Бесконечность не предел - Василий Головачев

«Где?»

«Наши математики называют числомиры превалитетами… а сами Админы — изонамберами. Мы собираемся упредить двадцать второго и замочить его вместе со всей кодлой».

«Благородное дело».

«Пошли к Прохору».

— Парни, я сейчас, — обратился Даныбай к обитателям кубрика. — Схожу за соседом.

— Родственнички заявились? — оживился Миранда.

— Заявились.

— У меня к ним есть пара вопросов.

— Потом.

Даныбай вышел из кубрика, постучал в дверь соседнего, сказал выглянувшему Прохору:

— Пойдём к нам, дело есть.

Прохор округлил рот, собираясь задать вопрос, но Даныбай прижал палец к губам. Прохор кивнул, сказал в глубину помещения:

— Пава, закройся, я на полчасика к ребятам загляну.

В кубрике Даныбая на миг возникла суета, пока все устраивались на стульчиках и на подвесных койках.

— Кто? — спросил Прохор.

— Данимир, — ответил снайпер. — Одиннадцатый.

«Давай я сам с ним поговорю, — предложил Саблин-11, терпеливо дожидавшийся конца процедуры. — А то испорченный телефон получится».

«При чём тут телефон?»

«Вы в школе не играли в эту игру?»

«Первый раз слышу об её существовании».

«Всё, потерпи».

— Парни, — заговорил Данимир губами снайпера, — я готов отвечать на ваши вопросы, но очень недолго, у меня дело к Прохору.

Оперативники БОН изучили его лицо.

— Ты теперь… он? — поднял брови Миранда.

— Он.

— Вы бы рассказали, как вы живёте в своём числомире, — сказал Женя Лёв.

— Примерно так же, как и вы здесь, — без улыбки сказал Данимир. — Это долгая история. Числомиры наши довольно близки, хотя наш превалитет сформирован двумя единицами, а ваш двумя четвёрками. К примеру, у нас замминистра обороны никогда не решился бы без ведома министра и президента послать подлодку для спасения сына. Ваши военные более свободны и самостоятельны.

— Да уж, мой папаня такой, — самодовольно расплылся в улыбке Миранда. — Я у него единственный сын, остальные дочки.

— Сколько?

— Шестеро.

Тихий присвистнул.

Данимир изумлённо почесал затылок.

— Ничего себе, потрудился! Озаботился демографией, так сказать.

— Что вы хотели от меня? — нетерпеливо спросил Прохор.

— Надо попытаться найти поглубже в Безднах устойчивый числорезонанс.

— Зачем?

— Он послужит базой для ещё более глубокого погружения. Если мы в течение пары-тройки дней не поймаем четвёрку наших ребят, всю оставшуюся жизнь будем обслуживать их тела без душ.

— Почему?

— Не бросим же мы их?

По кубрику расползлось молчание.

Лодка по-прежнему летела на предельной скорости в глубинах океана, однако её двигатели работали так тихо и ровно, что никакого движения не ощущалось.

— Да, не повезло вам, — с сочувствием сказал Женя Лёв. — Скажите, а как вы возвращаетесь в свои мозги? Э-э… в своё тело? Не промахиваетесь?

Пошевелился Прохор, сказал с намёком на улыбку:

— Я до сих пор не привык, что попадаю к себе. Я вам уже говорил, что у меня появилась идея, как выходить в нужный числомир, не считая промежуточные.

— Это даётся с опытом, — не поверил ему Данимир. — Мы тоже не сразу достигли нужной кондиции. Давай сделаем так: я переселюсь к тебе, почитаю твои расчёты, а потом мы нырнём в Бездны, проверим идею на практике.

— Я готов. Глубоко будем нырять?

— За стозначные экзоты. ДД — наш теоретик и главный числоиспытатель опускался ниже мира гугла.

— Какого угла? — не понял Миранда.

— Гугол — число, содержащее единицу и сто нулей.

— Неужели и там живут люди? — усомнился Женя.

— Насчёт людей не знаю, но жизнь есть везде, вплоть до самых бесконечных Бездн. Другое дело, какие формы она принимает. Прохор… наш Прохор, одиннадцатый, забредал в экзот-Капрекары, в которых живут хомуники — существа, похожие не на людей, а на медведей, крыс и обезьян.

— Посмотреть бы…

— Увы, если ты не формонавт, путешествия по головам твоих «родичей» не для тебя.

— А почему вы называете себя формонавтами, если путешествуете по числомирам?

— Потому что формонавтика включает в себя все виды операций с числами и формами в отличие от самой числонавтики и нумерологии.

— Разве этому нельзя научиться?

— Чёрт его знает. ДД говорит — нельзя, то есть можно, но только в том случае, если у тебя соответствующий психозапас. В принципе с вами можно будет позаниматься, вдруг получится? Нам очень нужны соратники в других превалитетах.

— А где сидят сами Владыки?

— Везде, — улыбнулся Данимир. — Их род начинается с Админа-22 и уходит глубоко в Бездны. Я даже считаю, как и ДД, что Владыки — не люди.

— Как это может быть? Предки Владык — люди, а сами они нет?

— Миры Числовселенной формируют цифры и числа плюс геометрические свойства физических объектов. Мир двойки от мира десятки отличается сильно, но не радикально, а от мира, образованного числом миллион, — гораздо существенней. Ну а чем дальше в Бездны…

— Понятно, чем дальше в лес, тем больше волков.

— Всё, парни, ликбез закончен, нет времени. Прохор, где эргион?

Прохор полез в карман.

— С собой.

— Ложись поудобней, отправляемся.

Математик послушно улёгся на подвесную койку, сжал в руке модуль числоперехода.

Данимир прицелился и пересел в психосферу математика, как люди пересаживаются с одного вида транспорта на другой.

Прохор нервничал, это ощущалось на всех этажах его сознания.

«Не дрейфь, спасатель человечества, — сказал Данимир, вполне понимая его чувства. — Со мной тебе нечего бояться».

«Я подумал о засаде…»

«Мы её обойдём. Рассказывай, что за идея пришла тебе в голову».

Прохор сосредоточился на своих размышлениях и выводах.

«Кажется, понял, — выслушал его доводы Саблин-11. — ДД о таком способе ориентации ничего не говорил, может, и он не знает. Сейчас опробуем твоё… как ты назвал? Авто…»

«Асимптотическое автоприближение».

«Язык сломаешь… это самое».

— О чём задумался? — спросил наблюдавший за приятелем Даныбай. — Что-то не так?

Прохор рассеянно посмотрел на него.