Лед. Кусочек юга - Павел Корнев

– В общем, Лебедев у нас в кармане, – произнес Шурик, – а что с картой?

– Сказал же – вечером будет!

Ермолов глянул на меня с нескрываемым подозрением.

– Помощь нужна?

– Нет, – покачал я головой и начал выгребать из бардачка сложенные туда артефакты. – Денег дай.

– Сколько?

– Тысячу для начала.

– Ни хрена себе!

– Для дела.

– Еще б ты для себя просил! – фыркнул Шурик.

– Мне бесплатно работать, что ли?

– Скользкий, не забывай – ты пайщик!

Я не выдержал и матернулся.

– Хорош уже по ушам ездить! Денег дай, и пойду.

– Тебя где высадить?

– На Красном притормози.

Ермолов повернул на проспект, припарковался у обочины и достал из кармана увесистый мешочек, весело звякнувший серебром.

– Держи. Специально вексель обналичил, чтобы не отследили.

– Правильно сделал.

Я сунул деньги в карман и ткнул приятеля в бронежилет.

– Так и будешь ходить?

– А почему нет? Кутку накину сверху, и нормально. Надо? В багажнике еще один есть.

– Подумаю.

Распахнув дверцу, я выбрался из внедорожника на обочину и по раскисшему газону перешел на тротуар. На небе собирались тучки, вдоль улицы гнал пыль пронзительный ветерок, но дождя пока не было. Впрочем, за ним точно дело не станет.

Потерев давным-давно сломанные и плохо сросшиеся ребра, нывшие к непогоде, я отсалютовал Шурику и зашагал вдоль проспекта. Стены офисных пятиэтажек пестрели разнообразными вывесками. Какие-то выглядели выгоревшими на солнце, какие-то сверкали яркими красками. Одни я помнил, другие видел первый раз.

«Тепловая техника», «Рунные камни», «Спецодежда», «Нотариус», «Траволечение», «Ножи и топоры», «Эдельвейс», «Охранное предприятие «Братья по оружию», «Техномагия».

На следующем доме набор оказался ничуть не менее внушительным. И если рекламный плакат «Сауны Нептуна» с грудастой русалкой не менялся долгие годы, то стоматологический салон «Граф Д.» теперь именовался просто «Граф».

Я нашарил языком кончик наращенного зуба, который после восстановления ни разу не побеспокоил, сунул руки в карманы и зашагал дальше.

«Бакалея», «Чары и амулеты», «Честный риелтор», «Чистый дом», «Алхимик и сыновья», «Электрон», «Агентство «Прорицатель».

Когда россыпь рекламных баннеров осталась позади, я кинул косой взгляд на двухэтажный особняк, где располагалась букмекерская контора Гонзо, и решил, что дела носатого жулика идут не лучшим образом. Второй этаж ремонтировали – его то ли готовили под сдачу, то ли собирались продавать.

Бывшее здание техникума легкой промышленности с противоположной стороны проспекта также поменяло владельцев, но я не стал останавливаться и разглядывать новую вывеску. Миновал пятиэтажку, подвал которой занимал магазин «Охотник и рыболов», и повернул налево.

На парковке перед оружейным магазином «Большая охота» машин не оказалось, зато у располагавшегося в том же кирпичном особняке бара стоял тюнингованный ГАЗ-69. И мне было доподлинно известно, кому он принадлежит.

Удачно завернул, ничего не скажешь!

Я поднялся на крыльцо, распахнул дверь и с порога кивнул здоровяку за стойкой. Помощник пивовара меня узнал и, хоть визиту нисколько не обрадовался, на кивок все же ответил. Я к нему подходить не стал и сразу опустился за крайний стол, где читал газету невзрачный мужичок в «турецком» свитере с высоким воротником под горло.

Леонид Петрович Смирнов, ныне заместитель начальника городского арсенала, глянул на меня поверх желтоватых листов, отложил газету и надолго приник к пивной кружке. Затем потер морщинистое лицо, словно пытался уверить себя, что перед ним не галлюцинация, и хмыкнул.

– А говорили, Лед в Туманный подался.

– Так в этом весь смысл. Чтобы говорили, – улыбнулся я, протянул руку и потер пальцами плотную вязку свитера. – Петрович, тебя никак радикулит замучил?

– Старость не радость, – буркнул Смирнов и задумчиво пригладил редкую шевелюру, отступавшую на затылок под напором глубоких залысин. – Давно не виделись…

К столу подошла стройная рыжая девица лет двадцати, пристально глянула на меня и спросила:

– Что принести?

Клубившаяся в официантке магическая энергия ощущалась вполне отчетливо. Девушка либо проходит обучение в Гимназии, либо уже закончила его. Как выразился однажды умный человек, земля ему пухом: стандартные схемы оптимизации токов внутренней энергии сразу видно. Тогда я думал – преувеличение, ан нет, разобрался со временем…

– Юлечка, лапочка, – обратился к официантке Смирнов, – принеси нам еще по кружке светлого и ма-а-аленький графинчик настоечки.

– Леонид Петрович, вы же знаете, дядя Слава не разрешает! – попыталась возразить девушка, но не тут-то было.

– Славы сейчас нет, – продолжил упорствовать Смирнов, – а я старого товарища встретил. Надо спрыснуть.

– Старого? – скептически глянул на меня рыженькая. – Как-то не верится.

– Просто хорошо сохранился, – улыбнулся я, снял шапочку и сунул ее в карман куртки.

Официантка кивнула.

– Ну же, Юля! – Петрович сделал вид, будто собирается хлопнуть девушку пониже спины, и та поспешно отступила от стола.

Помощник пивовара погрозил Смирному из-за стойки бара, а Смирнов подмигнул ему и слегка развел указательный и большой пальцы.

– Ваня, по писят!

Иван с обреченным вздохом выставил на стойку небольшой хрустальный графинчик и налил туда настоянный на травах самогон.

– И закуски какой-нибудь сообразите! – оживился Петрович и развернулся ко мне. – Так где, говоришь, пропадал?

– То тут, то там, – пожал я плечами. – Ты лучше скажи, что у вас на этот счет слышно.

– Э-э-э… – протянул Смирнов. – У нас?

– Именно у вас, – многозначительно повторил я, намекая на связь собеседника с «Несущими свет».

Мало кто знал, что одиозная секта выступала местным представительством некой структуры из реального мира, которую посвященные в разговорах даже между собой обыкновенно именовали попросту конторой. Проработав там какое-то время, я самовольно ушел в свободное плавание, и у этого могли быть самые серьезные последствия.

– Если интересует, в розыске ты или нет, – понизив голос, произнес Петрович, – то нет. Ни по той линии, ни по этой.

– Точно?

– Обижаешь! – оскорбленно фыркнул Смирнов и улыбнулся новой официантке – черненькой и куда более фигуристой, которая принесла нам пиво, графинчик с самогоном и пару кусков пирога с мясом и картошкой.