Превратности судьбы - Виктор Мишин

Ночь прошла так, словно и войны не было. Спал как убитый, до самого подъема. Утром, едва успев умыться и перекурить, был вызван к командиру.

– Здорово, как спалось? – встретил меня капитан рукопожатием.

– Спасибо, отлично, – честно сказал я.

– Ну и хорошо. Собирай взвод, готовь людей к маршу.

– Вопрос можно?

– Спрашивай, – кивнул командир.

– Куда, если не секрет?

– Общее направление – Луганск.

– Ясно, разрешите идти?

– Выступаем через два часа, свободен!

Построив людей, я велел привести себя в порядок и подготовиться. Кто-то начал перематывать портянки, кто-то просто сел курить. Я, подозвав одного из бывших сержантов, попросил найти мне внимательного бойца, из молодых. Сержант справился быстро, рекомендовав мне паренька, бывшего артиллерийского наводчика, дескать, парень и с оптикой работать умеет, и поле видит хорошо.

– Как звать? – обратился я к парнишке.

– Иваном, – бодро ответил боец.

– Как у тебя с наблюдательностью?

– Командир орудия не жаловался, я из противотанкистов.

– Это хорошо, там соображать нужно быстро. «Прощай, Родина»?

– Именно, зря их так называют, хорошие пушки, снаряды говно попадаются, а стволы нормальные. Я осенью три танка сжег, пока в нас не попали.

– Как же уцелели-то?

– Так и не уцелел никто, кроме меня. Меня только оглушило, да об прицел чуть глаз не вышиб, а больше никому не повезло.

– Да уж, бывает и так. Лады, слушай сюда, видишь командира второго взвода, что своих строит?

– На том конце деревни? Триста двадцать, плюс-минус десять.

– Сработаемся! – заключил я. Да, с таким вторым номером любой снайпер асом станет. Мне даже неловко стало, он такой спец, а я лишь самозванец, по недоразумению нащелкавший кучу немцев.

Выдвинулись, как и сказал капитан Николаев, через два часа. Дорога дальняя, штрафников на машинах не возят, если только раненых. Удивило сразу отсутствие заградотряда. Очень хорошо помню, в Сталинграде такие были, а мы одни. Кстати, рота была укомплектована людьми, но снаряжение было… То-то я думал, чего это тут артнаводчик делает, а просто артиллерии у нас не было вообще, от слова совсем. Одно ружье ПТР на всю роту, и то наверняка кривое. А хорошо нынче пехоте топать, нет, из-за грязи, конечно, звиздец как устаешь, но вот авианалетов нет вообще. Такое впечатление, что у фрицев самолеты кончились. Так и вспоминаю прошлый год, так примерно тут и шли, выбираясь из котла, вот уж остались воспоминания, никогда не забуду. А так мешает только вездесущая грязь. Снега почти уже нет, лежит проплешинами, зато оттаявшая земля превратилась просто в болото. И это на дорогах, а как в полях? К вечеру, уже порядком уставшие, попали на откапывание застрявшего ЗиСа. Водила вез к фронту снаряды, поэтому вытаскивали его всей ротой. Он дорогу перегородил, сидел себе курил, а тут легковушка с какой-то «шишкой» едет. Водила из «эмки» подозвал к себе курильщика, последнему досталось по самые помидоры, вот нас, как проходящих мимо, да еще и штрафную роту, и заставили впрягаться. Вытолкнув этого неудачника, мужик из «ЗиСа» уже и сам предвкушал ссылку в штрафную роту, переглянулись с парнями и заржали. Командир из «эмки», увидев неуставной юмор, тут же «натянул» нашего кэпа. Побрели к обочине и начали приводить себя в порядок.

– Товарищ капитан, разрешите обратиться? – подойдя к командиру, который вытряхивал грязь из сапог, козырнул я.

– Валяй, сержант, чего случилось?

– Может, отойдем метров на триста, во-он, к тем деревьям, там и почистимся?

– Зачем куда-то отходить?

– Товарищ капитан, через час стемнеет, а тут место для ночлега хорошее. Там пруд какой-то, можно себя в порядок привести как следует, к тому же где мы ночью место будем искать? Люди устали, товарищ командир.

– Устали, – передразнил меня командир, – видишь, генерал-лейтенант еще здесь? То-то, попробуй, расслабься тут, сразу сам в штрафбат уеду.

– Ну, так не вечно же он тут будет, – удивился я.

– Конечно, а как уедет, сразу и пойдем туда, – указал командир на то место, что я ему только что предлагал.

– Есть, разрешите идти?

– Топай. Ты охранение выставил, кстати? – вдруг вернул меня на землю Николаев.

– Что? – сделал вид, что не понял вопроса.

– Поставь пару бойцов почище у дороги, пусть по сторонам смотрят.

– Есть, – повторил я и потопал к своим.

– Далеко, не достанешь! – прошипел мне в ухо мой новый наводчик.

– Хрен ли далеко? Ты мне расстояние выдавай, да за ветром следи! – фыркнул я.

Да согласен я, что далеко, тут метров семьсот, наверное, даже в бочку не попаду. Мы лежим на холмике, как я уже сказал, метрах в семистах от цели. Целью было небольшое село, ага, даже почти не взорванная церковь есть. Рядом с большим зданием, наверное, сельсовет какой-то, вот там я и разглядел немецких офицеров. Наша рота получила задание выбить немцев из села. Так вроде бы ничего особенного, да вот у немчуры там два танка, два БТРа и не меньше роты пехтуры. А нас… Ладно хоть оружие успели уже получить буквально два часа назад. Патроны, обещанные командиром, подвезли в количестве пятидесяти штук на ствол, жить можно, но недолго. Я, как и сам капитан Николаев, занял позицию для наблюдения за селом, одновременно приглядывая себе местечко для «работы». Да блин, уже каюсь, что брякнул про снайпера, как-то я не очень в себе уверен. Одно дело в городе стрелять, там самое дальнее метров на четыреста стрелял, с переменным успехом, а тут…

– Сань, смотри, видишь справа деревья? – донесся до меня голос нового напарника.

– Ну, – неуверенно ответил я.

– На, в бинокль посмотри, – передал мне оптику наводчик.

Разглядывая указанную группу деревьев, наконец, понял, что имел в виду напарник. Там среди небольших и каких-то голых деревьев стояла огромная сосна. Нижняя и самая толстая ветка у которой была толщиной с меня и так причудливо изгибалась, что прямо манила к себе.

– Ты там легко уляжешься, с этой дурой, – продолжил напарник, указав на СВТ, – я рядом буду, там чуть выше еще одна ветка, видишь?

– Топаем, только командира предупредить нужно.

Отчитавшись перед Николаевым и получив добро, устремились к месту. Забрались быстро. Накинув ремень от винтаря на сук, забрался сначала напарник, затем и я. Действительно, удобный сучок, только ложиться я не буду, хотя и могу, от отдачи равновесие потеряю. Усевшись на сук и оперевшись спиной о ствол дерева, нашел даже упор для ног. А что, зашибись позиция, село как на ладони, а у меня очень устойчивая поза.

– Наши начинают, – прокомментировал начавшуюся стрельбу напарник.