и стал осматривать как первый этаж с оборудованием смолокурни в виде чанов, так и второй, туда две лестницы вели с разных сторон. А вот ворота большие, грузовик заехать может. Проверка показала, что даже подранков не было. Тела бандитов и изувеченное тело пожилой женщины, похоже, ей прикладом всю челюсть разворотили.

После этого я осмотрел избу. Сомнений не было, бандиты именно тут и проживали, нары были сколочены ещё работниками смолокурни, бандиты просто ими пользовались. Причём я собрал всё оружие и снёс его в избу. Судя по нему, те помарадёрили на одной из наших армейских колонн разбитых авиацией. Другого объяснения нахождения столь разнообразного армейского оружия я не находил. Было два ручных пехотных пулемёта «ДП-27», к каждому по пять запасных дисков, четыре «ППД», три в ящиках ещё в консервационной смазке, причём с рожковыми магазинами. Не дисковыми. Один у главаря был, это он поливал их него опушку, чуть ствол не запорол скотина. Потом девять «СВТ-40», самозарядные винтовки. Они были свалены в кучу в углу, похоже, никто из бандитов не умел ими пользоваться, вот и не трогали, а прихватили так, от жадности. Потом двенадцать винтовок «Мосина» и шесть карабинов той же системы. Причём подсумков было мало, не снимали их бандиты с тел погибших, так с пяток было. Ещё шесть пистолетов «ТТ» и два «Нагана». Ещё отметил несколько ящиков с консервами, бумажные мешки с сухарями, и ещё что-то из продовольствия. Карабин, снятый с тела бандита, внутри один патрон остался, я оставил тут же в избе.

Вот боезапас я обнаружил именно в амбаре, теперь понятно, почему те такую пальбу устроили, тут стреляй не хочу. Десять ящиков с цинками с патронами. Два ящика к «ТТ», живём, и несколько десятков пачек к «Наганам». Помимо них четыре ящика с гранатами. Один с противотанковыми, две с оборонительными, классические лимонки, и ящик «РГД-33». У главаря я нашёл настоящий «маузер», тот самый, комиссарский в деревянной кобуре, который тут же прихватит себе, затрофеил. Тем более «маузер» оказался под парабеллумный патрон, которых у меня хватало. Никаких наградных пластинок на нём не было, поэтому и забрал с чистой совестью.

В самом амбаре на свободной площадке слева от ворот стояло два транспортных средства. Один возок, хороший такой крепкий. Но только для перевозки людей, не грузов, и обычная деревенская на вид телега, вроде моей. Вот только лошадей я нигде не видел. Без транспорта бандиты не могут, значит, где-то они держат лошадей. Меня обеспокоили слова бандита о заложниках, так что я стал внимательно осматривать амбар, ну и вокруг него пробежался. Нужно определить, сколько реально тут было бандитов, так что, пробежавшись, осмотрел обувь у всех, включая наблюдателя и тех двоих, что лежали в лесу. Нет, всё точно их было девять. Нашёл по следам, в какую сторону увели лошадей, между прочим трёх, после чего вернулся в амбар. Всё же был тайник. Причём старый, ещё местные делали. Странно, что бандиты его нашли, если конечно тот не был открыт к их приходу или кто из бандитов тут ранее работал. Может и случайно нашли. Открыв крышку, обнаружил двух связанных женщин. Вот кляпов не было, чего же голос не подали?

— А я думал мыши шуршат под полом… Чего молчите, язык отрезали? — тут же спокойно осведомился я.

— Бандиты обещали гранату кинуть, если мы кричать будем, — тихо сказала одна из молодых женщин.

— А-а-а, понял. Можете уже вылезать, побил я бандитов. Живых нет, не делайте таких кровожадных лиц.

На само деле они не делали, были слишком испуганными, я просто старался их так приободрить. Похоже, не слишком получилось. Спустившись в погреб, осмотрел их обувь, развязывая.

— Ясно. Ты одиночка, а ты шла с ребёнком и хромым мужчиной. Я ваши следы видел на дороге, что вела сюда. После дождя остаются отличные отпечатки. А я их читаю как книгу.

— Они убили отца и сына, — горько заплакала последняя из молодых женщин.

Судя по их разорванным платьям, обе подвергались насилию у бандитов, причём не единожды. Видимо для этого их и оставили в живых, чтобы можно было разлечься, если в их сети ещё дичь не попадётся. Успокаивать я их не стал, для этого есть отличное средство — время. Оно всегда лечит, по себе знаю.

Закончив освобождать обеих, просто ножом срезал путы, я разогнулся, отчего голова оказалась на уровне пола амбара, и сказал:

— Ладно, выбирайтесь, а я за своими сбегаю. Да ещё ментов нужно привести, дело-то серьёзное.

Ага, так меня и отпустили. Вцепили в штаны и очень убедительно попросили их тут одних не бросать. С трудом освободившись из женских захватов, я всё же пообещал и, прихватив их с собой, направился к дороге, на которой должен быть дед. Женщинам было трудно идти, тяжело, ещё бы после многочисленных изнасилований, но те крепились, да и я шёл по тише, чтобы их не напрягать. Наши нашлись метрах в трёхстах, причём не на дороге, а кустах, дед их туда загнал и замаскировал. Но я всё равно их обнаружил первым, шалить подкрадываясь не стал, вышел на открытое место и помахал винтовкой над головой. Дед сразу вышел из укрытия. Женщины после взмаха присоединились ко мне и мы дошли до наших.

— Что там было, бандиты? — тревожно спросил дед.

— Да. Девять было. Сейчас они мёртвые, постреляли мы. Эти женщины у них в заложниках были, в тайнике их держали, в яме. Сам понимаешь, что с ними делали. Вы тут останьтесь, ни куда не уходите, а я до дороги пробегусь. Сотрудники милиции на дороге нам встречались. Может, удастся кого увидеть и привести, а то и сотрудников НКВД. Сам посматривай по сторонам. Мало ли эти выродки тут не одни были. Те, что на смолокурне одни были, точно девять, но мало ли. Вот ещё, «Маузер», убери в мою телегу, трофей.

— Хорошо, — кивнул дед, принимая тяжёлую деревянную кобуру с длинным ремнём. — Обед готовить?

— Да, прямо тут. Когда я вернусь, не знаю, меня, если что не ждите. Гадать не хочу, когда в толпе беженцев нужных людей найду и смогу убедить их проследовать за мной. Люди разные бывают, может и не захотят сюда отправиться. Но готовьте сразу побольше, если всё же приведу, покормим, нужно показать что мы хлебосольные хозяева. Может в телеги наши не полезут, менты могут, они такие.

— А что за менты?

— Милиционеры коротко.

— Ну дай бог быстро вернёшься, — вздохнул дед, после чего повесив кобуру с «маузером» на плечо, стал активно командовать в лагере. Выбежала малышня из укрытий, Марина тут же засуетилась с лопатой на свободной площадке, собралась копать яму для костра, женщин встретила и отвела в сторону бабушка, ну а я побежал к дороге.