МИФЫ. МИФОподставы - Роберт Линн Асприн

– Более того, – добавил Ааз, – я считаю необходимым ограничивать информацию, если она способна навредить имиджу моей администрации.

– Стоп, Ааз, – сказал я, поднимая руку. – Я тоже тебя слышал. Ты противоречишь самому себе.

– С этой штукой для амбулаторного коронарного шунтирования? – удивился Ааз, указывая на Монитор Честности. – Ты, должно быть, шутишь.

– Я не знаю, как у тебя получается жульничать, но прекрати это делать.

– Как по-вашему, это звучит справедливо и беспристрастно? – обратился Ааз к своим поклонникам. – Лично мне это вовсе не кажется беспристрастным.

– Фу-у-у, Скив! Фу-у-у, Скив! – скандировала толпа.

Внезапно в мою сторону полетели гнилые помидоры. Я поднял самый большой магический щит, какой только мог сделать. Но прежде чем они попали в него, я ощутил, как щит рассеивается. Я застыл на месте, разинув рот, а в следующий миг в меня попали и взорвались десятки томатных бомб, заливая мои волосы, лицо и одежду пахучим соком. Я упал навзничь. За помидорами последовали подгнивший виноград, мягкие персики и увядший салат. Я кое-как поднялся и вцепился в стул. Мои ноги скользили, по щиколотку утопая в осклизлом гнилье. Я вытер лицо и гневно посмотрел на Ааза.

– Не смотри на меня так, – сказал Ааз, сделав невинное лицо. – Ты же знаешь, я не мог этого сделать.

Я был готов задохнуться от злости.

– А если ты?..

На меня обрушился очередной залп ингредиентов для компостной кучи. Я упал на колени и, представив над головой стальной зонт, вложил в него всю свою силу. Кап-кап-кап-кап-кап! Шмяк!

Внезапно мой зонтик захлопнулся, и сверху, этаким навозным дождем, пролился мерзкий поток гнилья. Я зажмурился и, пока обстрел не прекратился, не открывал глаз. Я сплюнул сладкую мучнистую кашицу. От меня воняло задней комнатой какой-нибудь задрипанной таверны. Мои ноги скользили на каждом шагу, но я встал и строго посмотрел на кандидатов.

– Кто это сделал? – рявкнул я, в упор глядя на Эмо и Уилмера. Оба типпа ухмылялись, как идиоты. – Чьих это рук дело?

Кандидаты указали друг на друга.

– Клянусь, сэр, – сказал Уилмер, чьи губы подергивались от еле сдерживаемой улыбки, – я не лишал вас ваших защитных чар и не швырнул в вас ни единого гнилого овоща.

– Это не я, – сказал Эмо, похлопав накладными ресницами. – Вы же наш судья! Я отношусь к вам с уважением! Ой! – Он схватился за грудь и поднял руку, сдаваясь. – Возможно, я слегка раззадорил своих сторонников. Извините! Я больше не буду так делать!

– Хорошо, – сказал я, сдерживая злость. Банни рассердится, если я снова дам выход гневу. – Вам минус один балл. Давайте начнем сначала. – Я смахнул со стула осклизлые грозди прокисшего винограда и сел. Серебряного колокольчика нигде не было видно. Прокашлявшись, я обратился к кандидатам: – А теперь пусть каждый из вас вкратце изложит свое видение будущего Бокроми, скажем, через десять лет.

Эмо поднял палец.

– Да, мистер Уивил? Предоставляю вам слово.

– Думаю, что все просто устали от политики, как обычно. Мы хотим наладить торговлю с некоторыми из ближайших к нам провинций, но, если честно, соседи нам не доверяют. Мы должны показать им, что с нами легко найти общий язык. Что мы открыты для делового сотрудничества!

– Это только полдела, – заявил Уилмер, откидываясь назад и мусоля правый лацкан пиджака. – Они хотят, чтобы у нас был сильный лидер. Какой смысл говорить о дружбе, если все, что они видят, – это хаос!

– Говорите только за себя, вы, пара клоунов, – сказал Ааз. – В моем лице Бокроми получит успешного бизнесмена, который за милю видит перспективный товар и умеет создавать рынки. Я открыт всем, кто захочет начать здесь свой бизнес, и покажу им лучший способ заинтересовать местное население.

– Если только, завидев тебя, они не повернутся и не убегут, поджав хвост! – сказал Уилмер, покачиваясь на пятках. «Партия Мудрости» разразилась свистом и криками.

– То есть вы намерены торговать только с другими типпами? – спросил Ааз. – Это прямая дорога к росту бедности.

– Нет! Но мы будем выбирать наших торговых партнеров на основе доверия.

– Единственная реальная цель торговли – общая заинтересованность в извлечении прибыли, – изрек Ааз. – Как защитить себя от обмана, зависит только от вас. Если, конечно, еще не поздно.

– О-о-о-о! – Слова Ааза нашли отклик в рядах его сторонников. Они принялись размахивать его портретами.

– Ты же у нас эксперт по жульничеству, – сказал Эмо.

Я сбросил со стола банановую кожуру и нашел блокнот. Каким же я был наивным! Пообещав быть чистыми и честными, выборы немедленно стали грязными и подлыми.

– Еще один балл, мистер Уивил, – предупредил я его.

– Фу-у-у-у-у! – взвыла «Партия Дружбы». В этот раз атаку возглавила миссис Уивил-старшая. Прицелившись, она запулила мне в грудь комком грязи.

– Прекратите! – крикнул я.

– Ох, мама, – с мягкой укоризной произнес Эмо.

– Да, глаз у нее уже не тот, – сказал Уилмер, вздохнув.

– Неправда!

Уилмер покачал головой:

– Да ты шутишь! В прошлом году она бы точно попала ему в лицо! Я помню свою речь в День Гавани, когда она запулила мне прямо в открытый рот. Вот это была меткость!

– Твой племянник прицелился гнилым помидором, – сказал Эмо.

Я замахал руками:

– Никто не будет ничем попадать мне в лицо!

Шмяк! Шмяк!

Прилетев с обеих сторон, пригоршни гнилья шлепнули меня по каждой щеке. Я стер с глаз помидоры и грязь.

– Прекратите, – предупредил я кандидатов. – Вы их поощряете!

– Кто, мы? – невинно спросил Ааз. Толпа грохнула хохотом. Кандидаты старались держаться серьезно и с достоинством, но даже они не смогли сдержать улыбки.

– Как ваш модератор, я ожидаю определенного уважения к моей персоне, – сказал я.

Я получил ответ, когда из зала на меня обрушился настоящий шквал гнилых овощей. Я частично отразил его, но, увы, не весь. Слизь стекала по моей рубашке, заливаясь в штаны и ботинки. Я начал ловить снаряды в воздухе и швырять их обратно. Остался ли в Бокроми еще хоть один овощ?

– Ха-ха-ха!

Это хохотал Ааз. Ему вторили Эмо и Уилмер.

Я посмотрел на грязь и гниль вокруг моих ног. Дотянувшись до силовой линии, проходящей под сценой, я втянул в себя столько магии, что казалось, она вот-вот потечет из моих ушей. Я представил, как гигантские веники сметают кучи гнилых фруктов и овощей, пока не образовалась противная вонючая куча размером с бассейн. Я закатал рукава и вытянул пальцы. Осклизлая овощная масса, подрагивая, поднялась над сценой.

– О нет, мистер Скив, – испуганно пискнул Уилмер. – Вы не можете бросить все это в нас! Это было бы неэтично!