Живородящий - Илья Соколов

Африканский житель небольшого племени купил себе маленький дом.

Безногому пришили руки. Чуткая девочка заревела от мыслей про последний секс в жизни. Дорожная служба оптимистов-любителей объявила минутную забастовку.

Рекламу стали продавать в железных контейнерах для денег.

Деформированные мозги аспирантки помогли купить ей трезвый халат.

Скопище стариков чистили ружьё, передавая его по кругу исключительно стволами на 10 часов.

Демоны-музыканты захватили корабль-призрак и уснули в баре лишь раз.

Португальский картограф эмигрировал в Индию. Странный стиль разговоров по телефону превратился в модное платье.

Детектив по имени Клим походя спас девушку из тонущего отеля.

Печальный чиновник захотел выпить, но получил очередную взятку на день рождения. Короткий номер запомнили 12 человек без прописки.

Наполеон попал в дурдом на острове святой Елены.

«Психотеатр» собрались показать спектакль «Жизнь и смерть Джека-Потрошителя» для детей школьного возраста и роста.

Реальности почти не осталось. Гаитянские зомби организовали профсоюз. Рыжая женщина считала себя похожей. Приболевший борец сумо поправился. Небритый парень вышел покурить и успешно провёл операцию на сердце, но скоро заскучал – опять отправился курить.

Девочка в металлической маске крольчонка предотвратила крушение самолёта потому, что он был игрушечным. Время двинулось влево.

Сыщик двинулся вправо по центру. Глюк 45Т почти вмонтировался в его руку. Клим Гидра ворвался/влетел/вонзился/в тёмную дверь…

Зрительный зал шумно пустовал, ожидая столетней премьеры. На нейро-сцене стоял Александр Уралович Дюйм, мягко улыбаясь добросердечностью главного режиссёра.

Гидра направил в него пистолет, готовясь хотя бы ранить, если ситуация обретёт контроль.

– Так, значит, Смерч – это вы?!

Голос детектива громыхнул гулким эхом, рассыпаясь по помещению. В этот момент Александр Уралович развёл руками, будто бы изображая открытость распятья. А дальше его лицо отлетело чуть ли не в Клима, который едва удержался от выстрела.

Теперь под вирт-потоком был Котяра, весело смеющийся с отключенным звуком. И через секунду лицевая маска опять полетела в детектива. Тот уже не знал, что делать, когда (один за другим) участники труппы «Психотеатра» расставались со своими лицами.

Макс Красивый, Катенька Единица, Пуфик, Севередова. Последним был Лиссов. Он с неимоверно жутким лицо глядел на Гидру безумно-многоцветными глазами.

Затем Илья стал откреплять тени застёжек от головы. Клим, закончив испытывать мозговые перегрузки, решил действовать. Сыщик с рекомендательным криком «Оставь на месте свою харю!» бросился к сцене и попробовал забраться в «экран». Но это оказалось слишком не просто.

Пока Гидра «изображал альпиниста», Лиссов прекратил отсоединять лицо, сразу потерявшее любой вид выражения эмоций, и сбросил его в партер, как нечто ненужное (типа гроба на пляже нудистов). Сейчас на этом существе виднелась маска Алхимика (маньяка-убийцы из фильма «Видок»), представляющая собой мутное зеркало, что «похищает» души своих жертв перед их смертью…

Тревожно наблюдавший этот процесс метаморфоз, несостоявшийся сценолаз Гидра держал странную нейро-тварь на прицеле своего Глюка. И, только существо дёрнулось в его направлении, прозвучал выстрел.

Пуля шлёпнулась на пол, больно ударившись о стену сцены. Проникновение к «маскарадному пугалу» было невозможно. Клим понимал, что бессилен перед этим чудовищем. Здесь, внутри кошмарных сновидений.

Всё снова стало меняться: помещение «Психотеатра» закружилось, причиняя Гидре временное расстройство вестибулярного аппарата. Фигура на сцене стала мерцать, словно перегорающая лампочка сломанного фонаря, который почему-то давал свет вечно.

Детектив услышал голос госпожи Миры:

– Пора тебя вытаскивать. Возвращайся ко мне, сыщик смерти…

Реальность рвалась и ревела шумом вращения. Гидру тянуло через сознание подальше отсюда, куда-то совсем близко, но более чем далеко…

Ритуальные перья тихо шелестели на шторах.

Сумрачная комната колдуньи успокоилась вечерней прохладой, город за окнами расцвёл электроогнями. Детектив Клим Гидра лежал у стола на приятном ковре мягко-жёлтой расцветки. Строгая ведьма Мира склонилась над ним, с улыбкой следя за пробуждением своего гостя.

Старший сыщик, окончательно очнувшись, схватил глазами её старушечий взгляд и полностью пришёл в себя, смутно вспоминая произошедшее «путешествие». Мира помогла ему сесть на диван, обитый памятью о латексных грехах плюс ситцем недоверия простых посетителей.

– Если хочешь, можешь курить, парень.

Госпожа ясновидящая «дала добро» тому, чего Гидра сейчас желал больше ужина с пышногрудой красоткой, переходящего в «постельную дружбу».

Клим достал пурпурную сигарету из заскучавшей пачки «Взрыв», нетвёрдо воткнул её между губами, зажёг и затянулся, будто новорождённый, глотнувший воздух острова Пасхи впервые.

Госпожа Мира слепила замечательную рамку для автопортрета из лучшей части дымового облака. Клим сказал:

– Вы же знаете, чт́о я там видел?

Она кивнула фразой «В общих чертах.»

– Но я так и не выяснил, кто он такой… Или не он, а она… Это создание поймать нельзя. Слишком сложная задача.

– Да брось, сыщик. У тебя всё получится. Просто помощь тебе нужна, – госпожа подошла к шкафу (её молодое отражение ласково подмигнуло Гидре), открыла лунно-зеркальную дверцу и стала что-то искать внутри.

Спустя минуту – повернулась, демонстрируя детективу сплав православного крестика, звезды Давида, мусульманского полумесяца и треугольника пирамиды, которая играла светом закатных лучей, почти нечаянно проникнувших в квартиру.

Этот «артефакт» висел на проводе от наушников.

– Вы хотите дать мне сувенир на память? – Клим ухмыльнулся, едва не теряя сознание от струйной раздвоенности.

– Нет. Это амулет, который поможет тебе не потерять мозги в снах Смерча, когда ты там опять окажешься, – старуха-ведьма повесила свой дар на шею Климу, потом подала ему шляпу, что пробыла без хозяина весь «сеанс». Или же нет?

– Я ведь был там именно со своим пистолетом. А шляпа – на мне.

Из удивления детектива можно было бы построить библиотеку.

– Я тебе её туда переместила, так сказать. Чтоб дискомфорта не ощущалось, – весёлая ухмылка госпожи Миры сливалась с блондинистой красотой в глубине отражений. – Такие вещи делать я умею. А Смерч, похоже, нет… Он бы тебя без «бонусов» дополнения в сон перенёс. Техника этого существа несколько совершенней. Но есть и у старушки кое-какие познания.

Красавица внутри зеркал смотрелась супер-превосходно. Она почти напоминала чудо предела мечтаний.