Метро 2033: Право на месть - Денис Шабалов

– Понял, командир.

– Я назад в коровник, – продолжал Добрынин. – Попробую создать видимость, будто я один остался, а заодно и ребяток на холмах отвлеку. Переключу на себя – вам и снять их полегче будет.

– А если давить начнут? – спросил Леха. – Если их там раз в пять больше?

– Будут давить – уходите, в бой не вступайте. Приметьте отходные пути на всякий случай. Если разойдемся – встречаемся у северной оконечности этой самой ложбины. Вопросы?

Молчание.

– Вопросов нет, – удовлетворенно подытожил Добрынин.

План был намечен.

Пару минут спустя появился Гордей с целой связкой ПНВ. Приборы были самые разнокалиберные, встретился даже хорошо известный ПНВ-57 – уважаемый прадедушка всей подобной техники, патриарх, советского еще производства. Два – те, чьими хозяевами были ослепшие бойцы – безнадежно засвечены, остальные не повреждены. Данил быстренько раздал аппараты, реквизировал у Сергея свой боевой трофей – и группы разошлись.

Пока шел к коровнику – задержался около убитых помародерствовать. Брать, впрочем, ничего лишнего не стал, ограничился пока только оружием. Поимел пяток гранат, четыре «калаша», один коротенький G36 и РПК с четырьмя полными бубнами^[9]. С пулеметом – хотя РПК все же скорее «недопулемет» – шансы на успешные действия по отвлечению внимания противника увеличивались, и Данил ограничился найденным.

Строение по-прежнему пустовало. Подобравшись к южной стене, Добрынин сдвинул ПНВ на глаза – и осторожно выглянул из оконного проема наружу. Человек со странным позывным «Бургер» не соврал. По полю, примерно посредине между крайними домишками и коровником, осторожно прощупывая путь, медленно двигалась цепь темных фигур – искали растяжки. Небо было еще темно, но благодаря свету звезд прибор давал отличную картинку и Данил хорошо видел все их перемещения, при том, что сам он, находясь в глубине постройки, был в тени. Десять человек, группа разминирования… Остальные, похоже, сидели в застройке и ждали результатов.

Чтобы расположиться, времени много не понадобилось. Бросил три «калаша» к крайнему левому окну; в центре, у дырки в стене, поставил на сошках пулемет; четвертый «калаш» и короткоствольного бундесверовского ублюдка унес к дальнему правому. Прокрутил еще раз в голове план кампании… вроде ничего не забыл. В первый момент, по вспышкам в окнах, противник должен решить, что бойцов тут еще много и сидят они плотно. Это уж потом, по чередованию встречного огня поймут, что он тут один, только бегает с одной точки на другую, позиции меняет. Воодушевятся, прижмут огнем, попрут вперед – а там, глядишь, и пацаны с холмов подключатся. У них эта ложбина как на ладони, даже ползком не подобраться. Возьмут в клещи кинжальным – тут-то Бургера сотоварищи только и видали…

Пока бойцы возякались с растяжками, прошло с полчаса. Добрынин, глядя, как медленно продвигаются темные фигуры, усмехался – Батарей с Халявой, видно, очень уж старались, выстраивая такой плотный заслон. И – впрок пошло, чего уж. Не будь этого заграждения, получили бы с тыла по полной программе… Все это время радиостанция молчала и лишь когда фигурки на поле зашевелились активнее, эфир наконец-то ожил:

– Тюлень, командир на связи. Как слышишь меня?.. Тюлень, как меня слышишь, прием!..

Тюлень молчал. Да и что он мог сказать, если уже полчаса как лежал с девятимиллиметровой пулей в башке?..

– Курвиметр на связи, – еле слышно зашептал Данил в ответ, одновременно наблюдая за подбирающимися перебежками к коровнику темными фигурами. – Тюлень двухсотый. Слушаю.

– Курвиметр, твою мать! Почему молчишь?! Где противник, по которому доклад был? Откуда шел? Ты сам где?!

– Виноват… – забубнил себе под нос Добрынин, пытаясь говорить невнятно и одновременно изобразить раскаивающегося бойца. – Темно, ПНВ глючит… Обознался…

– Получишь у меня по первое число, урод! Будешь знать, как ложные целеуказания давать! Вернемся в город – доложу по команде! Твердохлеб тебе кишки вынет!..

Данил чуть не поперхнулся. Твердохлеб – он эту фамилию отлично запомнил! Твердохлеб был тем самым командиром охранной бригады, где служил сын Профессора! Вторая охранная! Сама по себе информация мало что стоила – но может быть удастся ее как-то использовать?..

– Курвиметр, сука! Чё замолк опять?! Где ты есть? Кто с тобой? – продолжал требовательно допрашивать голос.

– Сидим в коровнике, со мной трое… Противника не наблюдаем.

– Хорошо, принимай гостей. Группа Бургера разминировала, выдвигается. Видишь их?

– Вижу…

– Командир, Батарей на связи, – вклинился вдруг в ухо голос Пашки. – Обошли холм, подходим к вершине. Слышим базар, прямо по курсу. Чел с каким-то, курвиметром ругается… Валить?

Данил выдохнул с облегчением – Пашка вышел аккурат на гнездо наблюдателя, в котором сидел и командир этой самой группы. И он еще спрашивает!..

– Вали его, Паша, вали шустрее! Внимательнее – это КП и командир там!

– Принял, работаю…

«Пашка работает – пожалуй, мне тоже пора».

Подхватил короткоствольного укорота, прицелился – и врезал длинной очередью по подходящему противнику. Метров тридцать, почти в упор, промахнуться невозможно! Двое тут же улеглись как подкошенные, третий, получив в плечо, крутанулся в воздухе и, упав в траву, заголосил тонким жалобным голосом. Еще двое, определив направление, начали садить длинными очередями в ответ, но Добрынина там уже не было – пригнувшись, чтоб не получить шальную пулю из окна, он метнулся к стоящему в центре у пролома пулемету.

Подскочил, упал рядом, прижимая приклад к плечу, отработал двумя короткими очередями, свалив еще одного. Последнего не успел – боец благоразумно залег, скрываясь в густой траве, но Данил уже представлял его примерное местоположение. Выудил гранату, дернул кольцо – и запулил, ориентируясь на крики раненого. Там они оба, там, голубчики…

Хлопнуло, над головой свистнул шальной осколок. Голос умолк – отмучался. Из крайних, запоздало пытаясь прикрыть работающую в поле группу, принялись работать целой кучей стволов – но и только. Противник явно не желал показывать нос из застройки и лезть в чисто поле против пулемета. Добрынин, откатившись за стену, переждал ажиотаж, слушая, как пули крошат кирпич снаружи, и вновь сменил позицию, перебравшись в левую часть здания.

– Паша, как у тебя?

– Отработали, – тут же отозвался Батарей. – Макушка наша, ждем приказа. Слышим тебя – это ты там воюешь?

– Кто ж еще… – проворчал Данил. – Ладно, ждите. Паникар, результаты?

– Сняли шестерых, занимаем позиции, – лаконично отозвался Леха.

– Принял. Ждите.

Пацаны на месте – пора переходить к заключительной фазе операции.

– Командир, Курвиметр на связи! Командир, прием… Как меня слышишь?.. Командир, отзовись!