Поймать молнию - Дмитрий Даль

– Какой у тебя печальный взгляд на мир. Остались службы глубокого поиска. Отправляются экспедиции к неизведанным частям галактики. Не все так плохо, – попробовал возразить Стрельцов.

– Это все инерция. Раньше для того, чтобы получить какой-то результат, требовались годы и годы глубокого поиска, исследований. Теперь все направлено на получение сверхбыстрого результата. Если сверхприбыли нет здесь и сейчас, все бессмысленно, не стоит и времени тратить на такой проект. Мы живем во времени быстрых шедевров. И все эти исследовательские экспедиции – наследие чужой эпохи, давно вымершей. Мы продолжаем двигаться по инерции, а поскольку у нас очень большой запас инерции, то и процесс этот еще будет длиться и длиться.

Шторм на минуту умолк, собираясь с мыслями.

– Раньше ведь как. Человек выбирал себе какую-то одну профессию и следовал ей от начала и до конца, добиваясь глубин и высот. Теперь сегодня – ты инженер-программист, завтра – космозоолог, послезавтра – врач-нейрохирург. Человек меняет профессии как перчатки. Скучно ему быть одним и тем же всю жизнь. Надо попробовать себя во всем. Вот и скачет, как мартышка по веткам, высот не достигает, везде все по верхам, но зато самореализовывается, как может, а предназначение остается за бортом биографии. Ведь так просто – пару дней гипнокурса переквалификации, и вот у тебя уже новая профессия.

– А как же несколько лет учебы в академии? – удивился Дамир.

О таком способе получения знаний он, конечно, слышал, но на Аркадии гипнокурсы были запрещены.

– В академии даются базовые знания. Неразрушаемый фундамент, благодаря ему потом можно пройти переквалификацию и получить новую профессию. Сейчас это модно. Может, у вас в провинции это еще не распространено, а на Модене болезнь просто какая-то. Вчера ходил на прием к врачу-урологу, через несколько дней отправляешься в банк открыть счет, а там знакомые все лица. Это уже начинает раздражать.

– У каждой исторической эпохи свои болезни, – сказал Дамир.

– Я с тобой полностью согласен. Продолжим путешествие и не будем о грустном. Предлагаю исследовать злачные места. Я видел на схеме одно прелюбопытнейшее местечко, и мы обязательно должны его найти. Быть может, таким образом поможем нашему дорогому Скорохвату развеяться в утомительной дороге. А то наш друг скоро заскучает, поверь мне, нет ничего хуже, чем скучающий Хват. Это просто очень опасное явление.

Покинув обзорную площадку, друзья направились дальше. Шторм уверенно шел по палубе по направлению к лифтовой площадке, где вызвал кабину. Такое чувство, что он знал маршрут без навигатора. Двери лифта открылись и выпустили толпу пассажиров, которые, гомоня и смеясь, направились к обзорной площадке. Счастливые люди, не обремененные долгом службы и заслуженной ссылкой. В основном отдыхающие, но были и командированные. Эти особенно оторванные, старались выжать все, что возможно, из краткого перелета, за которым наступит утомительная работа, поэтому они всегда подвыпившие и с запасом горючего материала до самого прибытия.

Кабина лифта отправилась в новое путешествие. Когда двери закрылись, появилось чувство падения. Дамир вцепился в поручень, выдавив вымученную улыбку. Рядом стоял пожилой мужчина необъятных размеров и сильно потел, что не мешало ему пребывать в благодушном настроении.

– В первый раз, молодой человек? – спросил он.

Дамир неубедительно помотал головой.

– Это проходит. Не переживайте. Я, когда в первый раз летел, чуть было не обделался. Но все прошло на третьем полете.

Дамир хотел провалиться сквозь пол, переборку, стены корабля и оказаться в безвоздушном пространстве. Было неприятно, что какой-то неизвестный, сильно потеющий толстяк воспитывает его, наставляет на путь истинный.

Но падение скоро закончилось. Лифт остановился на третьей срединной палубе, двери открылись, и Дамир с облегчением вывалился наружу вслед за Штормом.

Перед тем как лифтовые двери закрылись, толстяк успел показать большой палец правой руки, высоко задранный вверх, что означало: «Держись, старик, будет и на твоей улице праздник».

Короткое плутание по коридорам, и они оказались перед яркой вывеской «Тристания».

– Если мне не изменяет чутье, то здесь мы можем неплохо расслабиться. Уверен, что, когда мы окажемся на Сотах, такой шанс не скоро представится.

Шторм первым переступил порог заведения. Место ничем не примечательное: пластиковые столы и кресла, приглушенный свет, легкая расслабляющая музыка, изредка сменяющаяся стремительными брызгами танцевальных мотивов. Друзья заняли место за столиком и сделали заказ. Парочка пива да мясная закуска.

– Прежде чем позвать сюда Хвата, надо убедиться, что место его достойно, а то разочаруем друга.

Пиво оказалось неплохим, и Шторм немедленно связался со Скорохватом. Объяснил, как добраться до «Тристании», и тут же позаботился о том, чтобы друзья пришли не к пустому столу. Многочисленные мясные и рыбные закуски да молодое прохладное вино в кувшинах и пенное пиво тут же оказались на столе.

К тому моменту, как Снегов и Скорохват появились в ресторане, Алекс и Дамир уже выпили по первой кружке и горячо спорили о Свейском конфликте, который закончился лет за триста до их рождения. Шторм доказывал, что можно было выиграть решающее сражение при Арденах, если бы не засилье идиотов да зажравшихся свиней в генштабе. Стрельцов же возражал, что даже если во главе поставить безусловно достойного и грамотного полководца Ирму Рачинского, то и это не изменило бы расклад партии. Слишком много идиотов и бездарей посадило Содружество в то время себе на плечи. В одном они сходились точно – сейчас ситуация куда лучше, есть с чем работать.

До самого позднего вечера, а вечер на межпространственном лайнере понятие относительное, они просидели в ресторане. Отлично погуляли. Много было выпито, немало съедено. Все остались довольны. В особенности Скорохват, который этим вечером примирился с реальностью.

Утро началось рано. Всех поднял Снегов, на котором вчерашнее застолье никак не отразилось:

– Нечего разлеживаться. Хоть мы и далеко от базы, но служба идет. Так что подъем. Я тут нашел замечательное место. А именно тренажерный зал. У нас есть шанс выгнать всю дурь из головы и не потерять форму. Пять минут на сборы. После тренировки – завтрак.

Никто не посмел возразить Артуру. Если уж Снегов что решил, то его распоряжения не оспаривались.

Скрипя всеми частями тела, Стрельцов сполз с койки и отправился в душ. Холодная вода взбодрила. Облачившись в легкий тренировочный костюм, он застыл на пороге в ожидании, когда соберутся остальные.

Тренировочный зал находился на том же уровне, что и вчерашний ресторан, только в противоположном направлении. После непродолжительных силовых упражнений, которые Снегов окрестил разминкой, он загнал всех в фехтовальный зал, выдал по шпаге и заставил до третьего пота и кровавых рубцов на руках фехтовать друг с другом.

Дамиру с непривычки дело показалось трудным, но упоительным.