Резервация - Михаил Баковец

– Великолепный выбор! Двенадцатый калибр, автоматическая подача патрона после каждого выстрела. Пять патронов в магазине и шестой можно дослать в ствол, но это не рекомендуется по технике безопасности, – подмигнул мне молодой человек лет двадцати четырёх. – Почти лучшее из отечественного ассортимента. Хоть и не максимальный боекомплект, есть больше.

– Больше шести? – я посмотрел на полуавтомат в руках консультанта оружейного магазина со знакомой символикой. В простонародье данное ружьё прозвали «муркой». Подствольный магазин вмещал пять патронов, больше впихнуть просто невозможно.

– Это отъёмные магазины. Например, «сайга» или «вепрь». Последний особенно рекомендую: сделан из РПК, а пулемёт он и в Африке пулемёт. Согласны?

– Наверное, – пожал я плечами. – А посмотреть на эти ружья можно?

– Любой каприз за ваши деньги, – вновь подмигнул мне собеседник, и в его руках появилось что-то очень похожее на «калаш». Ствольная коробка, цевьё, пистолетная рукоятка. Только складываемый рамочный приклад немного отличался.

– «Вепрь-12» со стволом шестьсот восемьдесят миллиметров! – почти торжественно провозгласил консультант. – Разумеется, это базовая версия с малоёмким магазином и отсутствием всяческого обвеса. Но если мы сделаем вот так…

Дальше началось чудодействие, иначе и не назову представление перед моими глазами. Парень мгновенно, работая отверткой со скоростью шуруповёрта, отстегнул приклад, поменяв на другой, ввернул на ствол болванку, похожую на «дульник» противотанкового ружья времён Великой Отечественной войны, отстегнул цевьё и поставил вместо него другое с насечками, на ребристую ствольную коробку прикрутил короткий прицел, на который добавил увесистую насадку, на цевьё посадил узкий фонарик, рядом приставил штурмовую рукоятку. Отстегнул короткий магазин и на его место поставил внушительный барабан, прищёлкнул возле самого ствола сошки, потом положил рядом с ружьём несколько разномастных трубок.

– И вот что мы получили! Дульный тормоз-компенсатор данной модификации – заметно уменьшает отдачу, почти полностью убирает подброс ствола и уменьшает на порядок вспышку. Но пользоваться можно только пулями и ничем иначе. Цевьё с планкой «вивер» позволяет прикреплять кучу всего, например, вот этот фонарик и штурмовую рукоятку. Сошки на конце ствола уберут усталость в руках и позволят свободно перемещать ствол, не то что сошки, закреплённые в центре. Один из лучших коллиматорных прицелов с возможностью установки насадки ПНВ, держит отдачу от самого мощного патрона – супермагнум, без всяких для себя последствий. Телескопический приклад позволяет регулировать длину и создаёт все удобства для точной и комфортной стрельбы. А вот и магазин – роторный на пятнадцать патронов с блокиратором, препятствующим фиксации пружины в предельном положении. Если возьмёте этого красавца, то в подарок получите вот эти насадки с различными дульными сужениями, увеличением длины ствола и насадкой «парадокс» для супердальней дистанции стрельбы. Также ещё один роторный магазин на пятнадцать патронов, два коробчатых на десять, сто пулевых патронов, из которых тридцать для «парадокса», двести пятьдесят патронов с картечью шесть запятая два миллиметра. Ваш ответ?

– Сколько?

– Сто пятьдесят тысяч рублей, и?..

– Беру.

И мгновенно проснулся. Сон был настолько реалистичен, что когда я увидел рядом тот самый карабин, первая мысль была «нахрена я потратил такую сумму, если совсем не охотник?!» и куда его такого дену в своей однокомнатной квартирке. Потом припомнил бой со стаей хищников, стрельбу из мушкетов и во сне из «вепря», вмешательство непонятной незнакомки. Что из этого всего – правда?

После сна усталость не прошла, скорее, еще хуже стало. В глаза словно песка насыпали, болела шея, крутило живот, мысли путались. Наверное, из-за последнего не сразу заметил, что нахожусь в просторном шалаше, скорее даже хижине из толстой лозы, жердей и крупных пальмовых листьев. Лежал на подстилке из травы с тонким длинным стеблем и очень большой развесистой метёлкой, собственно, эти метёлки и были ложем. Вход закрывал кусок парусины, который я использую в последнее время то в качестве крыши над головой (это я про вышку), то как покрывало для послеобеденного сна. Крепко же я спал, если не услышал строительства и не почувствовал, как меня переме-щают.

Головокружение усилилось, когда встал на ноги, к нему добавилась стреляющая, острая боль в сердце. Коснувшись груди, я наткнулся на мешочек с камнем, и тут же прострелило кисть, да так, что рука онемела.

– Ах ты… – вскрикнул я и отдёрнул руку, через мгновение вновь закололо сердце. Связав одно с другим, я стянул шнурок через голову и кинул камень на землю рядом с постелью. Вроде бы стало легче.

Но как только вышел на улицу, головокружение настолько усилилось, что я упал на колени и не сдержал стона, желудок скрутило, и, хотя он был пустым, меня начало рвать. Сначала желчью и слюной, потом воздухом. Откуда-то появилась незнакомка с сильно испуганным лицом, помогла подняться, сунула влажную тряпку в руки, потом поняв, что я просто не в силах что-то сделать самостоятельно, сама обтёрла мне лицо и помогла вернуться в хижину. Уложив, она что-то пыталась объяснить, показывала то на меня, то на что-то под ногами. А мне было так плохо, что ничего не понимал и не хотел понять. На ружьё намекает, застрелиться, что ли, мне нужно?

В таком состоянии провалялся два дня, на третий осталась только слабость, от которой то и дело впадал в сон, на четвёртый проснулся с чувством полного выздоровления. Осмотрелся по сторонам, убедился, что хижина в стиле «а-ля строительство в джунглях из подручного материала» мне не померещилась вследствие болезни, что «вепрь» стоит на прежнем месте, да ещё рядом лежит рюкзачок вполне земного вида, который я в первый раз просто не заметил.

Я медленно коснулся кончиками пальцев оружия, ощутил тёплый металл, шероховатость пластика, нажал на крючок, который продавился на пару миллиметров и намертво встал. Потом вжикнул молнией на рюкзаке.

Тут полог у входа качнулся, пропуская внутрь девушку.

– Тронк’ра, мавсаши пар укадо шлифма нит… – скороговоркой залопотала она.

– Эй, эй, постой, не части, – замахал я на неё руками. – Ты меня понимаешь? Отвечай.

Она кивнула.

– Хм, интересно. А почему я тебя нет?

Она пожала плечиком и слегка улыбнулась:

– Тронк’ра, вассано лапптиш.

– Ага, Вася, я в лаптях, деревенщина, то есть правильно ты это заметила, – буркнул я, потом хлопнул ладонью по оружию и поинтересовался: – Это откуда?

– Тронк’ра, палол вамп хшенис…

– Понял, понял, – обречённо махнул я рукой, – всё понял.

Девушка замолчала, внимательно посмотрела на меня, потом ткнула пальчиком мне под ноги, коснулась им середины лба, закрыла глаза и наклонила голову к плечу. Проследив за её жестом, я увидел мешочек с камнем, который я сорвал с себя и бросил на землю несколько дней назад. Тогда я посчитал, что не-здоровится из-за него, но сейчас вспоминаю, что не так и плохо было, пока камень висел на шее, только колики в груди да руку свело судорогой, когда прикоснулся.