Самозванец по особому поручению - Антон Демченко

Набросав на обороте визитной карточки извещение о скором визите, я сунул картонку в конверт и отдал гостиничному посыльному. А уже через час тот же вихрастый мальчишка притащил ответ, который избавил меня от сомнений по поводу Лады. Маркиза ждала в гости нас обоих… на музыкальный вечер.

Не могу сказать, что такой поворот был мне уж очень по душе, но ведь теперь не отвертишься. Прийти одному, значит проявить неуважение к хозяевам дома… и к собственной жене. А явиться вместе с ней… Да я же не знаю, что этой самой Лизе-Моте от меня нужно! И втягивать Ладу в возможные приключения мне совсем не хочется…

С другой стороны, когда еще удастся показать ей европейских аристократов в естественной среде обитания? Эх. Ладно, пора идти к женушке, получать на орехи за утреннюю выходку. Впрочем, кажется, у меня есть неплохой способ попросить прощения.

Свою порцию фырчания и недовольства от Лады я все-таки получил, но от тела меня не отлучили, а значит, к следующему утру был прощен. Когда же любимая узнала, что на вечер у нас запланирован поход в гости, она тут же развила такую бурную деятельность по подготовке к предстоящему мероприятию, что я почел за лучшее слинять в салон, где присоединился к Тихомиру, в одиночестве потихоньку потягивавшему крепкий черный чай за дальним столиком.

– Странный день сегодня, а, Виталий Родионыч? – прервал молчание мой визави, наливая новую порцию чая в кипенно-белую чашку тонкого фарфора, которая в его тяжелой и широкой ладони казалась еще более хрупкой, чем была на самом деле.

– Может быть, может быть. – Я медленно кивнул. – Хотя день вчерашний был не менее странен. Но это у меня, а что такого необычного произошло сегодня у тебя, Тихомир Храбрович?

– Хм. – Бережной задумчиво покрутил в руке чашку и, так и не сделав глотка, отставил её на блюдце. – Я бы сказал, что сегодня стал свидетелем чуда… даже двух, – осторожно проговорил бывший бретер и поднял на меня недоуменный взгляд. – Вот только, клянусь адским котлом, те двое, что встретились мне сегодня в порту, при жизни никогда не были такими праведниками, чтобы Господь позволил им вернуться на эту грешную землю…

– Подожди, Тихомир. Я ничего не понял. О чем ты говоришь?

– М-м? О, да… прошу прощения. – Бережной на миг сконфузился, но тут же взял себя в руки. – Я сегодня заглядывал на «Варяг» и, когда возвращался в гостиницу, по пути к выходу из порта увидел двух своих старых, очень старых знакомых. Ошибиться я не мог, но… вот те крест, Виталий Родионыч, эти люди уже лет десять как отправились за кромку. Я сам видел, как были сожжены их тела. И вот… Жаль, они слишком быстро ушли, так что я даже не успел их окликнуть.

– А ты не мог обознаться?

– Нет. – Уверенно покачал головой Тихомир. – Этих двоих я узнаю всегда. Собственно, когда-то мы… эм-м… скажем так, работали вместе, и не один год. Так-то, Виталий Родионыч.

– Понятно… И ты, разумеется, желаешь с ними встретиться? – уточнил я.

– Да уж хотелось бы. – Усмехнулся Бережной, демонстративно сжав кулак.

– Ясно-ясно. – Кажется, воскресшие знакомые бывшего бретера были ему не очень-то любезны.

На миг задумавшись, я прихлопнул рукой по столешнице.

– Вот что, Тихомир Храбрович. Поступим так. Возьмешь у нашего портье писчую бумагу и скрупулезно опишешь все, что тебе известно об этих людях, начиная со знакомства и заканчивая сегодняшней встречей в порту. Описание положишь в конверт, запечатаешь его в банковской конторе, в присутствии стряпчего и отладишь его мне либо Меклену Францевичу.

Мой собеседник насупился.

