Хроники Известного космоса - Лэрри Нивен

Он вспомнил фотографии бесформенной фигуры четырех футов в высоту, со странно вытесанными руками и ногами, горбатой спиной и шарообразной головой, отполированной до зеркального блеска.

– Эта статуя похожа на раннее изображение гоблина.

– Да, действительно похоже. Она у меня здесь.

– Здесь?

– Здесь. Выставка сравнительных культур Объединенных Наций одолжила ее нам после объяснения наших целей. – Янски раздавил свою истончившуюся сигару в клочки. – Как вы знаете, ни один социолог не смог связать статую с какой-либо известной культурой. Но я, доктор физических наук, решил загадку. Надеюсь, что решил. Завтра покажу вам, почему я считаю, что статуя является инопланетным существом в поле, замедляющем время. Вы, наверное, догадались, чего я от вас хочу? Я хочу поместить вас вместе со статуей в замедляющее поле, чтобы подавить собственное поле нашего… э-э… гостя и позволить вам прочитать его мысли.

На следующий день к десяти утра они вместе дошли до угла, и Джуди подождала, пока Ларри нажатием кнопки вызвал такси. Через две минуты авиамобиль с черно-желтыми шашечками опустился рядом.

Ларри уже забирался внутрь, когда Джуди задержала его, ухватив за плечо.

– Что случилось? – спросил он, полуобернувшись.

– Я боюсь, – сказала она, да и выглядела испуганной. – Ты уверен, что все будет в порядке? Ты же ничего о нем не знаешь!

– О ком, о Янски? Послушай…

– Об экспонате.

– Уф! – Ларри что-то прикинул в уме. – Давай я сейчас быстро объясню пару моментов. Хорошо?

Джуди кивнула.

– Первое. Контактное устройство не опасно. Я использую его годами. Получаю лишь воспоминания другого человека, небольшое представление о его образе мыслей. И даже они несколько смягчены, так что мне потом приходится усиленно думать, чтобы вспомнить нечто, не происходившее лично со мной. И второе. Моя работа с дельфинами дала мне опыт общения с нечеловеческим сознанием. Так?

– Так. И после сеансов с Чарли ты вечно устраиваешь розыгрыши. Помнишь, как загипнотизировал миссис Графтон и заставил ее…

– Чушь. Я всегда любил розыгрыши. А третий момент заключается в том, что временно́е поле не играет никакой роли. Оно лишь уничтожит поле вокруг статуи. Об этом вообще можешь забыть. Четвертое. Янски ни за что не станет рисковать моей жизнью. Ты же это понимаешь?

– А все эти погружения с аквалангом прошлым летом…

– Так это была твоя идея.

– Да? Может быть. – Джуди заставила себя улыбнуться. – Ну хорошо. Я думала, что дальше ты будешь практиковаться на брандашмыгах, но это, видимо, решающее испытание. И я по-прежнему беспокоюсь. Ты же знаешь, у меня есть дар предвидения.

– Гм… Ну ладно. Я перезвоню тебе, как только смогу.

Он сел в такси и набрал адрес уровня физфака Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе^[8].

– Марк вернется через минуту и принесет кофе, – сказал Доркас Янски. – Давайте я покажу вам, как работает замедляющее поле.

Они находились в огромном зале, на потолке которого были установлены два гигантских разрядника из тех, что создают оглушительно трещащие искусственные молнии, изумляя группы студентов. Но генератор молний не интересовал Янски.

– Мы заняли эту часть здания, потому что здесь хороший источник электропитания, да и по размерам она подходит. Видите проволочную конструкцию?

– Конечно.

Это был куб из очень тонкой проволочной сетки, с откидной створкой на одной стороне. Сетка закрывала не только боковые грани, но и верх, и дно. Рабочие деловито проверяли и размещали громоздкое и сложное на вид оборудование, которое, однако, еще не было подключено к проволочной клетке.

– Поле распространяется вдоль поверхности куба. Сетка служит границей между замедленным временем внутри и быстрым снаружи. Скажу вам, сооружать эту штуковину было очень занятно. – Янски огладил бороду, как будто задумавшись о непростой работе, в которую был погружен. – Мы считаем, что поле вокруг инопланетянина должно быть на несколько квантовых чисел выше нашего. Как долго он там пробыл – определить невозможно, разве что с помощью метода, который мы намерены использовать.

– Но он тоже может не знать.

– Да, вполне. Ларри, вы пробудете в поле шесть часов по наружному времени. Для вас это составит секунду. Как я понимаю, передача мыслей мгновенна?

– Не мгновенна, но займет меньше секунды. Подготовьте все и включите контактное приспособление перед тем, как запустите поле, и я получу его мысли, едва он начнет оживать. До этого я ничего не смогу воспринять.

«Словно вступаешь в контакт с турсиопс трункатус»^[9], – подумал Ларри.

– Хорошо. Я не был уверен. – Янски отошел показать Марку, куда поставить кофе.

Ларри был рад передышке – он вдруг занервничал. Это было вовсе не так плохо, как в ночь перед первым сеансом с дельфином, но все же неприятно. Он вспомнил, что его жена иногда действительно проявляла пугающую способность к предвидению. Кофе взял с благодарностью.

– Итак, – сказал Янски, осушив свою чашку в несколько глотков и отдышавшись, – Ларри, когда вы в первый раз заподозрили у себя телепатию?

– Когда учился в Уошбернском университете^[10], – ответил Гринберг. – Это в Канзасе. Однажды гость высокого ранга устроил всем тест на пси-возможности. Мы занимались этим целый день. Телепатия, экстрасенсорика, телекинез, предвидение, даже малопонятный тест на телепортацию, который все завалили. Джуди показала хорошие, хотя и случайно проявляющиеся способности к предвидению, а я обошел всех по телепатии. Там мы с ней и познакомились. А когда выяснилось, что обоих тянет к звездам…

– Но ведь вы не поэтому поженились?

– Пожалуй. И уж абсолютно точно не из-за этого до сих пор не развелись. – Ларри скорчил хищную усмешку, потом взял себя в руки. – Знаете, телепатия способствует крепким бракам.

– Да откуда мне знать? – улыбнулся Янски.

– Я бы мог стать хорошим психологом, – сказал Ларри, не выказывая сожаления. – Но начинать уже поздно. Надеюсь, что «Ленивую восьмерку-три» все-таки отправят, – проворчал он. – В любом случае нельзя бросить колонии. Так они не поступят.

Янски опять наполнил чашки. Рабочие вкатили через широкий проем нечто покрытое тканью. Ларри, вполне успокоившись, следил за ними и прихлебывал кофе. Янски осушил вторую чашку так же быстро, как первую. Либо обожает кофе, решил Ларри, либо ненавидит его.

Неожиданно Янски спросил:

– Любите дельфинов?

– Конечно. И еще как.

– Почему?

– Они такие веселые, – ответил Ларри невпопад.

– Вы довольны своей профессией?

– О, весьма. Хотя это удивило бы моего отца. Он считал, что я собираюсь стать биржевиком. Понимаете, я родился с… – Ларри вдруг замолк. – Ого! Это она?