Хардкор - Владимир Венгловский

В темноте перед моими глазами возникло сообщение: «Умение «Владение мечом» достигло седьмого уровня».

Затем сменилось еще одним: «Получено умение Бой вслепую».

И еще: «Ваша ловкость возросла до двенадцати единиц».

Я пошатнулся, оперся о стену, и меня затошнило, едва не вывернув желудок наизнанку. Это были всего лишь NPC, не люди, но есть ли здесь разница? Кое-как отдышавшись, я пошел к акведуку.

* * *

Свет я увидел издалека. Решетка, перекрывающая путь наружу, была сломана, из потолка торчали остатки металлических прутьев. Коридор выводил на акведук, соединяющий донжон с одной из сторожевых башен. Под акведуком журчала вода, и скрипело мельничное колесо. Гьелль вытекала из черного каменного провала под главной стеной, чтобы вскоре вновь скрыться в Нидавеллире. Скованная у берегов тонким льдом подземная река ответвлялась и заполняла водой ров вокруг замка. Сквозь обрушенную часть стены виднелся Железный лес. Деревья прорастали через пролом, цеплялись корнями за камни и крошили их в пыль. Если ничего не изменится, спустя несколько десятков лет замок превратится в руины.

У Гьелль сидела Илва и бросала в воду камешки.

– Я слышала, что ты идешь. Нашел лекарство? – Она обернулась и вскрикнула: – Ты ранен!

– Не моя кровь, – буркнул я. – Да, снадобье у меня.

Свет с непривычки резал глаза. Илва поднялась и шагнула мне навстречу.

– А это что? – она прикоснулась к моей куртке.

Меч сокейта разрезал не только одежду – сквозь прореху виднелась рана, из которой текла кровь. Странно, что раньше я не чувствовал боли.

– Надо залечить, – забеспокоилась Илва.

– Потом. Где Олег?

– Ушел в лес, – махнула она рукой, указывая на пролом в стене. – Я не смогла его задержать. В сторожевой башне никого нет. Здесь был лишь один сокейт, но он пропустил Олега, а потом убежал в замок. Меня не услышал, и я осталась здесь ждать тебя.

Значит, Волчицу сокейт тоже пропустил как свою? Кому принадлежат оборотни – людям или порождениям леса?

– Я убил четверых из них.

Илва отвернулась.

– Прости – я струсила, – сказала она тихо. – Не смогла вернуться. Ты сражался – я слышала звон оружия, порывалась бежать на помощь, но не могла заставить себя вновь войти в темный коридор. Я не воин, как Бирта, и не такая храбрая, как Гулльвейг. Наверное, я зря пошла с вами.

Я пожал плечами и кивнул в сторону разрушенной стены.

– Жди меня в лесу.

– А ты? – Илва подняла на меня взгляд.

– Мне надо вернуться в замок.

– Зачем?!

– Есть незаконченное дело. Иди!

Я повернулся и пошел к входу в донжон – владелец замка не должен пробираться через подвал, как вор.

Появилось сообщение: «Ваш интеллект вырос до девяти единиц».

* * *

Вооруженные мечами цверги, закованные в волшебные, не пропускающие солнечный свет доспехи, встретили меня у раскрытых ворот. В зале блуждали тени, среди которых появлялись щупальца и крылья, чудовищные когти царапали пол, загорались красные глаза с вертикальными зрачками. По обе стороны трона стояли два сокейта. На троне сидел повелитель замка.

– Но красоту в пороках не сберечь. Ржавея, остроту теряет меч, – шагнул ко мне один из цвергов.

– Хорошо, что ты не рыба, а то был бы ты соленой трескою. Скорей, где твой меч?[1]– второй карлик требовательно протянул руку в латной перчатке.

Я ухмыльнулся и взялся за рукоять меча.

«Пропустите моего гостя! – послышались мысли сидящего на троне повелителя. – Он может оставить свое оружие при себе. Сомневаюсь, что отдаст его без боя».

Карлики вернулись на свои места. Мгла, порождающая призрачных чудовищ, отступила к стенам. Я прошел по каменному полу и остановился в десяти шагах от трона.

– Здравствуй, Джереон.

«Я ждал тебя, Игорь. Долго же ты возвращался в родной замок».

– Много чего случилось после того, как ты ушел, – сказал я.

Тролль был мертв. Во всяком случае, его высохшее тело не подавало признаков жизни.

«Всего лишь старая оболочка, в которой продолжает существовать мое сознание, – рассмеялся Джереон. – Привязанность, от которой трудно избавиться. Ты же знаешь, что я могу быть кем угодно».

– Или не можешь, – хмыкнул я. – Ты удачно умеешь внушать то, что тебе нужно. Возможно, старые тролли, как и молодые, не могут трансформировать свои тела?

Кончики высохших щупалец вздрогнули.

«Ты вырос, сын маркграфа, но не поумнел. В каком мире живет твой разум сейчас? Все еще не можешь определиться?»

– Этот мир всего лишь игра.

«Ты в этом уверен? А может быть, игрой является твой другой, воображаемый мир?»

– Зачем ты ушел и оставил меня одного? – перевел я тему разговора.

«У всех есть свои дела».

– Но ты мог хотя бы предупредить! Ты сидишь на принадлежащем мне троне.

«Мне встать и уступить место? – Джереон зашумел падающими вдалеке камнями. Одно из его щупалец с трудом поднялось и пошаталось из стороны в сторону. – Я же предупреждал тебя мне не верить? Как любит говорить твой ничтожный друг в черной одежде, играем мы в игру, а она играет нами. Но я тоже предпочитаю играть людьми. Мне нравится, когда все идет по продуманному плану».

– Ты человек, – сказал я. – Не NPC.

«Нет, не человек. Игрок, но не человек. В игры приходят не только люди. Ты не знал, что по ту сторону пространства Чендлера лежат другие миры?»

– Не верь троллю, – тихо проговорил я.

«Не верь вообще никому. Твой друг, уведший твою девушку в прошлом мире, что ты знаешь о нем? Думаешь, он волшебник-самоучка? Он боевой маг империи Ютан, генерал, возглавлявший армию купленных у цвергов сокейтов. Он залил кровью не один город, прежде чем дезертировал и остался жить на севере. Неужели он скрывал от тебя свое прошлое?»

– У всех есть секреты, – хмыкнул я.

«Что тебе пообещал Чернушка? Вернуть домой? Но хочешь ли ты вернуться? Что ты забыл в том мире? Одиночество? Судьбу неудачника? Здесь ты можешь стать кем угодно. С моей помощью ты победишь Вота и займешь его место».

– Мое подключенное к компьютеру тело смертно, – сказал я. – Как только оно умрет, здесь меня тоже не станет.

«Ты в этом уверен? Я подарю тебе вечную жизнь здесь даже после смерти там. Ты продолжишь жить в Хвергельмире».

– Зачем это тебе?

«Возможно, это моя маленькая игра».

Тьма за моей спиной шевелилась, но я не оборачивался. Передо мной сидела высохшая, но еще живая мумия моего учителя, моей тайны, моей мечты вновь встретиться с прошлым, но теперь это не вызывало во мне никаких чувств. Сокейты стояли неподвижно, ожидая команды своего повелителя.