Билет в один конец. Иллюзия свободы - Федор Вахненко

– Вратарь, Рымарь – бетон. Башмак – люк.

Пока командир и Леший обеспечивали какое-никакое прикрытие, двое наемников сдвинули стройматериал, а выходец из мародеров оттащил крышку люка в сторону. Перед ними открылся спуск вниз с покрытой бурыми пятнами лестницей. По команде «солдаты удачи» отправились вниз. Мгновение – и их окружили темные, покрытые мхом стены. Благо, старая канализация давно высохла, и тянуться за респираторами наемникам не пришлось. Разве что налобные фонари достали. В тайнике было темно, совсем как «у негра в заднице», – именно так заявил Башмак в свой первый визит. Но добро, которое оставил прошлый, ныне наверняка покойный владелец «схрона», с лихвой компенсировало этот недостаток.

Пройдя вправо от лестницы метров на 20, отряд Беса нашел несколько ящиков, набитых чем ни попадя: консервами, водкой, одеждой и даже патронами россыпью в коробках.

Лишний раз удостоверившись в отсутствии незваных гостей, наемники предусмотрительно сменили носки, пока имелась такая возможность. Сменили – и покидали в кучу грязного белья на полу, особо не церемонясь.

Следом «солдаты удачи» не преминули проверить припасы. Скудновато, конечно, но на день-два должно хватить.

Окончив смотр, наемники достали пять советских маскировочных комплектов КЗС, нередко именуемых «Березками». Важным элементом экипировки были маски защитного цвета – чтоб не опознал никто. По очереди переодевшись, «солдаты фортуны» обмотали вокруг рук зеленый скотч – отличительный знак «вольнонародовцев» – и накинули дождевики. Сложив привычную одежду в один из ящиков, наемники наскоро обсудили новые позывные. Нечего светить собственными кличками во время секретной операции. Вот так Башмак стал Бушлатом, Бес – Боссом, Вратарь – Шомполом, а Леший – Лесником. На Рымаре фантазия закончилась, и бывший гэбээровец стал просто Петровичем.

Разобравшись с временными прозвищами, отряд Драгунова поспешил покинуть «схрон». Возле лестницы на свежий воздух успела скопиться маленькая лужица. Ступеньки намокли и слегка скользили, так что совершенно не ожидавший такого поворота событий Леший чуть было не полетел вниз. Драгунов едва не схлопотал по лицу жесткой подошвой «берца», усеянной забившимися в протектор комьями грязи, но успел вовремя отклониться назад.

– Э, мля! Шары разуй, на! – рыкнул Башмак, которому Олег неосмотрительно наступил на ногу.

Один за другим наемники покинули тайник. Пока Башмак и Леший возвращали крышку на место, Драгунов, Рымарь и Вратарь обеспечивали прикрытие, стоя на колене и контролируя каждый свой сектор. Настоящий профессионал своего дела, может, и остался бы незамеченным, но где ж его искать, того профессионала?

Замаскировав вход в свое тайное убежище, отряд Беса с Лешим во главе отправился к обозначенному Моргуновым месту. Вроде и недалеко было, да только в Зоне расстояния измеряли не в метрах с разнообразными приставками, а во времени, затраченном на путь. Ориентировочно до «метки» было минут 15–20. Ориентировочно.

Уже через пять минут посреди дороги возникли почерневшие останки упавшего долгие годы назад военного вертолета. Вокруг этого «скелета динозавра» до сих пор лежали кости несчастных. То тут, то там виднелись обрывки формы. На одной руке даже шеврон сохранился – батальон «Чернобыль». Такой же, как и у всех украинских военных по периметру Зоны. Бойцы ВСУ давно не совершали рейдов на аномальную территорию, переложив сей тяжкий груз на плечи ГБРЗА. Причина была проста как дверь и лежала прямо перед наемниками.

– О! – вдруг вспомнил Вратарь. – Тут же братан комода скопытился!

– Чего-чего? – переспросил Башмак. – Чё за комод?

