Ниточка к сердцу - Эрик Фрэнк Рассел

Еще два дня ушли на подготовку писем. На сей раз бумагу он использовал обычную.

Наконец послания разлетелись по адресатам.

САГРАМАТОЛОУ – ЧЕТВЕРТЫЙ, НО НЕ ПОСЛЕДНИЙ.

СКОРО ВАШ ЧЕРЕД.

ДИРАК АНДЖЕСТУН ГЕЗЕПТ.

Так Моури одним выстрелом убил сразу двух зайцев: отомстил за гибель того старика (и это доставило ему немалое удовольствие), а заодно лишний раз позлил Кайтемпи.

Кроме того, он обзавелся новой машиной с «чистыми» номерами и снова подтвердил серьезность намерений ДАГ.

Чтобы закрепить результат, вместе с письмами Моури отправил еще шесть пакетов, внешне очень похожих на предыдущие. По крайней мере, тикали они точно так же – но на этом сходство заканчивалось. Спустя заложенное время (от шести до двенадцати часов после отправки) или при попытке распаковать посылку они рванут так, что размажут по стенкам все живое в радиусе десяти метров.

На четвертый день после возвращения Моури выскользнул из комнаты, забрал машину и наведался к отметке «33 дена». По дороге ему попалось несколько патрульных машин, но никто не обратил на него внимания. Разворошив землю под указателем, Моури нашел свой пакет, где теперь лежала крохотная записка: «Асако 19–1713».

Сработало!

Он бросился на поиски ближайшего телефона-автомата, отключил камеру и набрал номер. В трубке прозвучал незнакомый, явно измененный голос. Экран остался темным – его собеседник тоже соблюдал осторожность.

– Девятнадцать – тысяча семьсот тринадцать слушает.

– Я хочу поговорить с Гурдом или Скривой, – попросил Моури.

– Сейчас, – отозвался голос.

– Не вздумай тянуть, – предупредил Моури. – А то я бросаю трубку.

В ответ что-то буркнули. Моури ждал, поглядывая на дорогу. Он был готов разнести телефон вдребезги по первому же велению интуиции. В школе разведчиков все время напоминали, как важно прислушиваться к своим ощущениям. Должно быть, инстинкты и впрямь его выручают, раз он до сих пор жив и здоров.

Моури уже собрался дать деру, как вдруг в трубке зазвучал хриплый голос Скривы:

– Кто там еще?

– Твой кормилец.

– А, ты… Что-то давненько от тебя не было вестей.

– От тебя тоже. Что такое – хвост поджал?

– Не телефонный разговор, – предупредил Скрива. – Надо встретиться. Ты где?

Где, значит?.. Вдруг Скриву поймали, подержали немного в пыточной, чтобы проникся, и выпустили под присмотром? Такое вполне в духе Кайтемпи. Да Скрива первый вызвался бы с ними сотрудничать…

С другой стороны, ему нет нужды интересоваться, где сейчас Моури – звонок и так отследят. Более того, им выгоднее тянуть время, а Скрива явно спешил завершить разговор. Пожалуй, все чисто.

– Язык проглотил? – недовольно рявкнули в трубку. Скрива явно нервничал, и это развеяло последние сомнения.

Моури ответил:

– Я думаю. Давай встретимся там, где ты оставил мне свой номер телефона.

– Ладно, пойдет.

– Только ты и Гурд, – предупредил Моури. – Чтоб больше никого.

– Что, сам теперь хвост поджал? – хмыкнул Скрива. – Еду.

Моури вернулся к указателю, остановил машину на обочине и стал ждать. Двадцать минут спустя подъехал Скрива. Он вышел из динокара, сделал было пару шагов к Моури, но вдруг замер и, сунув руку в карман, принялся нервно озираться. Дорога, впрочем, была пуста.

– Что это на тебя нашло, приятель? – усмехнулся Моури. – Совесть замучила?

Подойдя ближе, Скрива изумленно вылупил глаза.

– Так это ты?! Ты что с собой сделал?

Не дожидаясь ответа, он сел на пассажирское сиденье к Муори.

– Тебя и не узнать.

– Тебе тоже не помешало бы заняться своей внешностью. Так проще бегать от полиции.

– Пожалуй, – согласился тот. Помолчал немного и вдруг выдал: – Гурда взяли.

Моури напрягся.

– Когда?

– Этот идиот спускался с крыши и попал прямиком к ним в лапы. Начал драться, еще и за пистолетом полез…

– Сказал бы, что электрик. Может, отпустили бы.

– Да ему вообще рта нельзя раскрывать! Вечно несет всякую хрень, а мне потом его выручать…

– А ты как сбежал-то?

– Я был с другой стороны дома. Меня не заметили. Все случилось так быстро, что я и вмешаться не успел.

– Что с ним сделали?

– Что-что!.. Шарахнули по башке и бросили в фургон. С тех пор о нем ни слуху ни духу.

– Да, неприятно, – посочувствовал Моури. – А что случилось в баре «Сузун»?

– Точно не знаю. Нас с Гурдом там не было – один парень предупредил, чтоб не совались. Говорят, однажды туда вломилось человек двадцать Кайтемпи, повязали всех, кто там был, и устроили засаду. Похоже, кто-то сболтнул лишнего.

– Не Архава?

– Вряд ли, – фыркнул Скрива. – Гурд открутил ему голову прежде, чем тот успел растрепаться.

– Может, после? – предположил Моури. – Кайтемпи, говорят, и мертвым языки развязывают…

– Это как? – недоуменно вылупил глаза Скрива.

– Ладно, забудь. Тот сверток под мостом откопал?

– Ага.

– Еще хочешь – или тебе на старость уже хватит?

Скрива наградил его задумчивым взглядом.

– Сколько ж у тебя денег, приятель?

– Хватает.

– А если поконкретнее?

– Не твое дело, – парировал Моури. – Так что ты решил?

– Денег много не бывает.

– Это само собой.

– Я люблю деньги, – по-прежнему туманно размышлял Скрива.

– А кто не любит?

– Гурд вот тоже любил денежки… – Скрива замолчал ненадолго, затем добавил: – Все их любят, кроме дураков и покойников.

– Хватит уже ходить вокруг да около! – оборвал его Моури. – Говори прямо, а то мы и до ночи не управимся.

– Знаю я одного парня, которому тоже не помешало бы чуток налички.

– Какого еще парня?

– Он тюремщик, – многозначительно пояснил Скрива.

Моури развернулся к нему всем телом.

– Выкладывай уже. Что он готов сделать и во сколько это обойдется?

– По его словам, Гурда держат вместе с парой наших старых приятелей. Их пока что не пустили на фарш, но это только вопрос времени. Обычно парням дают пару дней – обдумать все, представить, проникнуться… Тогда их проще сломать.

– Обычный прием, – согласился Моури. – Довести до нужной кондиции, а потом раз – и ты готов.