Видящий. Первые шаги - Алексей Федорочев

Мероприятие достаточно бюджетное – сначала торжественная часть, потом небольшой фуршет с шампанским под заунывное пиликанье классического квартета. Новые дворяне фотографируются для прессы и семейных альбомов, с видом утомленных знатоков дегустируют кислятину, которую в нормальной жизни и пить бы не стали, заводят полезные или перспективные знакомства. Возле Натальи уже вьется энное количество мужчин в надежде завоевать ее благосклонность. Потомственное дворянство – это такая плюшка, которая позволяет очень многое, даже если нет особого приданого. Да и подруга у меня очень даже хороша, а специально пошитое по торжественному случаю платье делает из нее настоящую красавицу.

Я прячусь за спинами публики, по возможности стараясь не попадать в объективы камер, но не слишком активно: за полтора года я очень сильно изменился, отрастил волосы, вытянулся и загорел. Вряд ли меня можно так вот, с ходу, узнать. А о том, чтобы бросить Наташку одну в такой день, не могло быть и речи – и так Григорий наотрез отказался идти на данное торжество. Мужественный человек: выдержал несколько дней уговоров и не сдался.

– Геннадий Аркадьевич, приятно вас увидеть. Наталья Сергеевна, мои поздравления, выглядите сегодня просто великолепно! – К нам вальяжно подходит новоиспеченный дворянин Гавриленков со свитой.

Оказывается, при создании рода положено брать новую фамилию, чтобы как бы подчеркнуть отмежевание от старой семьи. В основном люди не мудрят, ограничиваются заменой или добавкой одной-двух букв. Так Наталья из Ивановой стала Ливановой, а купец Гавриленко – Гавриленковым. Я, когда буду подавать прошение от своего настоящего имени, попрошу дать мне фамилию Васин. По-моему, символично.

– Здравствуйте, Иван Иванович. Примите и вы наши поздравления. Надеемся, сие скромное украшение, – киваю на новенькую печатку, – поможет вам и дальше оставаться таким же успешным… – на язык так и просится слово «бизнесменом», но мне удается вовремя себя одернуть, – …предпринимателем.

– Хо-хо, слово-то какое подобрали, Геннадий Аркадьевич! Действительно, все время приходится предпринимать усилия для поддержания дел в порядке. Помнится, вы упоминали, что у вас есть идеи, которые могут принести нам с вами некоторую выгоду?..

– Возможно, Иван Иванович. Когда вы сможете уделить мне время?

– Не хотелось бы откладывать… удобно ли вам будет навестить мою контору послезавтра: например, в час?

– Конечно, я непременно буду у вас в назначенное время.

Словесные конструкции ужасно утомляют, но место обязывает. В своей конторе этот внушительный дядька разговаривает не менее изящно, но исключительно матом. Я, когда первый раз это услышал, аж заностальгировал: мой первый инструктор по полетам в Сызрани говорил с курсантами в основном на том же языке.

А еще хорошо, что купчина сразу просек, с кем в нашей семье надо иметь дело. Все эти хлыщи, что пытаются сейчас очаровать Наталью, напрасно тратят время – что бы ни было написано в царской грамотке, главой нашей маленькой семьи был, есть и пока еще буду я.

Еще несколько незначащих разговоров, знакомств и поздравлений – и можно смываться с этого праздника жизни. Господин Гавриленков приглашает нас в ресторан, где вместе с еще несколькими награжденными и всеми гостями собирается отметить это событие со всей широтой купеческо-дворянской души, но мы вежливо отказываемся. Наташку едва держат ноги, а мне не очень интересно – я таких пьянок навидался за свою жизнь немало.

И лишь перед самым уходом позволяю себе взять у проходящего официанта бокал с шампанским.

Интересно, какой он на вкус, мой успех?

Успех шибает в нос пузырями, оставляя на языке кисло-сладкое послевкусие.

Интерлюдия одиннадцатая

– Отец, они опять урезали нам квоту на алексиум!.. – Потемкин-младший врывается в кабинет отца, потрясая письмом из императорской канцелярии.

– А ты ожидал чего-то иного? – Тяжелый взгляд старшего князя заставляет наследника осечься на полуслове. – У императора теперь Волковы да Юсуповы в почете. Как же, бунт предотвратили! Защитнички!!! – Последнее слово князь практически выплевывает.

И в самом деле, обидно, когда столь тщательно подготавливаемый тобой план рушится из-за нелепой случайности. Ну кто мог предположить, что Суханов-Залесский окажется именно в том училище, где глава ПГБ будет прятать своих внуков!

Осторожные подталкивания кавказцев, многолетние интриги – куча денег, наконец! – все пошло коту под хвост. Спешно поднятые по тревоге Волковы и Юсуповы давят сумятицу в зародыше и в результате оказываются спасителями Отечества, а так долго готовившиеся Потемкины остаются у разбитого корыта. А ведь старший князь даже речь заготовил, с которой собирался на аудиенцию к царю, якобы узнав о готовящемся безобразии. Не хватило всего нескольких дней.

– Когда Мишка будет готов? – Вопрос задается не в первый раз, но ответ сына неизменен:

– Отец, ему всего одиннадцать лет! Ты же знаешь, источник устанавливается ближе к тринадцати. Еще рано!

– Все равно усиль тренировки! Девок пожалел – и что в итоге? Третье паломничество подряд и так будет смотреться подозрительно!

– Это мои дети! Я не дам их калечить в угоду твоим амбициям! Хватит и того, что у меня нормального детства не было!

– Ты у меня еще поговори!!! Детства у него не было! Да в твое детство и юность было столько вбухано, что… – Воздух в кабинете ощутимо запах озоном. Часть бумаг со стола князя слетела, но не упала на пол, а начала кружиться, набирая скорость.

– Отец, ты переходишь границы! – Наследник перехватил управление потоками силы и вернул их в изначальное состояние. Бумаги осыпались с тихим шорохом.

– Эх, зря я поверил этому шарлатану, – как ни в чем не бывало старший князь успокаивает источник и возвращается на место, – не такая тебе нужна была жена…

Старый спор между отцом и сыном давно уже не нуждался в аргументах. Тщательно отобранная из сотен возможных невеста наследника оказалась намного слабее, чем ожидалось, и две старшие внучки не оправдали чаяний Александра Павловича. А ведь когда-то именно он настоял на браке сына с выбранной девушкой. Теперь надежда оставалась только на младшего внука – Михаила. С трудом терпящий истеричку-жену Павел наотрез отказался заводить еще детей. А младшие дети самого князя и близко недотягивали до уровня наследника, так что надеяться на сильное потомство от них не стоило.

– Тебе надо отправиться в Петербург, ко двору. Константин тебя давно не видел, наверняка успел соскучиться. Поживешь там, повращаешься в свете, может, что и выгорит с квотами. А там и Мишка подрастет.

Бросать детей на фанатично настроенного главу клана Павлу не очень хотелось, но без запасов алексиума могли встать некоторые весьма дорогостоящие проекты, поэтому выбора не было.

– Лизу с собой брать?

Старший князь задумался. Неприязнь наследника к жене ни для кого не была тайной, но приличия все же следовало соблюдать. Тем более что Константин II, трагически потерявший первую жену, очень трепетно относился к супружеским узам.