Вариант «Севастополь» - Комбат Найтов

Генерал тронул лошадь, он уже догадался, кто прибыл в гости: в лондонских газетах двухлетней давности были такие литографии с рисунков, сделанных лондонцами в момент захвата королевы. Только литографии были черно-белыми, а форма и окрас боевых машин были зелёно-желтого цвета с многочисленными пятнами, как черного, так и других цветов. Профессионально окинув взглядом окраску, генерал понял, что в буше эту технику и людей не рассмотреть, так же как он сейчас не видит стрелков, взявших, несомненно, на прицел его отряд. Камуфлированная фигура подала знак спешиться. Генерал неохотно выполнил эту команду и отпустил лошадь. Фигура двинулась ему навстречу. Они встретились в ста метрах от БМП.

– Генерал-лейтенант сэр Гарри Смит, губернатор Капской колонии. По какому праву ваши войска высадились здесь? Это – территория королевства Великобритании!

– По решению Берлинской мирной конференции данная территория находится под протекторатом России. С нами прибыл генерал-губернатор Капской провинции господин Астафьев, чтобы заменить структуры управления колонии и взять под защиту население. Военнослужащим Великобритании, подданным Британской короны будут предоставлены транспорты, продукты питания и возможность беспрепятственного выезда в любую часть Британской империи, за исключением Канады, которая так же перешла под управление России.

– Это не слыхано! Это произвол! Так цивилизованные люди не поступают!

– Мы, конечно, можем использовать ту же тактику, которую использовали вы, генерал, подавляя восстание сикхов: привязать вас к пушке и выстрелить. Но это, действительно, нецивилизованное отношение к людям, – ответил полковник Аксёнов, Спрут, который вел переговоры. – Со мной прибыла моторизованная дивизия, а у вас войск чуть больше полка. И, генерал, война кончилась, и есть международный договор, позволяющий нам устанавливать порядки на этой территории. Вам понятно?

– Да, сэр!

Пока генерал шел до своего отряда, колонна тронулась, и он шел в густой пыли, поднимающейся с дороги от многочисленных автомашин и бронетранспортёров. Пыль белой пудрой припорошила красный мундир генерала, его волосы и ресницы. Остановить движение этой массы он не мог. Взвод, с которым он прибыл на переговоры, жался в кустах, еле сдерживая лошадей. К генералу подвели коня, и он тронул в сторону форта. Сопротивление было бессмысленным. Это отчётливо понимали как офицеры, так и солдаты британской армии. А с севера потянулись повозки буров, поднимая такие же густые клубы пыли. Они уже знали, что достаточно предъявить бумагу о собственности, и они вернутся в свой дом, на свою ферму, из которой пятнадцать лет назад были изгнаны. Они говорили о справедливости русских и Бога! И кричали: «Слава императору! Слава России!»

В школы вернулся африкаанс, правда, добавился русский, да и английский никто не отменял. Часть подданных Британии, на земли которых или должности не претендовали буры и русские, принимали присягу императору Николаю I и продолжали работать в различного рода железнодорожных мастерских, клиниках, на угольных шахтах и разрезах. А вот с некоторыми городами происходили большие странности: так, из Хоуптауна выселили всё население, а территорию огородили колючей проволокой, то же самое произошло в Кимберли и Йоханнесбурге. Поговаривали, что там расположены секретные заводы русских, где делают их самобеглые машины. Слово «секрет» стало самым распространённым в колонии, однако это не мешало! Русские, используя в том числе и местных инженеров, начали строить гидроэлектростанции, тепловые электростанции на угле, появилось множество небольших заводиков и мануфактур, которые производили товары для дома.

Стало очень выгодно производить мясо и мясные продукты, для которых появились холодильники и специальные суда-рефрижераторы, с помощью которых дешевое мясо коров памповой красной породы, завезённой русскими, доставлялось как в Россию, так и в другие страны мира. Говядина из Капской провинции стала «голубой фишкой» на Лондонской, Парижской и Петербургской биржах.

Местных «белых» удивляло отношение русских к неграм. Бывших рабов и абсолютно бесправных людей русские таковыми не считали, довольно активно использовали их в качестве рабочих, платя нормальную зарплату. Учили их детей, правда русскому языку, арифметике и слову Божьему. То есть давали им начальное образование. В русских средних школах были смешанные классы, в которых учились все национальности вместе. А вот в университете и многочисленных колледжах большинство преподавателей были русскими. За этим тщательно следил отдел образования при генерал-губернаторе. Всё было направлено на то, чтобы не допустить деления на национальности, и на полную ассимиляцию довольно пёстрого населения. Заняв крупнейшие порты на восточном и западном побережье, русские начали их укреплять в военном отношении, ввели довольно тяжелые пошлины для судов под английским и французским флагами, вызвав ответную реакцию Лондона и Парижа: те создали акционерную компанию по строительству Суэцкого канала. Решив таким образом обойти русских.

В Канаду были также направлены безземельные крестьяне, в основном с юга России, где имения были крупными и помещики не спешили расставаться с землёй. Почему с Канадой Великобритания легко рассталась? Дело в том, что эта территория была абсолютно «дикой», собрать причитающиеся налоги было невозможно. Канада интересовала Англию только как поставщик строевого леса для кораблей (которые больше не строились) и мехов канадского бобра и соболя. Договорившись о границах с Соединёнными Штатами по 49-й параллели и объединив Верхнюю и Нижнюю Канады, английское правительство переложило долги Верхней Канады на всё население, которого было около полумиллиона, на вторую по территории страну в мире. Это не считая коренного населения. Этих было около двух миллионов, но их не считали и потому, что собрать налоги с индейцев было невозможно. Брать с них было нечего. Да и постоянные конфликты между выходцами из Франции тоже не прибавляли энтузиазма у правительства графа Дерби. Плюс, в 1852 году Русско-Американская компания получила от VII отделения займ в один миллион рублей, который смогла получить в Лос-Анджелесе, и туда пришла экспедиция из четырёх кораблей Балтийского флота: одного 120-пушечного линейного корабля и трех фрегатов.

В ходе войны они сумели разгромить несколько портов в Британской Колумбии, захватить тихоокеанское побережье, соединившись с Форт-Россом, после бомбардировки и захвата Ванкувера. Под руководством адмирала Ивана Васильевича Фуругельма, назначенного в 1851 году генерал-губернатором Русской Америки и главой РАК, Русско-Американская компания сумела примириться с индейцами и алеутами, построить несколько военных кораблей, как-то укрепить береговую оборону. Англичане прислали несколько кораблей ОИК на Тихий океан, но пошатнувшееся финансовое положение компании вынудило тех прекратить операцию из-за того, что они не смогли получить в Гонконге финансирование и боеприпасы. Ускоренная подготовка столь удалённых крейсерств на пользу не идёт.

Ново-Архангельск стал играть гораздо более заметную роль. Канада была разделена на Западную, во главе с Фуругельмом, и Восточную, где генерал-губернатором стал Николай Киселёв, сделавший очень неплохую карьеру в течение этой войны. В результате Канада объявлена доминионом России и получила экономическую самостоятельность, долги Британии были прощены, что устроило все население, как русских, так и других выходцев из Европы.