Принуждение к любви - Александр Звягинцев

Игорь Алексеевич на мгновение замер. Господи, ведь это все его мысли и расчеты - и про понедельник, и про побег!

- Собственно, по большому счету я хотел узнать от вас только одно - каковы были отношения Маши с мужем?

- Что вы имеете в виду? Нормальные отношения.

- Игорь Алексеевич! - рассмеялся Ледников. - Даже я после разговора с Машей и ее матерью готов побиться об заклад, что безоблачными они не были. Вы знаете, любой следователь вам скажет, что в случае непонятного исчезновения человека первое подозрение - на супруга. На мужа или жену. Семейная жизнь выматывает, и так хочется порой начать все сначала! А господин Вяльцев, насколько я понял, человек легкомысленный, необязательный и пьющий. Склонный к сибаритству и постоянному ожиданию подарков - от судьбы, от жены, от друзей! Он вам тоже должен какую-то сумму?

- Ну, - пожал плечами Игорь Алексеевич. - Как всем своим знакомым и друзьям. Да и сумма, надо сказать, вовсе не выдающаяся. Но какое это имеет отношение к данной истории?

- Да очень простое. Ему нужны деньги, а все знакомые и друзья уже не дают. А у тещи деньги есть. Почему бы не придумать дурацкую историю с похищением?

- Ну, знаете! Тепа, конечно, человек легкомысленный и склонный к экзотическому поведению… Но не до такой же степени! И потом, поступить так с Машей! - И тут Игорь Алексеевич вдруг понял, что сказал он это совершенно искренне, чуть ли не с возмущением.

- Ах, Игорь Алексеевич, вы не представляете, с какими случаями мне в моей пусть и небольшой практике приходилось сталкиваться. Если бы вы знали, что вытворяют мужья со своими надоевшими женами! Вы представляете, сколько у нас погибает жен и любовниц от руки своих, так сказать, «любимых»? Свыше десяти тысяч в год! Вот такая любовь-морковь… А вы говорите - не мог!

Ледников смотрел на Игоря Алексеевича с грустной усмешкой.

- Да что мужья! А сами жены? В последние годы в разы выросло число преступлений, связанных с насилием, среди женщин. В разы! И убивают в основном самых близких - мужей, родственников, сожителей. У меня был жуткий период в моей следственной жизни - шесть семейных убийств подряд. И все на кухне. И все их совершали женщины. Женщина уж если брала нож в руки, то била наверняка… Мне потом психологи объяснили, что у них более ловкие руки, женщины лучше координированы для передвижения в замкнутом пространстве кухни. Да и нож для них орудие более привычное… В общем, как говорил чуть ли не Достоевский, никогда нельзя понять, что может произойти между мужем и женой, и потому даже не пытайтесь понять их отношения!

- Пожалуй, - вежливо согласился Игорь Алексеевич. Мысль была бесспорная. - Но, мне кажется, тут речь идет о публике определенного склада и положения?

- Вы хотите сказать - о низах нашего общества?.. Пожалуй. Но психологическая картина выглядела так. Женщины-убийцы были либо уже окончательно спившимися особами, либо потерявшими всякую надежду на лучшее, забитыми, затоптанными нуждой бабами. Но мне, знаете, приходилось иметь дело и с рублевскими, так сказать, семейными парами. Там, конечно, для сомнительных дел часто кого-то нанимают, но совсем не обязательно. Там все весьма просто - обычно дело в деньгах. Кто у кого их отнимает…

Игорь Алексеевич задумался. Не о рублевских семейных парах, конечно. А о том, что господин Ледников своими рассказами на что-то ему явно намекал. А на что он мог намекать?

- Вот такие дела, Игорь Алексеевич. - Давая понять, что разговор подходит к концу, Ледников допил свое пиво и слишком сильно, намекающе так, стукнул пустой кружкой по столу. - Будь у меня возможность, я бы вашему другу посоветовал к понедельнику вернуться домой. И перестать дурью маяться. Потому что, если он благополучно не обнаружится сам, в понедельник мне придется подключать милицию, уголовный розыск. А это люди грубые, им разводить цирлих-манирлих некогда, у них свои методы…

- А вы что, считаете, что у меня есть возможность ему ваш совет передать? - криво усмехнулся Игорь Алексеевич.

- А почему бы и нет?

- Не понял? Что вы хотите сказать?

- Ну что тут не понимать! - Ледников даже как будто рассердился непонятливости Игоря Алексеевича. - Ведь друг ваш действует явно не один. Письмо пришло не по почте, значит, кто-то положил его в ящик. Вряд ли он сам. Где-то он обитает сейчас, значит, с тихой обителью ему кто-то помог. И говорить с женой о выкупе он вряд ли будет сам… Потом, чисто психологически, я уверен, данное мероприятие вряд ли по плечу такому человеку, как «господин Тепа». Тут сообщниками пахнет. Или, если хотите, подельниками…

- Я вижу, Тепа вам не нравится?

- А что в нем может нравиться? Я понимаю, что привязывает вас к этому господину…

- Что же? - полюбопытствовал Игорь Алексеевич.

- Ваше совместное прошлое, сладкие воспоминания юности, студенческие подвиги на любовном фронте…

И опять Игорь Алексеевич поразился тому, что господин Ледников, о существовании которого он пару часов назад и не подозревал, как будто читает его мысли, причем делает это без всяких усилий и чуть ли не с насмешкой.

- Но у меня с ним таких совместных воспоминаний нет, - вполне серьезно закончил свою мысль Ледников. - Поэтому я смотрю на вашего друга вполне объективно. Уверяю вас, мне такой тип хорошо известен. Прирожденный халявщик. У него вполне хватит совести выманивать у жены деньги любой ценой. Увы, Маша с матерью, по-моему, готовы их отдать прямо сейчас. И я тут ничего не могу поделать. В общем, Игорь Алексеевич, пока все говорит о том, что все это происшествие скоро разрешится само собой. Хотя… Я стараюсь, как сегодня принято выражаться, никогда не говорить никогда.

- Ну что ж, получается - доживем до понедельника? - сказал Игорь Алексеевич. - Помните, был фильм с таким названием?

- Помню. А еще я помню - «Понедельник начинается в субботу» Стругацких. Припоминаете? Кстати, сегодня у нас как раз суббота…

Когда Ледников убыл, Игорь Алексеевич погрузился в невеселые раздумья. Похоже, этот бывший сотрудник прокуратуры не сомневается, что он, Кармазин, имеет отношение к пропаже Тепы, и прямо намекает, что пора заканчивать эту дурную шутку. И тут он абсолютно прав. Самое умное - это пойти и выгнать Тепу пинками на улицу. Пусть напряжет мозги и найдет другой способ расплатиться. Но еще Игорь Алексеевич понимал, что этого он не сделает, во всяком случае, прямо сейчас, потому что ему надо увидеть Машу и…

Игорь Алексеевич все никак не мог поверить, что он ей теперь совершенно безразличен! Такого просто не может быть, не должно быть! Он не позволит ей вот так растоптать одно из самых нежных и глубоких воспоминаний его жизни. Ему нужно знать, что и она считает так же, потому что ничего похожего с этим ничтожным Тепой у нее быть не могло. Ничего, что хоть как-то могло сравниться с той ночью!..

Он поедет к ней прямо сейчас, и все разъяснится. Опять станет ясно, что в любой момент, когда он захочет и позовет, она придет к нему!