– Да у комотделения братан был, – не оборачиваясь, ответил бывший военный. – Вот он на вертушке и летел. Комод часто за него вспоминал. Все, сука, хотел в Зону.

Вратарь и выходец из мародеров дружно заржали, высмеивая потаенное желание того командира отделения. Ведь они-то знали, что такое Зона. Место, в котором и врагу не пожелаешь оказаться…

– Хотел, мля, в Зону, – вытерев скупую слезу, хохотнул Башмак. – Ну, млин…

Он хотел было еще что-то сказать, но, как говорится, не судьба. Коротко отработал автомат Вратаря – и бывший налетчик замер с полуоткрытым ртом.

– На один час! – рявкнул бывший военный, упав на защищенное колено.

И весь отряд рефлекторно врос в землю. Рассредоточиваться в данной ситуации – не лучшее решение. Во-первых, аномалии. Во-вторых, неясно, что за противник попался. И противник ли вообще? Если рядом люди, атака могла последовать с любого направления. Группа из пяти человек – не такая уж большая сила, чтобы распугать всех отморозков в округе.

Дважды протрещал «калашников» Вратаря. Рымарь коротко дернул головой в направлении выстрелов, но не заметил ничего подозрительного.

– Ты по кому там шмаляешь? – подал слегка дрожавший голос Башмак.

– Да хер его знает, – настороженно отозвался бывший вэсэушник.

– Движение? – сухо спросил Бес.

– Не вижу, – бросил Вратарь, «сканируя» местность острыми сталкерскими глазами. – Нихрена не вижу…

Наемники выжидали еще около полутора минут. Ничего подозрительного. Лишь слабое дуновение ветра да надоедливый дождь, что все никак не угомонится.

– Продолжаем движение, – скомандовал Драгунов. – Стволы наготове.

И «солдаты удачи» вновь зашевелились, аккуратно огибая остатки вертолета. Леший привычно шел впереди паровоза, следя за стрелкой наручного компаса и периодически измеряя радиационный фон. И именно его противник избрал первой мишенью. Наметанный взгляд Вратаря едва успел уловить размытое движение тела, пулей метнувшегося к проводнику. Грозно гавкнув, «калаш» заглушил хриплое, отрывистое дыхание врага. К головному отряда бежал практически неразличимый горбатый силуэт с желтыми кошачьими глазами. «Черный горбун». Один из самых опасных и самых загадочных мутантов Зоны. Никто не знал, как он выглядел, чем питался и какую среду обитания предпочитал. Кто-то наделял эту тварь светобоязнью, кто-то приписывал любовь к высасыванию крови, кто-то – еще что-нибудь, да помистичнее. Лишь бы новичков напугать. Кто-то предполагал, что «горбуны» – они как хамелеоны, только их шкура все время меняет окраску, создавая тем самым почти идеальную маскировку. Кто-то говорил более фантастические вещи, связанные чуть ли не с адом и демонами. Но одно сталкеры знали точно: тварь практически невидима, невероятно быстра, её когти острее любого ножа, а организм способен вынести такое, что пять раз убило бы обычного человека. К счастью, мутант нередко выдавал себя хрипом – то ли горло никак прочистить не мог, то ли курил слишком много.

Треск АК-74 резанул Лешего по ушам. Предупредительный крик бывшего военного он не услышал. Наемники вновь застыли на месте. Проводник резким движением развернулся влево, поднимая висящий на перекинутом через шею ремне «калашников».

«Черный горбун» был быстр. Очень быстр. Его и без того плохо различимый силуэт практически превратился в сплошное размытое пятно, быстрее молнии мчавшееся к наемнику-проводнику. Мог ли человек вообще противостоять этому зверю, чьи когти с легкостью рвали плоть, чьи сокрушительные удары ломали кости? Наверное, нет. Но сталкер мог. Потому что у него было одно неоспоримое преимущество. Творение великого советского конструктора Михаила Тимофеевича Калашникова.