Halo. Сага о Предтечах. Книга 2. Примордиум - Грег Бир

Странствуя со Звездорожденным, я научился немного понимать мимику Предтеч, какой бы странной та ни была, и сейчас как будто разглядел облегчение и что-то вроде гордости. Но у этого Предтечи лицо было суровее, чем у других, даже суровее, чем у Дидакта.

– Этой группы Библиотекарю будет достаточно, – сказал он.

Возможно, вместо «достаточно» прозвучало иное слово, более формальное.

Жестом остановив своих носильщиков, Геймлпар спустился на землю, выпрямился и забрал свою палку у несшего ее Киримта.

– Наши возможности ограниченны, – продолжал Предтеча. – Служба безопасности Архитектора потерпела серьезную неудачу, но и мы, помощники Библиотекаря, еще не восстановили свои силы.

Обезьяна легла на траву. Винневра и Геймлпар опустились рядом и откинулись на ее большой круглый живот. Великанша склонила голову, будто могла слушать и понимать нашу речь.

– Как тебя зовут? – спросил я Предтечу.

– Я Архивариус Фальцовщик Счастья, – ответил он, красноречиво моргнув.

Нечто в его глазах – плавность этого стремительного движения век – встревожило меня.

– Ты нас освободишь и вернешь на Эрде-Тайрин?

Вопрос вырвался сам собой, напомнив, что я, несмотря на все пережитое, по-прежнему молод и довольно дерзок.

– Хотел бы я, чтобы это было возможно, – сказал он. – Связь прервалась, многие наши объекты повреждены. Энергостанции повсеместно подверглись диверсиям. Лишь несколько частично функционирующих станций сейчас обеспечивают потребности всего кольца. Их недостаточно.

Ветер утих, и насекомые вернулись. Предтеча взмахнул пальцами, и сразу вся мошкара отлетела на несколько метров назад, сбившись в шар.

– Советую побыть здесь, пока не восстановится порядок. У нас есть еда, убежище и объяснение нашим намерениям, которое, надеюсь, удовлетворит всех.

После небольшого отдыха денисовцы с Предтечей предложили нам тронуться в путь. Теперь впереди шли денисовцы, обогнув шар злобно жужжащих насекомых и двинувшись рассредоточенным строем в направлении середины плато.

– Ты освободишь нас? – спросил я Архивариуса. – Или мы как эти насекомые?

На секунду выражение его лица изменилось. Стыд?

– Это не наш выбор, – ответил он.

Мы миновали границу джунглей и увидели ровную поляну, покрытую низкой зеленой травой. С трех сторон ее окружали хижины на сваях, оставляя свободный проход, обращенный к нам.

– Идем, – сказал Киримт. – Мы живем здесь.

Воздух в центре поляны замерцал, появилась серебристо-голубая капля, окруженная стеной из древесных стволов. Издали нам трудно было оценить истинные размеры капли – ее округлая поверхность хорошо отражала свет, искривляя контуры всего, что ее окружало. Капля могла тут что-то скрывать, – возможно, именно такие вещи Звездорожденный называл отражателями.

Обезьяна с Винневрой на миг остановились и помогли Геймлпару слезть с носилок. Он закинул руку внучке на плечи и, проходя мимо меня, сказал:

– Нам больше некуда идти. Но мы услышали тебя.

После чего посмотрел на меня в упор, как старый солдат на старого солдата.

Киримт махнул рукой и качнул головой, приглашая следовать за ним, и я понял, что сейчас можно лишь подчиниться.

Денисовцы провели нас через густую траву к хижинам. Одна из них, пустая с виду, стояла посередине. К дверям каждой хижины вели ступеньки; обезьяна подняла Геймлпара, перенесла через перила и опустила на крыльцо. Он ждал, сжимая бамбуковый поручень, пока мы с Винневрой взбирались по вытесанным ступенькам. С крыльца открылся широкий вид на поляну с собравшимися внизу денисовцами.

– Приведите себя в порядок, отдохните, а потом поужинайте с нами, – предложил Киримт.

Винневра, обхватив себя руками, пригнулась, чтобы войти через низкий проем в хижину. Геймлпар предпочел остаться на месте, довольствуясь созерцанием расползающихся по джунглям и поляне теней.

Обезьяна мягко толкнула старика в бедро толстым ногтем, запыхтела и ушла влево, исчезнув среди деревьев.

Винневра вернулась и встала рядом с Геймлпаром.

– Мои гейсы сильнее, чем в любом другом месте, но что-то не так, – сказала она. – Нам нельзя тут оставаться.

– Тебе не понравилось? – спросил я, кивнув на хижину.

– Она уютная, – ответила девушка и передернула плечами, хотя насекомых было мало. – Я не чувствую запах этого Предтечи, как и других. Только обезьяну.

Я и сам успел заметить эту странность, хотя не придал ей значения. Я едва улавливал смысл происходящего.

– Мой нос стар, – сказал Геймлпар. – Я почти не чуял обезьяну.

Мебель в хижине была изготовлена из бамбуковых стеблей и деревянных планок: кровати с матрасами из листьев, грубый столик и три стула. Каменная раковина наполнялась водой, сливавшейся из бамбуковой трубки, когда та опускалась. Я с праздным любопытством изучил этот механизм, выпил немного воды, плеснул ею себе в лицо, после чего поднес чашку из листьев старику. Осторожно отпив, он лег на кровать и почти сразу уснул.

Винневра все стояла на крыльце, облокотившись на поручень. Сквозь проем я видел ее силуэт, подсвечиваемый яркими облаками.

Когда стемнело, Киримт позвал нас на ужин.