Всего один шаг - Павел Комарницкий

— Ну как же, как же… Ты же у нас первый и единственный Всевидящий на планете. И до тебя этим вопросом никто не занимался, и даже слыхом не слыхивали о таком феномене… Рома, тебе известно такое слово — «помощь»?

— Ну?

— Чего «ну»? Обратись за помощью к Всевидящим, они подскажут и научат. И у нас есть группа ребят, занимающаяся всевидением. Вопрошающему да ответится.

— Да… — я скребу в затылке. — Я понял… Но как-то неудобно…

— Что именно? — Федя смотрит мне прямо в глаза. — Сколько дней отвёл тебе начальник на расшифровку видений? Четыре смены? А ты справишься?

Я молчу, и Ирочка тоже. Против правды не попрёшь.

— Неудобно делать три вещи, Рома — летать в балахоне, обижать жену и не исполнять свою работу. А всё остальное удобно, что-то больше, что-то меньше. Вопросы?

— Всё ясно. Спасибо тебе, Фью.

— Ну тогда мне пора, — Ирочкин брат поднимается. — Спасибо за чай.

— Чего так рано? — подаёт голос Ирочка. — Из полярной зоны лететь, и чай не допить…

— Там Смотрящий из поднебесья на попечении Кеа остался. Вряд ли она продержится слишком долго. И дело не в чае, Иолла. Такой разговор требовал личной встречи, правда. А, да вы оба всё равно не поймёте!

— Ладно, Фью, — смеётся Ирочка. — Спасибо за визит. Привет Лоа и Кеа передавай!

— Ну вот ещё, стану я таскать ваши приветы… Сами передадите. Так… Это будет… Ага, тридцать третьего. И быть у нас не позже обеда, а не как в тот раз!

Я прикидываю — да, всё верно. Как раз у меня выходной. Ирочка же сейчас вообще свободна, и даже на симпозиумы свои не летает. Беременным вредно волноваться.

— Дозволь исполнять, о Взлетающий на рассвете? — мы с Ирочкой отвечаем хором.

— И неукоснительно!

* * *

Да-а, вот это зданьице! Впечатляет…

Транспортный кокон выгрузил меня на высоте в тысячу к”аии… локтей то есть… тьфу ты, четыреста метров. Но даже на такой высоте зубья циклопической шестилепестковой стеллы, соединённые вверху обручем, находятся над моей головой. Академия наук, это вам не зачуханная контора вроде службы внешней безопасности или службы очистки водоёмов…

«Федя, ты где? Я тебя не вижу»

«Зато я тебя засёк»

От роя мошек, снующих туда-сюда меж зданиями, отделяется одна, направляясь ко мне, вырастает в размерах, и я узнаю братца Федю.

«Здравствуй, Рома. Лети за мной!»

Мы приближаемся к одной из граней «стеллы», с ходу влетаем внутрь.

— Очень удачно, Рома, что ты залетел сегодня. Все ребята из группы проблем всевидения на месте. Да и я приму участие, если не возражаешь. Вдруг в море горячечного бреда промелькнёт какая-нибудь здравая мысль?

Мы проходим внутрь, стены вальяжно разъезжаются и смыкаются за нашими спинами. Я вспоминаю мгновенно исчезающие люки в хозяйстве папы Уэфа…

«Сравнил! Ты бы ещё возмутился отсутствием систем защиты периметра и контроля эфира! Тут наш дом, Рома»

«А там?»

— А там дикая планета, как я понимаю, населённая непредсказуемыми и неплохо вооружёнными аборигенами, это не считая твоих зеленоватых антиколлег, — Фью переходит на звук. — Или ты ожидал иного ответа?

В обширном зале сидят на полу и стоят с десяток ангелов обоего пола. Две дамы, остальные мужчины неопределённого возраста. Я уже привык, что возраст ангелов можно определить только по глазам, но тут случай особый, похоже…

«А я тебе говорил, Рома. Тут сплошь полоумные гении»

— Знакомьтесь, коллеги. Вот это и есть тот самый биоморф Рома, живая легенда и всё такое. И по совместительству мой зятёк.

— Ага! Наслышаны, наслышаны. Ждём, — это говорит один из группы. — Позволь представиться — Летящий на полдень, но лучше просто Элу.

— А я Обгоняющий ветер. Если коротко — Лао.

Я хлопаю глазами. Как? Вот это вот и есть?..

— Да нет! — смеются оба разом, уловив мою обалделую мысль. — Если ты имеешь в виду первооткрывателей соответствующего закона, то это было давно. Элу и Лао не столь уж редкие имена, если разобраться.

Они представляются по очереди, я улыбаюсь, кивая. Тут свой этикет, и я уже почти привык. Хотя порой и прорываются человечьи замашки. Вот сейчас бы мне начать жать всем руки: «Биоморф Рома. Рома биоморф…»

Они хохочут, весело и беззлобно, уловив мою мысль. Нормальные ребята, зря Федя на них катит…

«Это они вне обострения. А как выйдут в рабочий режим — у-у-у…»

— Ну что, прошу садиться, — кивает Элу. — Сегодня у нас редкий гость, и первое слово ему. У тебя же есть вопросы, Ди?

— Лучше Рома.

— Да будет так! Спрашивай, Ро-ма.

— Почему я ВИЖУ?

Они переглядываются, и я читаю в их мыслях смятение. Но вы сами напросились на вопрос, ребята…

— Да, действительно… — смеётся Лао. — Что называется, прибил на месте. Ну что же, чем короче вопрос, тем длиннее ответ. Начнём вводную лекцию. Кто скажет?

— Ты и скажешь, — подаёт голос одна из дам, вроде как Кеа. — А мы поправим, если сильно заврёшься.

* * *

Клубится, переливается, живёт и дышит Вселенная. Наша Вселенная, в которой мы все живём. И люди, и ангелы, и свиры, и сэнсэи… И Истинно Разумные тоже, кстати. Мы все жильцы этого невероятно огромного дома, построенного не нами…

Большой объёмный экран насыщен деталями, которые я едва успеваю улавливать. Разумеется, это компьютерная графика-мультипликация — никакие органы чувств не в состоянии увидеть и распознать ЭТО. Более того, очень многое из ЭТОГО не в состоянии уловить даже местные, ангельские приборы.

Вселенная пронизана всевозможными лучами и частицами всех сортов. Летят в пустоте тяжёлые неуклюжие протоны, которым излишек веса никогда не позволит достичь даже скорости света. И к тому же эти протоны и их родственники, представители грубой материи, чересчур прямолинейны. Врезаясь в атмосферу какой-нибудь планеты, они идут напролом, сокрушая вставшие у них на пути атомы и молекулы, вдребезги разбивая атомные ядра азота-кислорода… И практически никто из них не доходит до планетной тверди. А если и достигает, то только для того, чтобы там и погибнуть. Таковы общие принципы устройства Вселенной — тот, кто идёт напролом, не считаясь ни с кем и ни с чем, редко достигает цели. А если и достигает, горько в этом раскаивается…

— Ты опять мыслишь образными аналогиями, — это говорит Лао. — Сейчас это не на пользу делу. Обрати внимание: каждая частица несёт информацию об условиях своего появления на свет. Импульс, ориентация спина и прочая, прочая. И сохраняет её вплоть до столкновения-взаимодействия с другой частицей…

— Ты помедленнее, Лао. Он не усваивает, я вижу, — это Фью.