Шатун - Владимир Поселягин

Я уже не сомневался, что моя смерть всё отмотала назад, и я оказался на Земле, даже глубже по времени лет на триста от моего рождения. Я определил это по тому, что у солдат было только дульнозарядное оружие, никаких револьверов и винчестеров. Эта рота солдат здесь была не одна: дальше, метрах в двухстах от уничтоженного поселения индейцев, из-за холма длинной вереницей вытягивалось около двух тысяч солдат в красных мундирах, везли что-то в повозках, виднелись пушки. Не все ещё показались. А эта сотня ничуть не озаботилась скрыть свои зверства, значит, их командование о делишках своих солдат знало. Поэтому я решил действовать, наносить урон по максимуму.

Как раз один из солдат-карателей, что-то жуя, похоже, у местных нашёл, сел на ошкуренное бревно рядом со мной, и пяти метров нет, я мёртвым притворился, и, отвязав с пояса мешочек, высыпал на ладонь камушки, засиявшие в его руке. Необработанные драгоценные камни и разные, вроде даже сапфир сверкнул. Судя по орнаменту на мешочке, принадлежали камни местным индейцам, и солдат любовался трофеями, но так, чтобы другие не видели. Это то, что нужно.

Пользуясь тем, что солдат сидел ко мне спиной, я по-пластунски переместился правее и взял лежавший в траве томагавк, давненько его приметил, и, подскочив, рубанул солдата наискосок по спине, по позвоночнику. Тот всхлипнул и обмяк, заваливаясь на меня, едва успел отскочить. Камни посыпались на траву, но в мешочке их ещё хватало, так что, прихватив его, я под улюлюканье солдат и крики побежал к насаженным на колья. Раздалось несколько выстрелов. Промахи, но одна пуля ожгла спину по касательной. Счастливо избежав встречи с солдатами, я добежал до умирающих и стал оббегать их по кругу, бросая камни в траву в равной последовательности и стараясь не попасть в руки солдат, которые начали меня ловить. Потом сел на задницу у ближайшего тела. Этот старик дёргался в агонии и холодным взглядом, полным ненависти, смотрел на двух солдат, которые, вытащив сабли, шли ко мне с предвкушающей улыбкой. Тот, что правее, здоровяк, успел первым, и уже занёс саблю над головой, явно планируя разрубить меня от плеча до низа, я уже видел несколько таких детских тел, точнее, фрагментов, но не успел, прошла принудительная инициация. Быстро. Ещё бы, со столькими эманациями смерти тут. Я в этом деле уже дока, всё же столько опыта было.

Потом ничего не стало. Совсем ничего. Одна пыль вокруг, которая раньше была людьми, лошадьми, повозками, травой. Да всего. На три километра вокруг лишь мёртвая земля, которая не скоро оправится от отравления маной. Подобный выброс уничтожил и ту колонну солдат с тыловыми подразделениями и артиллерий. Местные тоже погибли, но это единственное, чем я мог помочь сразу: легко уйти, и, надеюсь, они поддержали бы такое моё решение, если бы знали о нём. Нехорошо, что я вот так воспользовался их смертью, чтобы пройти инициацию, но другого выхода не видел, это был тот шанс, когда и дело сделаю, и этих тварей изничтожу. Надеюсь, местные индейцы, что умерли и умирали такой страшной смертью, что и врагу не пожелаешь, хотя нет, ему как раз и пожелаешь, меня простят. Там, на небесах.

Сразу после инициации я стал действовать, а то кровь идёт – и на голове рана, и на спине, хотя сзади она покрылась пылью от одежды. Магическое зрение запустилось сразу, ждать не нужно, детская сетка тоже уже не нужна, и я, внимательно поглядывая по сторонам, быстро стал работать. Теперь ко мне подкрасться незаметно невозможно, выброс маны и камыши, и кустарник с травой тоже превратил в пепел, укрытий нет, но я всё равно смотрел во все глаза. Особенно на холм, не появится ли кто там? Колонна ведь не успела вся выйти из-за него, и сколько там осталось и попали ли они под выброс, пока не знаю. Однако то, что больше трёх тысяч английских солдат оказалось уничтожено, могу подтвердить со всей ответственностью. Да и не без гордости за хорошо сделанное дело. Эх, жаль, такие выбросы возможны только при инициации, а то какое бы оружие массового уничтожения было! Одарённый может быстро выпустить ману в пространство, но максимум, что произойдёт, – всё превратится в пепел метров на пять вокруг, так что это можно использовать один раз, что я и сделал.

