Волхвы - Эдуард Семенов

Уже через пятнадцать минут, Иван услышал, как пиликнула смс. Пришло сообщение из банка о первой покупке.

— Лиха беда начало, — пробурчал Иван, собирая себя по постели. Как не хотелось ему не вставать, но пришлось. Сунул ноги в джинсы. Надел рубашку, пиджак. В коем-то веке надел туфли. В общем, оделся прилично. Конечно, отеки под глазами никуда деть было невозможно, но ведь и шел не на свидание. Пока собирался, пришло еще несколько смс от Мули.

Мельком глянул на них и удивленно отметил, что не все они были из бутиков. Одно сообщение было из аптеки. Сумма была небольшая. Всего три евро. Интересно, что можно было купить на такую сумму. Иван полез в интернет. Услужливый поисковик выдал два варианта. Презервативы или тест на беременность. Хм, а что она купила в итоге? Пришла еще одно смс. Снова из аптеки. Сумма чуть больше. На этот раз поисковик предложил такой вариант: «детские подгузники».

«А зачем ей детские подгузники?» — с такой мыслью он и вышел из своего номера. Полковник как часовой ждал его в вестибюле первого этажа. Он пил минералку.

— Что полковник? Худо ли Вам так же как мне?

Тот отмахнулся.

— Лучше молчи и ничего не говори.

— Вот именно, — не стал спорить Иван, — тем более, что молчание — золото. Именно это и предлагаю Вам сейчас проверить.

* * *

Банковский клерк, белая рубашка, темно-синий галстук, был предельно вежлив. Он предложил Ивану и полковнику присесть, а затем — чай или кофе. Иван заказал кофе, полковник снова попросил воды.

— Итак, господа, чем наш банк мог быть Вам полезен?

— На мое имя должны были открыть счет, — сказал Иван, делая глоток из малюсенькой чашечки, затем положил на стол свой паспорт. — Посмотрите, пожалуйста. Я хотел бы получить свои деньги.

Иван осмотрелся. Камера видеонаблюдения неотрывно следила за ним. Конечно, все в этом помещение поменялось, отметил он про себя, за исключением самих стен. Но здание не перестраивалось.

Банкир удивленно взял в руки российский заграничный паспорт, покрутил его в руках. Нашел латинские буквы и ввел их в компьютер. Все произошло буднично и без пафоса. И ответ был собственно очевиден.

— Извините, господин Сазиков, но у нас нет такой информации. Вы можете уточнить данные? В каком году был открыт счет? На какую сумму?

— В одна тысяча восемьсот тридцать первом. Десять тысяч франков.

Банкир нажал еще несколько кнопок. И снова отрицательно покачал головой. Вернул паспорт Ивану.

— Извините, господин Сазиков, у нас нет такого счет. Вы ничего не путаете? Может быть — одна тысяча девятьсот тридцать первом?

Он уже самостоятельно проверил и эту дату. И снова отрицательно покачал головой.

— К сожалению, ничем не могу Вам помочь, — клерк улыбнулся и добавил, — но вы можете легко открыть новый счет, прямо сейчас. Мы можем Вам предложить несколько вариантов накопления капитала. Уверяю у нас лучшие условия.

Иван его уже не слушал. Он смотрел на видеокамеру.

— Шаланды полные кефали, в Одессу Костя приходил, и все биндюжники вставали, когда в пивную он входил, — затянул неожиданно для всех Иван, причем настолько громко, что повернулись даже клиенты, сидящие за соседними столами.

Полковник ошалело посмотрел на Иван, на клерка, на напрягшегося охранника у входа. И поднял руки.

— Извините, господа, это нервный стресс. Мы уже уходим.

Полковник подхватил Ивана и выволок его из банка. Сазиков продолжал повторять строчки песни, как заезженная пластинка.

* * *

Впрочем, выйдя из банка, Иван вдруг резко стряхнул с себя руки полковника.

— Да, пустите же, меня, чтобы облапили меня как профурсетку, — он зло посмотрел на дверь банка и на камеру, которая следила за ним у входа, и крикнул прямо в глазок:

. — Вот, зря Вы так поступили со мной. Теперь заплатите в сто раз больше.

Затем резко развернулся и пошел в сторону отеля. В сущности, Сазиков не сомневался, в том, что так произойдет. Просто хотел проверить хваленую честность немецких банкиров.

— Полковник, не ждите, прямо сейчас кончать с собой я не буду, — бросил Иван на ходу, входя в отель. Его желваками ходили ходуном. Он был вне себя от злости. — Мне нужна от Вас еще одно одолжение. Так сказать, последняя просьба умирающего.

— Чем могу, помогу.

— Можете найти электронный ящик старейшего члена семьи владельцев этого банка, не председателя, а имена члена семьи. Они сейчас не участвуют в оперативном управлении. Мне нужен личный почтовый ящик. Чтобы именно ему попало мое письмо. Не секретарю, не администратору, а вот именно этому человеку. Уверен, для вашей конторы это не составит труда.

Владимир Андреевич удивленно отметил перемены в поведении Ивана. В его походке появилась твердость, а в голосе железо. Правда, он отлично понимал, что ничего ему не поможет. Просто утопающий хватается за любую соломинку.

— Мне надо будет связаться с кое-кем, но думаю, такое возможно.

— Хорошо, я буду ждать от Вас письма в своем номере. И не думайте, все еще только начинается.

Полковник пожал плечами. «Жаль парня!». Через пару часов Симеонов переслал нужный ему адрес. Иван тут же написал письмо. Прикрепил к нему одну фотографию, копию которой скачал из файлообменника, и отправил по присланному контакту. Когда ноутбук сообщил, что письмо доставлено, он выдохнул, сел в кресло возле окна с видом на улицу и начал ждать.

Пришла еще одна смс. «Поздравляю, ты скоро станешь отцом»!

«Как всегда вовремя, Муля, ты просто прелесть!» — подумал Иван, и услышал звонок внутреннего телефона. Звонили с ресепшен и сообщили, что к нему пришли.

— Пусть поднимаются.

Он тут же перезвонил полковнику и попросил его так же зайти. Полковник вошел в дверь вместе с пожилой дамой, одетой в строгий костюм английского покроя. В правой руке дамы была сумочка из крокодиловой кожи, а на левой руке надет золотой перстень с огромным бриллиантом.

Иван сразу узнал этот перстень. Когда-то он видел его на руке Корнелиуса Беренберга-Госслера. Он пригласил вошедших присаживаться. Баронесса и полковник посмотрели друг на друга с настороженностью, но выполнили просьбу Ивана. Незнакомка с интересом разглядывала Ивана, практически не обращая внимание на полковника.

— Господин Сазиков, приношу Вам свои извинения за работу наших сотрудников, но Вам нужно было обратиться в VIP-отдел. Там информация о Вашем вкладе была.

Дама наклонилась к Ивану, как будто хотела сказать ему на ухо.

— История о вашем вкладе, господин Сазиков, передается в нашей семье из поколения в поколение. И мой прадед, и дед и мои родители периодически ждали Вашего появления. Особенно во время Второй мировой войны, когда появилась песня. Но потом решили, что война помешала, и совсем списали дело в архив. Мы неоднократно проверяли всю родословную графа и не находили никаких следов. В конце концов это стало просто семейной легендой. Никогда не думала, что увижу Вас в реальности.