– Право, не стоит оскорбляться, Тихомир Храбрович. – Вздохнул я, заметив, как изменилось настроение Бережного. – Я же не прошу писать донос в канцелярию. Более того, если желаешь, то после встречи с этими господами… если она пройдет без происшествий, разумеется, мы просто сожжем это твое письмо.

– Своего рода страховой билет, а? – покрутив головой, произнес мой собеседник и, разгладив длинные усы, махнул рукой. – Ладно уж. Чай, не мальчик, понимаю, что к чему… Будь по-твоему, Виталий Родионыч, сделаю.

Бережной кивнул и, встав из-за стола, направился в холл гостиницы, за бумагой.

М-да, всё страньше и страньше. Отправились в круиз, чтобы отдохнуть и развеяться, так и тут непонятки прут сплошным потоком.

В углу зала негромко, но басовито ударили напольные часы, и, бросив взгляд на их циферблат, я тоже принялся выбираться из-за стола. До назначенного срока оставалось не больше часа, а за это время мне нужно было еще переодеться в официальный костюм, повосторгаться видом принарядившейся Лады и добраться вместе с ней до дома Штауфенов, где нас зачем-то ожидает маркиза Лиза-Мотя. Хм. Главное, в глаза её так не назвать, или, чую, быть скандалу…

Коляска доставила нас к поместью Штауфенов точно в срок. Выйдя на мощеную площадку перед широкой лестницей парадного входа в особняк, я помог спуститься Ладе, и тут же рядом с нами материализовался тучный пожилой дворецкий, затянутый в черную тройку. Серьезный и важный, какими, кажется, только и могут быть лишь дворецкие, он отвесил нам короткий поклон и, передав помощнику принятую у Лады накидку, а у меня шляпу, перчатки и трость, отконвоировал нас к дверям гостиной.

Вопреки моим ожиданиям, поначалу отчасти подтвержденным встречей дворецкого, у которого даже лысина в лучах закатного солнца сверкала высокомерно и чопорно, гостиная вовсе не поразила нас блеском и вычурностью. Иными словами, вместо ожидаемого бального зала из кинофильмов, мы увидели довольно просторное, но чрезвычайно уютное помещение, где блеск натертого паркета был надежно прикрыт мягким ворсом великолепных персидских ковров, а на стенах разместились небольшие бра, чей свет был изрядно приглушен матовыми абажурами, неплохо сочетающимися с нежно-оливковым цветом шелковых обоев. А вот люди… Да-а. Такого набора расфранченных господ и дам я не видел, по-моему, даже на награждении у великого князя. И вдруг здесь, в Бреге, такое! Я еще раз мысленно поблагодарил Ладу за то, что она настояла на официальном костюме, и, бросив на нее короткий взгляд, не смог сдержать гордой улыбки. В своем скромном платье (если не знать, сколько стоит работа Григория Евсеевича…), с минимумом украшений (сапфировый гарнитур – свадебный подарок нашей доброй хозяйки, по стоимости не уступающий цене всего её хольмградского дома) Лада выглядела просто обворожительно.

А через несколько минут я имел возможность убедиться, что и в компании напыщенных аристократов, непонятно откуда взявшихся на Руяне, моя жена совсем не выглядит простушкой… впрочем, тут я больше волновался на свой счет. Все-таки, хоть мне уже и доводилось встречаться с «сильненькими» людьми в Хольмграде, еще ни разу во время тех встреч мне не приходилось судорожно вспоминать правила этикета. Там было всё как-то… проще. Так что, если за кем-то из нас двоих и нужно было бы присматривать, чтоб не наделали глупостей, то точно не за Ладой… и она это великолепно поняла. Поэтому, пока мы добирались до хозяйки вечера, женушка незаметно, но старательно делала все, чтобы я не ударил в грязь лицом. Тут незаметный кивок, там легкое пожатие ладони… В общем, через толпу гостей к месту встречи с маркизой, что с удобством устроилась в самом центре гостиной, Лада провела меня, как ледокол «Арктика» проводит караваны. И где только научилась такому дочка ушкуйника, а?