Белая акула - Андрей Мартьянов

– Код доступа «Белая цапля», дополнительный – «Рагнарёк», – произнес я. Система отреагировала немедленно, врубив широкополосную связь, пользоваться которой дозволялось в самых исключительных случаях. – Это центр «Граульф», с кем я говорю?

Изображение на мониторе было нечетким и смазанным, все-таки это не мазер, не мультилиния и не канал Планка, а стационарный спутник-ретранслятор, который давно пора отправить на большую космическую помойку.

– Лейб-егерь Мольтке, – коротко ответил высокомерный мрачный хмырь. – Что надо?

Представления о вежливости у него отсутствуют, это ясно.

– Университет Граульфа вправе знать, что происходит, – я изобразил лучезарную улыбку, всем видом старясь показать, что рад лейб-егерю будто родному брату, украденному из колыбели во младенчестве и спустя два десятилетия чудом вернувшемуся под кров отчего дома. – Совет нас уведомил, но хотелось бы услышать подробности.

Все, кто служит в «Сапфире», являются отпрысками наивысших дворян Меркуриума. Элита элит, полубоги, допущенные к величайшим тайнам, обучение проходили на Юноне-II. Всех остальных, особенно не-меркурианцев, за людей не считают – так, прах под ногами, мошки на стекле. Положение, однако, обязывает – ссориться с Граульфом никак нельзя.

– Есть основания полагать, что один из чужаков выжил, – нехотя ответил господин Мольтке. Тон брезгливо-ледяной, сдержаться все-таки не может. – Обнаружен нечеткий тепловой след, пытаемся проследить.

Я выдавил из себя еще более счастливую улыбку, что казалось практически невозможным.

– Тепловой след, господин лейб-егерь, держится не более суток, – невинно сообщил я. – В чем причина задержки?

– Вам сообщат, – отрезал капитан десантного катера. – Это все? Прощайте.

Вот так, не «до свиданья», а именно «прощайте» – недвусмысленный намек на то, что я лезу не в свое дело, и у опричников Совета нет никакого желания разговаривать со мной ни прямо сейчас, ни когда-либо впредь. Ублюдки.

Что прикажете делать? Повлиять на ситуацию я не могу, сообщить о ЧП в Университет – тоже, а отправляться на Граульф попросту лениво: точка сингулярности в нескольких километрах от замка, на улице прохладно и сыро, с вечера зарядил неприятный моросящий дождик. Ничего, обойдется. Если «Сапфир» изловит или убьет чужака, в любом случае его передадут нам живым или мертвым – опять же, инструкция, великая и ужасная…

Пойду-ка досыпать, день завтра (уже почти сегодня) тяжелый.

Верный Гинек дожидался наверху, в лаборатории, больше напоминавшей жилище спятившего мага – одно только чучело крокодила под потолком способно вызвать нервный смех!

– Все хорошо, вельможный пан?

– Лучше некуда, – проворчал я и погасил красную горелку. – Отдыхай. Если сам не проснусь, подними меня перед утренней мессой.

– Воля ваша, господин…

* * *

Следует упомянуть, что противного лейб-егеря я все-таки перехитрил: оставил включенной систему спутникового наблюдения за катерами «Сапфира» и настроил компьютер центра на перехват их телеметрии – мы обязаны следить за любой технологической активностью на Меркуриуме, эти головорезы не исключение.

Добраться до тайного подвала удалось лишь после полудня: неофеодальное общество чтит множество на первый взгляд нелепых традиций, которые я обязан был выполнять, если желал оставаться здесь и далее. Непременное богослужение в замковой часовне – в Бога я не верю, но от мессы не отвертишься. Затем утренний прием у князя Якуба, где собираются все приближенные и чиновники с докладами – мне докладывать было нечего, происшествие в Готии относилось к разряду совершенно секретных, никому из посторонних, будь он князем или золотарем, знать об этом категорически не положено.

Далее воспоследовал прием посетителей – этих, к счастью, оказалось всего трое. Простец из деревни Ковары, отправленный селянами к его милости вице-советнику по Особым делам с жалобой на вурдалака, облюбовавшего кладбище. Так-так, проверить обязательно – с чего вдруг нечистая сила объявилась в ближайшем радиусе от благополучного Дольни-Краловице, не входящего в зону прямого действия «Легенды»? А ведь действительно вурдалак, описание совпадает один в один, уже четыре жертвы! Непорядок, да еще какой! Миграция существ класса «Inferno-III» должна отслеживаться со всей тщательностью, эти твари крайне опасны. Я посоветовал простецу обратиться к Страже Крепостей, несколько этих сорвиголов сейчас находились в городе – глядишь, помогут. Подсказал, как найти.

Вторым оказался студент из благородных, с прошением на патент – юноша обуялся любовью к человечеству и жаждал его облагодетельствовать через труды на лекарском поприще, хотел открыть частную практику. Ничего необычного – врачевательная магия, а если использовать научную терминологию, «энергетическое воздействие». Отказал: ваганту еще учиться полтора семестра, таких к практике не допускают. Денег нет? Ну и что? У папеньки попросите, сударь! Не дает? Видимо, есть причины, меньше по кабакам шляйтесь.

Студент ушел разобиженным.

Третьего, представителя частного предпринимательства (не простец, кстати, наш) я выгнал со скандалом и угрозами: ишь чего выдумал, устроить «бестиарий для любования чудовищами». Такой прожект мог родиться только на Меркуриуме, где у каждого второго голова сикось-накось – набрать опытных охотников, отправить в Танвальдские горы, наловить монстров, а потом показывать их за деньги. Каково?!

Оригинально, ничего не скажешь – с коммерческой точки зрения должно окупиться, до такого еще никто не додумывался, по крайней мере на моей памяти. Взятку совал, подлец – причем солидную, в тяжеленном кошельке было не меньше полусотни крон золотом. Меня возмутила вовсе не сногсшибательная идея, а именно взятка, хотя в патриархальной Верхней Моравии коррупция была делом вполне житейским, привычным и почти узаконенным. Все равно не потерплю!

Кстати, благодаря тому, что пан вице-советник мзды из принципа не брал, моя репутация в городе была неустойчивой – честных чиновников в природе не бывает, а если бывают, то за показным благонравием они скрывают какие-то совсем уж бесстыдные грешки, о которых в приличном обществе лучше не упоминать. Все что угодно, от педофилии до чернокнижия. Я только посмеивался и представлял, какое досье собирают на меня в тайной полиции князя – тамошний начальник, пан Юлиуш Озимек, профессиональный цепной пес и ревностный служака, управу по Особым делам откровенно недолюбливал, справедливо полагая, что за нашей скромной вывеской скрывается нечто иное, куда более серьезное и, вероятно, опасное…

Разобравшись с делами, я вернулся в центр и запросил анализ действий «Сапфира» за минувшие часы – вдруг они достигли цели и у меня одной головной болью станет меньше? Как же, ждите! Никаких результатов, тепловой след обрывался у восточного края леса, слишком много времени прошло. Зло они сорвали на деревне Гренце, очень неудачно выстроенной на векторе предполагаемого движения чужака, – для начала «сапфировцы» быстро, бессмысленно и с пристрастием допросили старосту (фонограмму я предпочел не слушать), ничего не узнали, а потом… Потом сровняли Гренце с землей. Что для них сотня-другая простецов? Так, восполняемый расходный материал.