Главный ресурс Империи - Денис Самородов

Вольский помедлил минуту, взвешивая варианты, и решительно нажал на кнопку связи с командиром боевой части «Атлантиса».

Бронированная нога наступила на остатки микрозонда.

Рядом, на разбитом тротуаре, лежал каратель. В его спину был воткнут лазерный резак, очевидно, повредивший какой-то двигательный центр, так как каратель лежал почти неподвижно, лишь судорожно сжимая и разжимая правую кисть.

Неподалеку находилось сильно поцарапанное тело человека, на первый взгляд не имеющее никаких особых повреждений. Приковылявший медицинский дроид не спеша стал упаковывать его в капсулу жизнеобеспечения, аккуратно двигая конечностями и не обращая никакого внимания на стоящую рядом темную фигуру еще одного карателя.

Тот поднял руку и открыл шлем.

– Извини, капитан. Угомонись-ка пока. И что за падаль ты тут таскаешь?

Голос был хриплый и какой-то неживой. Впрочем, кроме дроида, его никто не услышал, а тому было все равно. Закончив паковать свой груз, он медленно побрел вверх по улице, осторожно обходя препятствия в виде многочисленных мертвых тел.

Кабинет овер-канцлера Империи обычно представлял собой образец порядка, олицетворяемого особым отделом. Строгий стол с аккуратно разложенными на нем папками, общий терминал, несколько коммуникаторов. Большой сейф около стены с множеством ячеек, каждая педантично пронумерована в соответствии с какой-то неизвестной системой. Справа от него огромное окно, позволяющее обхватить взглядом всю имперскую столицу с высоты верхнего этажа цитадели овер-канцелярии. И в качестве обязательного атрибута – над самим столом огромный портрет Императора в рамке, стилизованной под символ Империи.

Кабинет был всегда безупречно чист, и казалось, что даже холодный фильтрованный воздух здесь гораздо прозрачнее, чем где-либо в другом месте.

Но уже вторые сутки этот самый кабинет являл собой довольно печальное зрелище. Вторые сутки овер-канцлер Ашер Амра практически безвылазно сидел за столом, и его рабочее место, как, собственно, и все вокруг в кабинете, медленно, но верно превращалось в нечто такое, чему прекрасно соответствовало одно хорошее, меткое слово.

Бардак.

Впрочем, то, что творилось сейчас в Империи, также полностью подходило под это определение.

Ночью Ашера поднял с постели входящий вызов дежурного. На рабочий коммуникатор овер-канцлера пришло срочное сообщение, и по его собственной инструкции ему было немедленно об этом доложено.

Через полчаса недоумевающий Ашер прибыл в здание овер-канцелярии. И остался здесь на долгие двое суток.

Сообщение было не одно. Длинный список даже не поместился на экране, и все они были заверены хорошо знакомой имперской печатью.

Во-первых, главе овер-канцелярии предписывалось немедленно произвести арест с дальнейшим тщательным расследованием в отношении группы лиц, подозреваемых в измене. Список прилагался, и вначале Ашер даже отказался поверить глазам. Там были указаны такие имена, что овер-канцлеру стало немного не по себе. Причем начинался список с его первого заместителя, много лет бывшего Ашеру незаменимой правой рукой.

Далее овер-канцлеру вменялось обеспечить координацию вывода военных сил Империи из сектора, где велась война с энергами. И, более того, немедленно переправить войска на новое приоритетное направление, как указывалось в документе, на подавление «бывших союзников, осуществивших предательский сговор с мятежниками». Перечень свежеобнаруженных врагов опять-таки прилагался, и Ашер почувствовал, как при взгляде на него тревожно закололо в груди.

Хорошо еще, что флай-командор Гахен сохранил лояльность. Овер-канцлер вторично пробежал глазами список предполагаемых изменников, чтобы точно убедиться в этом, и голова его привычно заработала, тщательно анализируя ситуацию.

Ашер давно привык к тому, что если вся его организация в курсе практически девяноста процентов событий, происходящих в обжитой вселенной, то Император каким-то непостижимым образом все равно знает больше. И иногда эти самые недостающие десять процентов способны в мгновение ока исправить любой надвигающийся кризис.

Ведь проглядели же они Павлевски. Именно он, Ашер, подтвердил целесообразность дальнейшего использования неуравновешенного флай-командора в войне с чужими. В конце концов, откуда он мог знать, что тот сорвется именно на энергах, ведь до этого его маленькие «странности» ничуть не мешали побеждать снова и снова.

А Император как-то узнал. И только по его личному запросу было начато то расследование, чуть было не стоившее ему места. Ашер с недовольством вспомнил операцию, проводившуюся поспешно и без должной подготовки. Ликвидация прошла топорно, и он подозревал, что некоторые офицеры из высшего командного состава так и не поверили в версию о самоубийстве, специально пущенную в качестве слухов под прикрытием официального сообщения о гибели Павлевски в боях.

Поэтому прямо тогда же, ночью, Ашер попытался связаться с Императором через закрытый канал. И не смог, так как канал молчал. То есть там не было даже дежурного оператора, который хотя бы мог передать сообщение. Просто пустой экран.

Это было странно, но в тот момент Ашер не стал забивать себе голову такими пустяками. По крайней мере у него были четкие и недвусмысленные указания, которые следовало претворить в жизнь.

Первые сутки были для него тяжелым испытанием.

Волна арестов прокатилась по Империи, сотрясая чиновничий аппарат на самых различных уровнях. Допрос своего заместителя, проведенный лично овер-канцлером, ничего не дал и лишь сильнее вымотал Ашера. Впрочем, особых надежд на него и не было. Заместителем Амры был особист с большим стажем, лично отобранный им и возведенный почти на самый верх овер-канцелярии, поэтому допрос быстро свелся к противостоянию двух профессионалов, хорошо знакомых с методами работы друг друга. Собственно, Ашера больше интересовало, что именно заставило того совершить предательство.

Особую надежду овер-канцлер возлагал на беседу со своим коллегой, главой ресерч-канцелярии Аеро Накаямой. Он был давно на прицеле у особого отдела, но с персоной такого ранга следовало вести себя максимально осторожно, и овер-канцелярия до сего времени лишь наблюдала и собирала доказательства. Введенные в его окружение агенты не раз сообщали о подозрительных контактах, но отследить их не представлялось возможным. Что уже само по себе говорило далеко не в пользу научника.

В поле зрения особистов Накаяма попал после расследования так называемого «инцидента на Ларге». Какой-то чрезмерно ретивый овер-подполковник уничтожил маленькое королевство, и в ходе разбирательства этого недоразумения всплыло, что несколько лет назад глава ресерч-канцелярии лично вел несанкционированные переговоры с королевой Ларги. Естественно, это не могло не заинтересовать особый отдел, тщательно наблюдающий за всеми людьми ранга Аеро Накаямы.