Рейдеры - Рустам Максимов

– Как ты помнишь, я полностью поддержал тебя тогда, поддерживаю и сейчас, – произнёс я, помедлив секунду. – Ты же понимаешь, что меня интересует источник?

– Думаешь, я завербовал кого-то из экипажа судна, даже не выходя из дома? Почти угадал, – улыбнулся мой напарник. – Ты уже познакомился с Екатериной, медсестрой?

– Ну да, ещё вчера, – я моментально сообразил, каким образом у моряков произошла утечка информации. Медсестра Екатерина, миловидная женщина лет тридцати, вот уже несколько дней присматривала за нашими лежачими ранеными и жила здесь же, в доме. Помнится, мы впервые услышали о ней от Стрелкова, именно он упомянул об этой женщине. – А как она обо всём узнала?

– Просто подслушала разговор капитана с кем-то из его моряков, – ухмыльнулся Михаил. – Случайно подслушала, не специально.

Конечно, я не поверил про то, что Екатерина случайно подслушала чужой разговор – знаем мы эти женские «случайно». С другой стороны, Ковалёв сделал вид, что верит в эту «случайность», поэтому я решил не заниматься поиском чёрной кошки в тёмной комнате. Всё встало на свои места, и это меня вполне устраивало… Нет, не устраивало.

– Миш, как твои рёбра? Заживают? – давая понять, что вопрос с медсестрой закрыт, я перевёл разговор на другую тему. На тему состояния здоровья моего напарника. – Не слишком ли быстро ты «забил» на режим?

– Не волнуйся, Володя, всё заживёт, как на собаке, – усмехнулся Ковалёв. – Рёбра побаливают, конечно, но ноги-руки целы, а голова, как ты уже обратил внимание, ещё работает. Сам понимаешь, не время валяться в постели, когда каждый штык на счету, надо в меру сил и возможностей…

– Ну, коли в меру сил и возможностей, – прищурился я, оценивающе глянув на капитана. Доктора рекомендовали тому особый режим хотя бы на пару недель, а он не вытерпел и недели. Хорошо ещё, что отделался сломанными рёбрами и относительно неглубокими ранами, без повреждений внутренних органов. – Короче, Миша, сейчас нам позарез нужна именно твоя голова. А ноги с руками побережём до лучших времён.

– Хорош загадками говорить, – слегка поморщился мой напарник. – Давай колись, чего удумал?

– Всё гениальное, как известно, просто и давным-давно изобретено до нас, – продекламировал я, и Михаил вновь поморщился, словно от кислого. – В Данилово требуется воссоздать отделение полиции, а его начальником нужно назначить грамотного товарища. Никитин уже дал «добро», остался лишь один момент – спросить тебя, готов ли ты взяться за это дело?

– Чёрт, совершенно не ожидал подобного, – Ковалёв выглядел озадаченным. – Володя, а с чего это такая срочность? Неужели нет иных кандидатур?

– Во-первых, заниматься этим делом и отвечать за поддержание порядка должен профессионал, а не мужики с «калашами», как это происходит сейчас, – начал перечислять я. – Во-вторых, люди при любых обстоятельствах остаются людьми, следовательно, в будущем стоит быть готовыми к «бытовухам», к кражам всяческих мелочей. В-третьих, в посёлке появилась масса пришлого народа, которые осядут здесь…

– А в-четвёртых, капитан Ковалёв пока что не готов к рейдам по джунглям и к лазанью по горам, – перебивая меня, произнёс мой напарник. – По сути, это работа участкового – выяснять, расследовать, держать руку на пульсе… Впрочем, ты прав – здесь нужен профессионал, имеющий определённый опыт работы… Мне понадобится помощник, а лучше парочка.

– Будет. Уже есть один «пепс» на примете, из белгородцев, сейчас он в отряде Стрелкова, – кивнул я. – Давай-ка переговорим кое с кем из местных – нужен кто-то из «аборигенов» посёлка.

– Я сам поговорю с местными, погодь пару дней, – призадумался Михаил. – С кадрами будет сложно, наверное, придётся привлекать к делу женщин.

– Делай, как считаешь нужным – у тебя полный карт-бланш, – поднялся я с кресла. – Всё, я пошёл махать лопатой.

Общественно полезный физический труд, как известно, весьма полезен для укрепления здоровья. Особенно, когда работаешь и на самого себя, любимого, и на своих боевых товарищей, и на других, окружающих тебя людей. Поэтому мы взялись за дело с охоткой, как говорится, навалились на работу всем миром.

Работали быстро, с шутками-прибаутками, без простоев и перекуров, с лишь одним перерывом на обед часика в три дня. К тому моменту, когда солнце коснулось западного горизонта, двор особняка напоминал колхозное поле. По ходу дела мы перекопали все лужайки, отвели места под лук, чеснок и капусту, и встретили закат с чувством хорошо исполненного долга.

Махая лопатами, мы не забывали и об основной задаче, стоящей перед нашим отрядом – о разведке. Так уж получилось, что мы взяли на себя роль разведчиков, первыми ступали на земли самых различных кластеров. Следом за нами шли «дикие гуси» и ополченцы из разных анклавов, закрепляя за конфедерацией вновь открытые земли. Иногда случались и промашки, как с техасским кластером, для занятия которого у команданте ван Клейста просто не хватало сил.

Кроме всего прочего, наша новоявленная конфедерация вела боевые действия против организации под названием «Боко Харам», боевики которой угодили в новый мир вместе с кучей других землян. Так уж получилось, что наши интересы пересеклись с интересами исламистов, и последние решили потягаться в военном ремесле с «солдатами удачи», выяснить, кто сильнее и у кого круче.

Пока что у африканцев получалось не очень, но они наносили наёмникам ощутимые потери, заставляя нас сконцентрировать и без того скудные ресурсы конфедерации на обороне двух-трёх стратегически важных анклавов. Несмотря на все эти трудности, бельгиец готовился нанести удар по пунктам дислокации исламистов и раздавить их. Оставалось лишь найти эти самые пункты дислокации, и Жерар поставил эту задачу разведке – нам и отряду сержанта Маллигана.

Исламисты имели огромный опыт партизанской войны, войны в джунглях, поэтому дело предстояло крайне сложное. Мы не особо боялись засад, мин, растяжек и различных самодельных ловушек. Прекрасно осознавая, что враг не способен контролировать огромные площади чужого леса, мы в первую очередь опасались быть преждевременно обнаруженными ещё на подходах к точкам базирования противника. Проблема в том, что шагать пешочком в разведку по здешним зарослям, особенно ночью – это чистой воды самоубийство, самоубийство с небольшой отсрочкой по времени, пока не закончится боекомплект.

Следовательно, придётся ехать, а значит – выдавать себя шумом двигателя и лязгом гусениц нашего «амтрэка». Если враг не дурак – а боевики «Боко Харам» вовсе не дураки, – нас обязательно засекут при подходе, либо в процессе поиска объектов. Увы, но мы вовсе не элитный спецназ ГРУ, стали разведчиками, можно сказать, случайно, и не имеем огромного опыта ведения боевых действий. Тем не менее поставленную задачу следует выполнять, и в процессе нарезки грядок мы перебрали все возможные варианты, какие только смогли придумать.

– Хорошо, по варианту Руслана – будем голосовать, или как? – поинтересовался капитан Барулин, подводя итог спорам и прениям.

– Давай, Сань, обойдёмся без этого, – отмахнулся Зеленцов. – Лучше подумаем, столь ли нам нужен Сухонин, или как-нибудь обойдёмся без него?