Война - Анатолий Логинов

«Черт возьми! – неожиданно вспомнил Том. – Батарейки!» Действительно, сухие батареи, от которых производилось электровоспламенение реактивного заряда при выстреле, часто разряжались. А про их проверку не вспомнили ни он сам, ни его подчиненные. Том неожиданно вспотел, представив, как Круз безрезультатно жмет на спуск, а танк всё едет и едет на него.

«Нет уж, надо от противотанковой ружбайки отбиваться в любом случае, – подумал Том. – Охота на танки не способствует долголетию. Лучше уж продолжать командовать отделением».

От размышлений его отвлекло отделение пехотинцев, промаршировавших мимо. Веселые выкрики и смешки, которыми они обменивались, сменились мрачным молчанием по мере того, как до солдат доходило, что рассматривает угрюмый сержант-парашютист. Солдаты прошли, и сразу же за их колонной быстрым шагом спешил куда-то незнакомый десантник.

– Сержант Томпсон? – приблизившись, спросил он.

– Я. И что?

Настроение было ниже плинтуса, и его хотелось на ком-нибудь сорвать. Похоже, солдат это почувствовал, потому что вытянулся, словно на строевом смотре, и доложил так, словно перед ним стоял как минимум генерал Паттон:

– Сэр, вас разыскивает капитан Сейер, сэр!

– Понял. Пошли, парень, проводишь.

Злость так же внезапно схлынула, как и появилась, и наступил послебоевой откат. Хотелось просто лечь на что-нибудь более-менее подходящее и полежать, ни о чем не думая. Просто расслабиться. Но впереди его ждала встреча с комроты, а что мог придумать их капитан, Тому пока даже не приходило в голову. Тем более что на обратном пути он еще раз успел глянуть на танк и наконец понял, что его смущало до сих пор. «Черт побери, я же столько раз читал и на рисунках видел, что у “Тигра” большие катки расположены в шахматном порядке!» У подбитого же танка были восемь сравнительно маленьких катков. То есть это был совсем не тяжелый «Тигр», а средний танк типа 4, о котором им говорили на занятиях по немецкой армии (на которых Том обычно дремал с открытыми глазами, уверенный, что и так всё знает).

Капитан был весел и доволен, словно удав Каа, наевшийся бандерлогов. Хотя, судя по внешнему виду и покрасневшим глазам, явно хотел спать. Впрочем, Том тоже не отказался бы вздремнуть часа по четыре на каждый глаз. И поэтому не очень обрадовался, когда капитан, похвалив за уничтоженный танк, приказал собрать отделение и назначил его командиром передового дозора. Впрочем, капитан и не заставлял Томпсона немедленно бросаться вслед за уже начавшими марш первыми отрядами пехотинцев. Но после завтрака из К-рациона и трехчасового отдыха передовое во всех смыслах отделение под командой Томпсона двинулось в одном строю с колоннами пехоты. В него он собрал всех своих уцелевших бойцов и уже бывавших под его командой импровизированных охотников за танками.

Шли до вечера. Красота здешней природы поражала американцев, особенно после полупустынных мест Африки. Они проходили мимо цитрусовых плантаций, расположенных в горных расселинах, перебирались через древние оросительные каналы, в которые вода попадала из ртов змей, высеченных из камня. На горизонте поблескивали на летнем солнце отроги гор. Каждый свободный клочок земли был обработан, крестьяне возились на полях и в садах, недоброжелательно поглядывая на идущих строем американцев. На окраине каждого поля стояла крытая соломой небольшая хижина, настолько маленькая, что было непонятно, для чего она. Том не удержался и на одном из вечерних привалов все-таки заглянул в одну из них.

– Что там, сардж? – поинтересовался назначенный его замом Райан Второй.

– Не поверишь – инструменты и узелок, похоже, с едой, – ответил Том.

– Поверю, – усмехнулся Райан. – Смотрите, сардж, земли мало, на полях домов нет и никто не живет. Таскать с собой каждый день инструмент из деревни – замучаешься. Вот и хранят их на поле. У нас в Америке многие фермеры так же поступают.

– Неужели никто эти избушки не обворовывает? Тут же одни даго, а они народ вороватый? – удивился кто-то из парашютистов.

– Видимо, нет, раз они стоят. Может, местная мафия охраняет? – пошутил Второй.

– Может быть, – согласился Том.

И тут же подумал, что надо быть очень осторожным. Местная мафия, как он помнил, связана с американской и определенно уже получила какие-то данные на него. Впрочем, пока идут бои, опасность погибнуть от пуль мафии не выше, чем от пуль и снарядов немцев. А вот потом…

На ночь остановились на окраине городка, занятого батальоном пехотинцев. Поскольку они шли первыми, им достался неплохой домик, что-то вроде муниципального учреждения или школы. Но почему-то без мебели. Правда, сама возможность вместо поиска места для ночлега спать под крышей, в более-менее комфортных условиях, многого стоила.

«Целый день без боев. Не удивительно, что они потеряли раз в тысячу меньше, чем наши, – выйдя перед сном «подышать свежим воздухом», Толик неожиданно расфилософствовался. – Один удар – и итальянцы бегут. Так воевать можно. Дом от любых бомбежек защищен океаном, а противники готовы сдаться после первого же залпа. Вот и появляется мысль, что война ничего плохого не несет. Вот интересно, а как бы держались мои сослуживцы на Курской дуге?» Некоторое время он обдумывал аргументы за и против, но в конце концов всё же решил, что большинство держалось бы не хуже русской пехоты. Особенно парни из его отделения.

Утро встретило Тома неожиданным сюрпризом – налетом бомбардировщиков. Судя по крестам – германских. Парашютистам из отделения Томпсона, к их нескрываемой радости, повезло больше всех – тяжелые двухмоторные машины нагло и без помех отбомбились по центру городка, не обратив внимания на стоящее на окраине здание. Что столь важное обнаружили в городе джерри, Том и его друзья так и не успели понять. Том и его коллеги успели выбраться из дома и занять оборону в ближайшей рощице, как начался артиллерийский обстрел. На город обрушились снаряды как минимум пары полков четырехдюймовых гаубиц. Они сразу уничтожили взвод полковых четырехдюймовок прямоногих^[33], не успевший сделать и двух выстрелов. А затем в атаку перешли немецкие и итальянские пехотинцы, прикрытые броней нескольких танков и бронеавтомобилей.

– А вот и «Тигры», – опуская бинокль, заметил сам себе Том.

– Сардж, что будем делать? – Боб из Чикаго, добровольно принявший на себя обязанности чего-то вроде денщика и адъютанта Томпсона, посмотрел на командира со скрытой надеждой во взоре.

– Что делать? – Томпсон еще раз посмотрел в сторону города, в котором вовсю бушевал бой. – Пойдем в город, на помощь нашим.

– Дюжиной? – удивился Боб.

– Там у нас больше шансов, среди домов и в круговерти боя, – пояснил Том. – Здесь нас просто расстреляют из пушек.

Через четверть часа двенадцать американцев «индейской цепочкой» вышли на тихую улицу на окраине городка. Где-то гремел бой, а здесь пока было спокойно. Если бы не закрытые двери и окна и полное отсутствие прохожих на улице да доносящаяся откуда-то слева всё усиливающаяся перестрелка, улица имела бы совсем мирный вид.