Я - сталкер. Зов Армады - Сергей Коротков

– Понял. Держу их.

Треш, конечно, учудил! Мало того что сам в полном вооружении шел за спиной ковыляющего бандита, так еще и пер прямо на мины простреливаемого турелью сектора. Трофеев на нем висело столько, что впору было упасть и не встать. Он просчитал вариант знакомства с охраной горожан, но про пулеметную турель с датчиком самонаведения и автоматической стрельбы как-то не подумал. Ладно, хоть окликнули и вовремя предупредили, а то бы могли и повеселиться разбросанными кишками и тлеющими конечностями. Хохмы ради.

– Стоять! Запретная зона…

– Работает кран, – прошептал сталкер и, не дожидаясь дальнейшего словесного поноса, обычного в охраняемых секторах Пади, громко ответил: – Хлеб да соль вам, защитники! Я сталкер из Западного форта. Кличут Трешем. Я с миром к вам, парни, с «языком» и с гостинцами. Не взрывоопасными.

Он попытался емко и кратко изложить в этой фразе смысл своего внезапного появления перед баррикадами Заслона, дабы не вступать в полемику с часовым – не хотелось схлопотать пулю в затылок от какого-нибудь отморозка, засевшего в развалинах позади себя.

Сталкера удивило быстрое согласие горожан – его пропустили внутрь без всяких вопросов и мытарств. Причем впустили вместе с раненым бандитом, раздвинув ржавые ворота, ужасно заскрипевшие роликами после отворота преграды из колючей проволоки. Подходить к нему никто не торопился, но пара бойцов в разномастной одежде, очень похожей на свободную сталкерскую экипировку, появилась в трех метрах по бокам. Стволы их «калашей» без слов говорили о напряжении и пристальном внимании.

– Мы не чумные, не заразные, не смертники-подрывники и не со злым умыслом, – сказал Треш, но, глянув на пленного ренегата, поправился: – По крайней мере, за себя отвечаю.

– К кому прем и зачем? – спросил один из часовых.

– Поторговать, поговорить, справить снарягу. К главному вашему. Плюс инфа имеется, нужная и важная.

– Такая важная, что вы оба прямо на стволы и ловушки лезете? – раздался голос сверху.

– Нужная стопудово, а уж важность ее определите сами, – усмехнулся Треш, разглядывая рослого человека в старой штопаной «горке», – а западни ваши и слепой зомбак обойдет.

– Ишь ты-ы! Орел. Как звать? – Холод спустился с крыши автобуса, переоборудованного в минометную площадку, подошел к незнакомцам.

– Ваш верховой глухой или рация накрылась? – вопросом на вопрос ответил сталкер. – Я назвался уже. Или мне здесь каждому охраннику представляться?

– Ты пыл-то свой остуди, парень, не ровен час, кипятком начнешь ссать, – со стальной ноткой в голосе процедил Холод, встав на ширину плеч и засунув руки большими пальцами за ремень. – Кто таков?

– Еп… Треш я. Следопыт с Западного форта, – ответил сталкер и хотел демонстративно сплюнуть, но, заметив отрицательный жест девушки возле автобуса, изучающей его, передумал.

– Треш? Ха. За какие же тебя заслуги жестью назвали? – ехидно улыбнулась коротко стриженная краля в потертых джинсах, с автоматом наперевес.

– Да назвали и не спросили меня. Такая вот одна, типа тебя. Фанатка моя, любительница спортивных брутальных парниш, – парировал Треш и мило улыбнулся.

– Слышь, ты, брутальный мой, забрало прикрой маленько, расщебетался, блин! – Холод насупился и грозно зыркнул на сталкера. – Это не тот ли воришка, которого парни с Западного ищут? За приличное вознаграждение.

Треша, как и следовало ожидать, этот укол незнакомого мужика в одежке вояки задел болезненно. Сталкер опустил на треснувший, проросший осотом асфальт, кучу трофейного хлама, всем видом показывая свое недовольство. Часовые вскинули оружие, один задвинул за спиной Треша моток «егозы», Холод собрался в пружину, ожидая выпада наглеца.

– Деня, выслушай парня, потом под кожу лезь, – проворковала от автобуса Фифа, направляясь к кучке мужчин. – Всегда ты так! Сразу в штыки. И ты, парниша, тоже не чуди тут, здесь борзометры живо обламывают и стрелки поворачивают вспять.

Минуту все прокачивали друг друга. Ренегат с кровавым пятном на колене и кислой заросшей физиономией переводил испуганный взгляд с одного на другого. В небе шумно пролетела гарпия, неся в зубастой пасти человеческий труп, и скрылась в облаках. Далеко на востоке громыхнула гроза. Под автобусом пискнула невидимая крыса. Люди стояли молча, не опуская пристальных оценивающих взглядов. Накал страстей сняла Анжела, закидывая автомат на плечо и прижавшись к любимому:

– Ну, все, коленки расслабили, кулачки разжали. Харэ зубами скрипеть. Треш, рассказывай.

– Что, прямо тут? – пробурчал сталкер.

– Да, прямо тут. Если покатит, в гости позовем на рюмку чая. А нет, так топайте оба обратно. Мы пиццу не заказывали.

– Холодно как-то в вашей конторе! – сказал сухо сталкер.

– В вашей тоже одна жесть, смотрю.

– Юмористка, блин.

– Шутник, е‑мое!

Снова минута молчания.

– Ясен перец, я не пустой пришел и по нужде, – начал сталкер, но его перебил заулыбавшийся толстяк у ворот:

– По нужде, брат, это с той стороны Ограды.

Смех, кривые ухмылки.

– Ты знаешь, сестра, у нас в Западном первая линия обороны тоже Оградой зовется, – тотчас ответил сталкер и на сей раз усмехнулся сам.

Его колкость вызвала обиду тучного часового, но и улыбку Фифы.

– Пух, закрывай Ограду, включай турельку. Че нам действительно тут лясы точить, пойдем в дом.

– Понял, еп.

– Пух!

– Есть… мэм!

– Вот зараза ж ты!

– Смотрю, дисциплинка у вас здесь не ахти какая! – встрял Треш, поднимая рюкзак и груду оружия бандитов. – Хотя и правит балом вояка.

– Че-е?

– Пошли уже, беглый каторжник Треш, – сказала Фифа, ущипнув раздраженного Холода, – и своего дружка-ренегата прихвати. Эй, Варан, бди. Остальным на точки.

– Я ничего не попутал насчет субординации и командира? Здесь ты рулишь, красивая? – бросил сталкер, подмигнув Анжеле.

– Слышь, ты… – спохватился Холод, но снова девушка остудила его пыл:

– За комплимент респект тебе, сталкер, но дальше забудь про всякие слюни и любезности свои. Я замужем. За этим капитаном спецназа. И главный здесь именно он! Ясно?

– Есть, мэм!

– Тьфу ты.

Они прошествовали мимо автобуса, двух единиц тяжелой техники, в кабине одной из которых торчал пулемет, миновали нагромождение бетонных плит и штабеля труб. У гаражной двери огромного блок-бокса дорогу им уступил часовой с короткоствольным «Кипарисом». Такой же мускулистый крепыш со строгим загорелым лицом, как и большинство охранников Ограды, не считая того толстяка по прозвищу Пух. Все пятеро – командир Заслона, девушка, двое гостей и сопровождавший их боец с АК‑12 в необычном комбезе – зашли внутрь здания.