Пропавшая принцесса, или Зачет по родовой магии - Ольга Пашнина

Пока мы с креветкой играли в гляделки, Кэдерн проворно справился с одной из них.

– Дейна, это креветки, – сказал он. – Они вкусные, попробуй.

Я натянуто улыбнулась и, пока он не видел, скорчила креветке рожу.

Ректор, счастливый не пойми по какой причине, показывал мне, как чистить этого розового монстра, а я лихорадочно искала выход из этой непростой, но идиотской ситуации.

– Это просто, – ободряюще улыбнулся Кэдерн.

Вздохнув, я почти решилась признаться, но в последний момент передумала и начала снимать панцирь. Будь что будет, маг он хороший, вылечит. Помучаюсь пару минут, чай, кони не двину.

– Миледи, милорд, – официант, подошедший к нам, спас меня от гастрономического убийцы, – вас срочно просят подойти к третьему столику.

– Что? – удивился Кэдерн.

Креветка, как мне показалось, разочарованно поникла.

– Там девушка просит леди и лорда Элвида подойти на минутку.

– Идем, Дейна. – Кэдерн ободряюще мне улыбнулся. – Если просят, негоже отказываться.

Я с удовольствием бросила креветку и сполоснула пальцы.

Кэдерн взял меня за руку, но ничего не сказал, заметив мой удивленный взгляд, просто уверенно повел за собой.

За столом сидела приятная брюнетка, статная и величественная. Темная, как я поняла по родовым оберегам и ауре, которая вилась вокруг нее совершенно свободно. Я едва не споткнулась, когда разглядела ее лицо.

– Мама? – удивленно воскликнул Кэдерн.

Мама? Мать Кэдерна Элвида – Силианна Харрарз? Темная колдунья, демоница, подруга императора Сертана? Моя благословленная мать?

Гребаный обычай посвящения, когда ребенку выбирается благословленная мать, что-то типа покровительницы, наставницы и так далее. Я сам обряд помню плохо, в памяти остались лишь какие-то обрывки: холодно ногам, ледяная вода, руки Силианны, сжимающие мои плечи, и ее улыбка, неожиданно теплая и добрая.

– Кэд, мальчик мой! – Силианна выглядела едва ли не ровесницей сына.

Только по рукам можно было определить ее истинный возраст.

– Мама, что ты здесь делаешь?

– Ох, я приехала сегодня и решила тебя не беспокоить. Поужинать, переночевать в гостинице, а с утра явиться, как договаривались. Твой отец снова психует и требует мира во всем мире. Ты же знаешь, когда он в таком состоянии, ему лучше под руку не попадаться, вот я и уехала.

Силианна – мать Кэдерна. Боги, Боги! Я готова была провалиться в подвал, лишь бы она меня не видела, не узнала. То есть, конечно, узнать она меня не могла, но почему именно Силианна здесь? Это что, заговор?

– Кэд, может, познакомишь меня с твоей спутницей? – улыбнулась мне Силианна.

– Прости. – Кэдерн усмехнулся. – Мама, это Дейна Сормат, моя девушка.

Я даже покраснела от такого определения собственного места в жизни ректора. Так обычно говорили в народе о девушке, которая еще не невеста, но и не друг. В высшем свете говорили что-то вроде «моя возлюбленная», но мне это выражение не нравилось.

– Дейна, это леди Силианна Харрарз, моя мать.

Я сделала реверанс, что страшно обрадовало Силианну.

– Она воспитанная, Кэд, – благосклонно кивнула леди. – Твоя коллега?

Ректор как-то странно покосился на дверь и что-то пробормотал себе под нос.

– Кэд, кем работает леди Сормат?

– Она студентка, – вздохнул Кэдерн.

– Твоя студентка?! – Леди Харрарз даже подскочила на стуле. – Ты совсем с ума сошел, сын?

– Мама, – твердо произнес Кэдерн, – мы договорились, что не станем обсуждать мою личную жизнь. Ты зря остановилась в гостинице, надо было приехать сразу ко мне. Можешь перевозить свои вещи, персонал получил указания. А мы пойдем закончим ужинать.

– До свидания, – кивнула я, увлекаемая ректором обратно в кабинет.

– Ваша мама против ваших отношений со студентками? – удивилась я, допивая вино.

Кэдерн как-то странно вздохнул, задумчиво разглядывая шторы.

– Не обижайся на нее, Дейна. Она ничего не имеет против тебя лично, просто ей не нравятся нетрадиционные отношения.

– Нетрадиционные? – рассмеялась я. – Она замужем за ангелом!

– За светлым магом, – поправил меня Элвид.

– У него есть крылья.

– Результат магической мутации, – пожал плечами Кэдерн. – Все эти разговоры, что моя мать демоница, а отец ангел…

– Господин Элвид, у вашей матери рога!

Он вдруг расхохотался и едва не упал со стула:

– Что?!

Силианна действительно была известна на всю империю маленькими рожками, едва видневшимися из густой шевелюры. Потому ее брак со светлым вызвал такую реакцию масс. Люди любят необычные истории любви.

– Ты даже не представляешь, как права. – Кэдерн радостно хихикал. – Лет пять назад они чуть не развелись – мой отец изменил ей со студенткой. С тех пор мама ненавидит студенток.

– А я думала, я ей понравилась, – пробормотала я смущенно.

– Ты и понравилась, – подтвердил Кэдерн. – Просто она слишком эмоциональна. Так что, в случае чего, не обращай внимания.

– И вы серьезно спрашивали, почему нужно скрывать наши свидания? – Я многозначительно кивнула в сторону зала. – Как она вообще узнала, что мы здесь?

– Прислуга болтливая. – Ректор пожал плечами. – Дейна, ты так и будешь называть меня господином?

Тут пришла моя очередь хихикать.

Кажется, Кэдерн понял и смутился. Стоп. Он что, умеет смущаться? Вот это новости!

– Это не так-то просто. – Я вздохнула.

Принесли десерт, и я возблагодарила Богов за то, что Элвид забыл о креветке, чтоб ей пусто было. Фрукты в мороженом – такого я не видела уж несколько лет. Если летом и можно было поесть фруктов, то уж зимой – только у бабушки, чьи сады холодов не боялись. Ее родовая магия была сплошь растительной.

– Все же постарайся. Я не против титулов, должностей и уважения на людях, но немного глупо, сидя со мной в ресторане, называть меня господином Элвидом.

– Наверное. – Мне пришлось согласиться. – Я попробую. Но имя у вас сложное.

– Если только у тебя нарушения речи. – Кэдерн подмигнул мне. – В детстве я не выговаривал букву «р», отчего попеременно то злился, то расстраивался. Поэтому все привыкли звать меня Кэд. Можешь, если хочешь, и так обращаться.

– Хорошо. – Я против воли заулыбалась.

По сути, это было мое первое свидание в жизни. По крайней мере, такое… классическое. С Кэдом было приятно болтать, он, понимая, что я младше и по-другому воспитана, ловко избегал острых углов, что меня устраивало. Говорил в основном тоже он, так что мне оставалось лишь слушать и смеяться в нужных местах. То ли это так поднимало ему настроение, то ли я ему действительно нравилась. Остаток вечера прошел спокойно.