Землянин. Русские не сдаются! - Роман Злотников

– И что?

– А то, что истинные координаты Земли, похоже, очень большая тайна. И у выживших представителей той группировки, которая раньше владела лунной базой и осуществляла похищения людей (да-да, информацию об этом до землян довели), их, похоже, не осталось… Или те, у кого они все-таки есть, просто очень не хотят делиться ими ни с кем. А вот эта система, похоже, была отмаркирована. Просто без информации о Земле она никому особо не интересна, поскольку необитаема и не имеет поблизости обитаемых систем. То есть даже добычей ресурсов здесь заниматься невыгодно. Но все маршруты к Земле шли через нее. Потому-то здесь и была развернута оборонительная система. А сообщение между этой системой и самой Землей, судя по всему, уже осуществлялось на кораблях с доверенными экипажами, которые наши работодатели и помножили на ноль в Солнечной системе. Вероятно, именно на тех кораблях и сгинули те, у кого были точные координаты нашей планеты. Те же, кто атакует эту систему в данный момент – наемники. Причем не слишком, так сказать, прокачанные, и их корабли способны прыгать только по маркированным системам.

– И что, по немаркированным системам никто прыгать не может? Как же тогда их маркируют-то? – удивился Савелий. – Ну, в первый раз-то?

– Могут, – улыбнулась пилот. – Но для этого нужны специальные искины, которые ставятся далеко не на всех кораблях. Уж больно дороги. И требования к ним специфические. Так что их ставят в основном на дальних разведчиках, рейдерах, картографических крейсерах и так далее. Подавляющему большинству других кораблей они просто не нужны. Потому что и войны, и торговля, и регулярные перевозки на девяносто девять и девять в периоде процентов идут именно в обитаемом космосе. А если вдруг возникнет задача полета через немаркированные системы, всегда можно придать такой эскадре или группировке кораблей в качестве лидера корабль со специальным искином, а не тратить деньги и ресурсы на оснащение кораблей оборудованием, которое за все время службы корабля может не пригодиться ни разу.

– Понятно, – вздохнул Головко, отмирая от оцепенения, в которое он впал, разглядев пилотессу и снова наклоняясь к толстому шлангу, по которому в бот закачивалось рабочее тело маневровых двигателей. Типа работа-работа… Но все время, пока бот с довольно-таки симпатичной пилотессой не покинул ангар, нет-нет да и бросал взгляды в сторону пилотской кабины.

Впрочем, и сам Савелий тоже туда нет-нет да и поглядывал. Ну, а что такого-то? Первая волна безудержного промискуитета, вызванного омоложением и полным восстановлением всех функций организма, уже прошла. А народ здесь подобрался в основном солидный и основательный. Так что многие начали приглядывать себе пару. Ну и Савелий тоже начал об этом задумываться. Он всегда был мужиком видным, в КБ на него даже в пятьдесят молоденькие чертежницы заглядывались. К тому же в техниках он только временно. Интеллекта у бывшего конструктора оказалось достаточно для установки инженерной сети, так что ему такую и поставили. И пообещали, что через полгода-год, когда он закроет заметную часть кредита, а ситуация слегка устаканится, ему дадут возможность подгрузить и разучить инженерные базы. Так что и финансовая основа будущей семьи тоже должна была стать вполне солидной. Так что чем он не жених? А пилотесса – женщина вполне себе ничего. И симпатичная, и не дура. Эвон как все по полочкам разложила. Короче, такая, какие ему и нравились. Но в этот раз как-то не срослось…

Следующие три часа работа наваливалась по нарастающей. Потому что где-то там, в десятках или даже сотнях тысяч километров от базы, похоже, вовсю шла дикая свалка с очередными налетчиками. Причем тяжелая. То есть с потерями. И потому все большее и большее количество ангаров переключалось с обслуживания и перезагрузки ботов на ремонт. Вследствие чего нагрузка на оставшиеся все возрастала и возрастала. Так что разговоры практически прекратились. Народ молча пахал, шумно дыша и утирая пот, с которым не справлялись никакие системы климат-контроля.

Однако спустя еще два часа количество бортов, прибывавших на обслуживание и перезарядку, начало постепенно падать. А еще через час оно снизилось настолько, что между появлением ботов стали образовываться паузы длительностью сначала минут в пять-десять, а потом и подольше. Так что все немного расслабились.

– У-ау-уф… – зевнул во весь рот Головко. – Ну все, кажись, отбились. Глядишь, скоро и на боковую можно будет отправляться… уау… – Он зевнул еще раз, а потом ткнул в бок напарника: – Слышь, Иваныч, а вот ты мне скажи – чего они все лезут-то? Какой раз уже по зубам получают, третий? Или четвертый? А все равно лезут и лезут. Совсем тупые, что ли?

– Ну почему тупые? – степенно отозвался напарник. – Очень даже не тупые. Просто… ну, сам видишь – у нас тут из всего флота только боты задействованы. И стационары. Завтра точно снова полетим их латать. А там сам знаешь – дыра на дыре и живая нитка на живой нитке. Особенно снаружи…

– Слушай, а точно! А чего как следует не ремонтируем-то? Запчастей же куча. И еще производство в поясе развернули. Недаром там шахтеры шустрят…

– Вот ты, Головко, хоть баб охмурять и шустер, даже поболее шахтеров, – влез в разговор Тимофей, – а простых вещей не понимаешь. Наши наниматели какую-то свою игру на Земле затеяли. Потому пока и шифруются. Из-за этого и добычу, и производство именно здесь, а не в Солнечной системе развернули. Но, я так думаю, основное-то все равно там, у нас будет. Однако чтобы все по уму сделать, время нужно. А время у них будет, только если те ребята, которые раньше на Земле свои шуры-муры крутили, будут по-прежнему считать, что могут вновь ее под себя подгрести с относительно небольшими затратами. А не окончательно разочаруются в своих попытках и не сольют информацию о том, что здесь и как, кому-нибудь более сильному. Вот потому-то и атаки отражают исключительно ботами и стационарами. Хотя вон на центральной базе целая эскадра сидит. У меня там знакомый служит. Ну, с которым самый первый курс лечения проходили… Он бывший вояка, летчик, вот и решил тут снова по военной стезе пойти. А в той эскадре не боты, а как минимум крейсера и эсминцы. Но их пока еще ни разу в бой не вводили. Ныкают. И стационары поэтому восстанавливают так, чтобы снаружи казалось, что они на ладан дышат. Вот поэтому этим уродам все время кажется, что еще чуть-чуть, и они нашу оборону продавят. И потому они пока никого серьезного для атаки не привлекают. Все надеются, что, если еще чутка побольше сил собрать, все и сладится. И так уже четвертый раз…

Отбой тревоги дали еще через полчаса. К тому моменту поток ботов уже настолько упал, что Савелий отпустил Иваныча и Головко досыпать. С настолько упавшей интенсивностью работ они и в сокращенном составе справятся. А вот когда все закончится, рабочих рук потребуется много. Потому что этот налет, судя по тому, как долго им пришлось работать на пике производительности ангара, был заметно тяжелее предыдущих. Следовательно, ремонта им предстоит – завались. Ну да ничего, справятся…

Тимофей и ему предложил сходить пожрать, но Савелий отказался. И не столько из-за чувства долга, сколько из-за того, что была у него надежда, что именно в его ангар снова попадет бот с такой симпатичной пилотессой. И уж тут-то он точно своего шанса не упустит.