Вселенная сознающих - Фрэнк Герберт

Как только монитор, имплантированный в мозг Фурунео, отреагировал на его смерть и отправил экстренный сигнал, тапризиоты тщательно просканировали район, где покоился пляжный мячик калебана. Были обнаружены лишь четверо охранников, находившихся в барражирующем над сферой воздушном судне. Суждение о причинах, мотивах, действиях и виновности в компетенцию тапризиотов не входили. Они просто составили извещение о смерти, ее месте и присутствовавших поблизости сознающих существах, которых удалось обнаружить при сканировании местности.

В течение нескольких дней четверо телохранителей подвергались допросу с пристрастием, но допросить калебана было невозможно. Для того чтобы решить, что делать с калебаном, в Бюро было созвано срочное совещание. Смерть Фурунео наступила при весьма загадочных и таинственных обстоятельствах – у трупа отсутствовала голова, а калебан дал невнятные и путаные показания.

Когда Тулук, поднятый с постели экстренным вызовом, появился в конференц-зале, Сайкер молотил по столу своим отростком. Такой всплеск эмоций был не слишком-то характерен для лаклака.

– Мы не можем ничего предпринять без разговора с Макки! – кричал Сайкер. – Это очень щекотливое дело!

Тулук занял свое место за столом и, будучи типичным представителем своего вида, принялся мягко увещевать лаклака:

– Вы еще не связались с Макки? Фурунео должен был получить приказ о том, чтобы калебан…

Ему удалось добиться своего. Несколько участников совещания принялись докладывать ему обстановку.

Выслушав их, Тулук сказал:

– Где тело Фурунео?

– Охранники доставили его в лабораторию.

– Оповестили ли полицию?

– Конечно.

– Ничего не известно об исчезнувшей голове?

– Нет, она исчезла бесследно.

– Должно быть, это результат схлопывания люка перескока, – сказал Тулук. – Полиция возьмет это дело на себя?

– Нет, мы этого не допустим, это наше внутреннее дело.

Тулук согласно кивнул:

– Целиком поддерживаю Сайкера. Нам нельзя двигаться дальше, не поговорив с Макки. Это дело было поручено ему, и пока – во всяком случае, формально – он за него и отвечает.

– Может быть, нам стоит пересмотреть это решение и поручить дело кому-то другому? – спросил один из присутствующих.

Тулук отрицательно покачал головой.

– Это было бы неудачным решением, – сказал он. – Но сначала главное. Фурунео мертв, а ведь он должен был некоторое время назад потребовать от калебана возвращения Макки.

Билдун, пан-спекки, исполнявший обязанности директора Бюро, молча наблюдал за развернувшейся дискуссией. В своей группе пентархов он был хранителем эго уже семнадцать лет, что довольно много по меркам его биологического вида. Мысль об этом причиняла Билдуну сильное беспокойство, природу которого было не дано понять прочим сознающим. Очень скоро он должен будет передать свое эго молодому члену клана. Этот обмен произошел бы позже, если бы не руководящая ответственная должность Билдуна. Страшную цену придется заплатить за службу цивилизации сознающих, с горечью подумал он.

Гуманоидный облик, который представители пан-спекки приняли, воспользовавшись способностью к генетическим модификациям, часто вводил в заблуждение представителей по-настоящему гуманоидных видов, ибо они забывали о несовместимости характера пан-спекки с характерами человека и других человекоподобных. Но очень скоро они поймут, как заблуждались насчет пан-спекки вообще и Билдуна в частности. Друзья и собратья – все сознающие существа начнут замечать необратимые изменения, предшествующие возвращению в колыбель клана: остекленевшие глаза, полуоткрытый рот…