Оборотень по особым поручениям - Анна Орлова

Я представил, как она вцепляется мне в нос, и машинально прикрыл его лапами.

Кажется, Рассел тоже был впечатлен.

– А у мисс Брадшо были очень ухоженные руки, – продолжила она. – Сохранять такую длину ногтей непросто, поэтому она очень их берегла и скорее бы закричала, чем в кого-то вцепилась.

– Понятно, – инспектор сделал пометки в блокноте. – А когда вы в последний раз видели мисс Брадшо?

– Мы поговорили, потом она пошла танцевать, а потом куда-то исчезла. Я не заметила, когда именно. А утром Джинто нашел ее в кустах и позвал меня. Он очень умный пес. И тоже интересуется расследованием. Да, Джинто?

Она с улыбкой кивнула на кресло, за которым я прятался. Как только заметила?

Я от избытка чувств постучал хвостом по полу. Ну почему я не левретка или крохотный терьер? Тогда меня могли бы взять на руки… Или не величественный дог, мастиф, овчарка – я мог бы положить благородную голову на колени Майе… Но такую тушу она не пустила бы в постель. Вот и мучайся, спаниель несчастный! Для рук ты велик, а до колена не дотягиваешься!

– Кхм, – кашлянул Рассел и спешно переменил тему: – Были ли у мисс Брадшо враги?

Я как-то упустил нить беседы, но вроде бы ничего интересного не прозвучало.

А впереди у нас была еще уйма народу…

Дальше гости следовали чередой: угрюмый Тоби и энергичная Бэйби, небритый Эндрю и непрестанно кашляющий Дэниел. И, конечно, они ничего не знали, об убитой не могли сказать ничего плохого, о мотивах убийства даже не подозревали.

Самой откровенной оказалась Бэйби.

– Инспектор, – сказала она, крутя в пальцах зажигалку, – Лили никого из нас не интересовала. Ну таскалась она следом за Дэйвом, искала побрякушки, и что с того? Я тоже искала, это весело! Ну, было весело…

Когда в дверь снова постучали, инспектор потер усталые глаза и разрешил:

– Входите!

– Я подумала, вы захотите подкрепиться, – пояснила Хелен, осторожно входя с полным подносом в руках. – Здесь чай, сэндвичи и горячие булочки.

– Вы – ангел! – с чувством сказал Рассел и отложил блокнот.

– Вовсе нет, – усмехнулась она. – Просто я оказалась последней. Вот и решила, что вы не откажетесь выпить со мной чая.

– С вами? – переспросил инспектор странным тоном.

– Именно, – кивнула Хелен. – Остальные в гостиной. Мне подумалось, что вы не захотите к ним присоединиться.

– Спасибо! – он принял из ее рук чашку и вдохнул ароматный парок. – А этих ваших родственников, если честно, я уже видеть не могу!

– Осталось немного, – утешила его мисс Маккинби с улыбкой. – Надеюсь, против моего общества вы не возражаете?

– Ну что вы! – торопливо запротестовал Рассел и галантно заверил: – Вам я всегда рад!

Она только усмехнулась.

– А что вы можете сказать о мисс Брадшо? – поинтересовался инспектор явно для проформы.

– Хищница, – без колебаний отозвалась Хелен, деликатно отпивая чай. – Она услышала о наследстве и надеялась окрутить Дэйва.

– А он, конечно, жениться не собирался, – прищурился Рассел.

– Разумеется, – пожала плечами она. – Но едва ли он намеревался ее убить. Есть более простые способы избавиться от надоевшей подруги.

– А если она… кхм, была в положении?

– Даже если так, – парировала Хелен хладнокровно и хрустнула печеньем. – Извините за прямолинейность, инспектор, но Дэйв у нее далеко не первый.

– Значит, вы не знаете, кто мог ее убить?

– Понятия не имею, – вздохнула она, отставив чашку. – А главное зачем? Она была неприятной особой, но все-таки не настолько, чтобы ее убивать.

Инспектор спрятал замешательство за кашлем, а я опустил голову на лапы. Настолько или не настолько, но кто-то же убил Лили!

– И вы не знаете, кто мог затаить на нее зло? – уточнил Рассел, взяв еще один сэндвич.

– Повторю, Лили никто не любил, – вздохнула Хелен. – Об Эстер она высказывалась… невежливо. Мистер Бейнс считал ее блудницей, – она понизила голос, весьма талантливо пародируя Хвалибога. – Ну а Барбара проводила много времени с Дэйвом, едва ли Лили это нравилось.

– А сам Дэйв? – инспектор не отводил от нее внимательного взгляда.

– Я же сказала, в этом нет никакого смысла, – нахмурилась Хелен. – Думаю…

Что хотела сказать Хелен, мы так и не узнали: откуда-то донесся рев Бейнса, с легкостью проникающий сквозь стены.

– Ну что еще?! – простонал инспектор.

Хелен, побледнев, молча бросилась к выходу, ну а я припустил следом…

Дэниел корчился в кресле, сотрясаясь от мучительного кашля. Он прижимал к губам окровавленный платок, а вокруг столпились растерянные гости.

– Врача! Скорее! Скорее же, бога ради! – твердил в кои-то веки бледный мистер Бейнс, склонившись над сыном. Увидел инспектора и закричал с новой силой: – Врача, вызовите врача!

Голос его панически дрожал.

– Успокойтесь, – велел Дэйв, отходя в сторону. – Донован ушла к телефону. Может, ему воды дать?

Бейнс не слушал.

– Господи, – твердил он с мукой, возведя очи горе и сжимая руки перед грудью. – За что караешь, Господи?!

Ясное дело, на этот вопль души никто не отозвался.

Майя молча открыла окно, и в комнату ворвался порыв по-летнему теплого ветра. После утреннего дождя из сада тянуло влагой, запахами мокрой земли и травы.

– Отойдите от него, – велела она властно. – Ему нужен воздух.

– Может, теплую грелку? – предложила Бэйби неуверенно. – Или молока с медом?

– Не надо, – покачала головой Майя. – До прихода врача его лучше не трогать.

Гости охотно разбрелись по гостиной, инстинктивно выбирая места подальше от продолжающего кашлять, хоть и тише, Дэниела.

Даже Бейнс продолжал молиться уже беззвучно.

Чтобы отвлечься от хрипов Дэниела, инспектор спросил негромко:

– Что с ним?

Майя пожала плечами и ответила коротко:

– Он давно болен.

– Чахотка? – нахмурился инспектор. – Бедняга.

Девушка молча склонила голову, соглашаясь.

Доктор приехал быстро (видимо, ему визиты в Эбервиль-хаус тоже сделались привычны).

Осмотрев больного, он помрачнел.

– Боюсь, – нехотя сказал доктор, тщательно складывая инструменты в саквояж, – больному понадобится уехать на юг. Во Франции прекрасные санатории, надежда есть.

Фиона широко распахнула глаза и прижала кулачок к губам, а Эстер, побледнев, уточнила:

– Значит, это правда… чахотка?