Стражи империи: хроники Чрезвычайного отдела - Закери и Филипп Ронн

Поняв, что преступников они упустили, Норин медленно опустился на корточки, прислонившись спиной к ближайшему дереву. Зачерпнул полную пригоршню снега и откусил кусок, остальным вытер лицо и шею. Поставив пистолет обратно на предохранитель, медленно сунул в свою кобуру.

Дункан не собирался просто так сдаваться и еще минут пять бегал по лесу туда‑сюда, пару раз пробегая мимо своего напарника. Но наконец‑то и он понял, что в его беготне нет никакого толка. След был потерян окончательно.

— Набегался? Выпустил пар? — спросил Норин, когда запыхавшийся Дункан остановился напротив него и согнулся в три погибели, опершись о собственные колени. — Идем назад. Надо логово тщательно осмотреть, пока там все окончательно не затоптали.

— Нори, я…

— Идем. — Норин поднялся на ноги, приобнял друга одной рукой, взлохматив ему волосы другой. — Локти кусать потом будем, а пока работы полно.

Тяжело вздохнув и сдув прядь волос с лица, Дункан сунул свой пистолет в кобуру и понуро побрел за напарником.

Неожиданно он почувствовал на себе внимательный взгляд и резко обернулся, выхватив из кобуры пистолет и наставив его, сам не зная на кого.

На дереве, среди мохнатых лап елей кто‑то был. И этот кто‑то внимательно смотрел на Дункана сверху вниз.

— Нор. — Коротко позвал он, и напарник буквально в мгновение ока оказался рядом со своим пистолетом у руках.

— Смотри…

— Вижу. — Норин вскинул оружие и прицелился.

Понимая, что её шутка сейчас может стоить ей жизни, Серкона медленно отогнула ветку, давая себя рассмотреть.

— Тьфу, зараза! — выругался Норин, опуская пистолет.

Охотница усмехнулась в ответ и, молча, кинулась в сторону, скрывшись из глаз.

— Стой! Куда?! — воскликнул Дункан, намереваясь погнаться следом, но Норин остановил его, поймав за волосы, собранные в хвост.

— Ай, пусти! Что за дурацкая привычка?!..

— Ты действительно надеешься ее догнать?

— Думаешь, у меня не получиться.

— А надо?

— Ну, так ведь…

— Вот и я о том же. — Норин развернулся и зашагал обратно к оврагу. — Если догонит, то у нее появиться второй наплечник для доспеха. Если нет, то и дергаться нет смысла.

— Я всегда говорил, что твоих мозгов на нас обоих хватит. — Дункан сунул свой пистолет в кобуру и бегом догнал друга.

— А я всегда говорил, что тебе пора начать пользоваться своими. Я не всегда буду рядом с тобой.

— Вот тут ты прав, доспех у нее действительно шикарный. — Осклабился Дункан, сделав вид, что не расслышал привычного упрека напарника.

— Когда в следующий раз выйдешь с ней на оперативный контакт, попроси, может, даст примерить.

— Нор, ну чего ты вредничаешь. Ну, извини меня, ну виноват. Не переживай, поймаем мы еще этих тварей.

— Да причем тут ты‑то. В том, что мы их упустили, твоей вины нет. Скорее моя чем твоя.

Егерей они встретили примерно в том месте, в котором вляпались в расставленный вендиго морок. Те спешили им на помощь, но увидев свибов одних без добычи, да еще и с кислыми рожами, сообразили, охота на сегодня закончена. И у егерей и у, примкнувших к ним, полицейских хватило ума не уточнять детали провала.

Хотя о полном провале говорить все же не стоило.

Вернувшись к логову тварей, свибы увидели три долговязых худых тела, упакованных в черные полиэтиленовые мешки. Над ними стояли, невесть откуда взявшийся, комиссар Макаров, лейтенант Каласи и майор Рохур. Своим маленьким коллективом они решали, как лучше всего вывезти тела тварей из этих лесных дебрей. Каласи предложил вертолетом, но комиссар популярно разъяснил ему, что ни один вертолет не сядет в этих дебрях и в свою очередь Макаров предлагал вызвать снегоходы и транспортировать трупы на них. Рохур на все это заявил, что пока снегоходы притащатся из Лихнака, уже десять раз стемнеет. Макаров возразил, никто, собственно, никуда не торопиться. Тела можно вывезти и по темноте.

— Главная тварь все еще цела, невредима и на свободе. Поэтому ночами шастать по лесу все еще опасно. — Оборвал дальнейший диспут Норин, вместе с Дунканом, подходя к «консилиуму». — Тела вынесем на руках, а дальше переправим на машинах.

Возражать майору со статусом вице‑консула никто не решился, хотя и тащить на себе приемышей вендиго никто не проявил инициативы.

— Пещеру и кострище осматривали? — спросил Норин, кивнув в сторону зева в склоне оврага.

— Да. Я провел предварительный осмотр. — Послышалось откуда‑то со стороны, и к офицерам подошел фурри‑пес — тот самый эксперт‑криминалист, который осматривал последнее место преступления.

Стянув с лап резиновые перчатки, он доложился по форме:

— Без всяких сомнений — это логово тварей. Лежка, кострище и гульбище. — Проговорил пожилой фурри, по очереди показывая на пещеру, костер и изрытое следами дно оврага. Потом кивнул себе за спину на три черных казенных мешка. — Три твари упокоены навсегда. Каждый из них получил по полкилограмма серебра в грудь, голову и брюшную полость. Двоих из них добили холодным оружием. В пещере опасных веществ и предметов я не обнаружил, но там есть одна вещь, на которую вам стоит взглянуть.

— У вас найдется пара лишний перчаток? — спросил Норин, взглянув в сторону пещеры.

Фурри‑пес, молча, кивнул и полез в сумку, висящую у него на плече.

— Капитан Энния проконтролируйте вывоз тел. — Распорядился Норин, принимая из рук криминалиста новую пару перчаток.

Дункан козырнул и активно занялся порученным делом, Норин, надевая перчатки, повернулся к Макарову:

— Господин комиссар, не желаете вместе со мной осмотреть логово?

— Не сказать, будто горю желанием сунуться в эту мерзость, но долг обязывает.

Вместе с комиссаром и майором в компанию напросился и лейтенант Каласи. Норин не возражал. Он предполагал, что молодой фурри скоро пожалеет о своем решении, но если он не будет сталкиваться с мерзостью преступления, особенно такой, как вендиго, то никогда не получит должной профессиональной закалки. Норин догадывался, что ждет их в логове тварей и перчатки попросил не зря.

Первым в пещеру вступил комиссар. Включив портативный фонарик военного образца, он нагнулся под низким сводом лаза, и смело шагнул в полутьму. Норин и Каласи за ним.

Пещера, вырытая в каменистом склоне оврага, скорей всего самими вендиго, с первого взгляда казалась даже уютной. Мох, еловые ветки и опавшие листья на полу, несколько «гнезд» по стенкам в которых спали вендиго. Если бы не обглоданные кости, валявшиеся повсюду в пещере, то никто бы и не догадался, что это логово ужасных тварей. А среди «перин» в лежках были видны лохмотья, которые еще не так давно были одеждой эльфа, человека, фурри или орка.