Я сел медитировать, потому что не сдерживал ману при инициации, и она вся покинула источник, это гарантировало уничтожение всех и вся, но мне она нужна для плетения «Малое исцеление», чтобы начать приводить себя в порядок, заживить раны. Получаса мне хватило, за это время источник наполнился на пятнадцать процентов, в этом теле я явно был сильнее как маг, оттого я решил плести не малое, а «Среднее исцеление», чтобы провести комплексное восстановление, а не точечное, делая множество малых плетений. Когда оно сработало, я сразу почувствовал себя заметно лучше, почти как заново рождённый. Раны на голове уже нет, на спине тоже, да и потери крови восстановлены, уже не качало от слабости. Однако я всё же решил проверить. Плетение диагноста брало мало маны, того, что осталось, меньше процента, хватит, и я сплёл и активировал его. Да, нет ни патологий, ни ран, долго проживу, если раньше не убьют, хе-хе, диагност это ясно показал.

Встав и отряхнувшись, я голышом направился к реке, воды которой покрывал пепел, но часть уже унесло течением. Расчистив себе «окно», я несколько раз с головой погрузился в воду, отмывая тело и волосы, а то этот окровавленный колтун мне не нравился, я ещё и постричься собирался, длинные волосы – не моё. Выбравшись на берег, осмотрелся, прикидывая, что делать. Думаю, пока нужно уйти от людей, накопить амулетов, особенно боевых, чтобы быть во всеоружии, обустроиться и потом выходить к людям. Точнее, индейцам.

Я направился к холму, формируя на ходу боевое плетение. И не успел отойти от реки и на сорок метров, как вскрикнул, обо что-то уколов правую ногу. Присев, обнаружил в пыли знакомые камешки. А не они ли высыпались из руки того солдата, когда я его томагавком ударил? Вроде сходится, тут то бревно, кажется, и было. Я стал шарить в пыли, снова извозюкался, придётся опять идти мыться, но шестнадцать драгоценных природных камней собрал. Непонятно, почему они уцелели, но этот феномен я потом буду разгадывать.

Ещё раз обмывшись в реке, я уже решил к холму не идти: что я там с одним боевым плетением буду делать, если там вдруг ещё столько же солдат имеется? Нет, нужно подготовиться, поэтому я пошёл вдоль реки вверх по течению.

Вскоре раненная маной земля осталась позади, и под ногами зашелестела высокая зелёная трава. На мой взгляд, излишне яркая, видимо, сейчас здесь весна. Камни я сжимал в кулаках обеих рук, в одной руке все не помещались, там были экземпляры довольно приличных размеров. И то ли я крепко сжимал их, пока пребывал в задумчивости, не забывая внимательно поглядывать по сторонам, то ли усталость давала знать, но ладони вспотели, пальцы дрожали от усталости, и я понял, что вскоре могу выронить ценный груз. Поэтому, когда покинул заражённую маной землю, то остановился, высыпал камни на траву, отряхнув руки, и сформировал плетение сканера четвёртого уровня сложности. Дождавшись результата сканирования на пятьсот метров вокруг, изучил данные. Запрос был на металл, драгоценные камни и разное золото и серебро. Надо сказать, в траве немало находок было. Видимо, индейцы теряли их, а потом всё зарастало. При первом же сканировании я одних только драгоценных природных камней насчитал двадцать две штуки, четыре куска металла, по виду это были ножи и старое ружьё. Один нож и ружьё плетение нашло в реке, так что это мимо, нырять не буду. Золото тоже было, один раз, и это потеря, а не месторождение. Ладно хоть, нашёл, будет из чего основы делать.