Чертова дюжина ангелов - Алексей Бессонов

– Марик! – крикнул Хикки в пещеру.

– Чего? – Деметриос неторопливо выбрался к нему и завертел головой, машинально отыскивая опасность. – Что стряслось?

– Ты когда-нибудь был вот там, в той стороне? – спросил Хикки, указывая рукой туда, где только что видел странный свет.

– Был, – удивленно ответил Деметриос. – Я тут уже все окрестности излазил.

– И что у нас там?

– Там долина, похожая на ту, в которой мы спрятали разведчика, только чуть меньше и не такая удобная. Хотя спуск там даже лучше, почти ровный. Такое ощущение, что он чуть ли не рукотворный. Я думаю, там когда-то бил мощный родник, он и проделал дорогу.

– Долина, – повторил Хикки. – Только что оттуда светили прожектором. Похоже, кому-то сигналили; а может, просто дурака валяли. Интересно, кто?

Деметриос выпучил глаза и даже присел от ужаса.

– Это же совсем рядом, – прошептал он.

– Но орти вряд ли стали бы лазить по темноте, – перебил его Хикки. – Я же говорил тебе, они боятся темноты. Ночью они станут действовать только в самом крайнем случае.

– Тогда это, наверное, те, в кого они стреляли…

Хикки нахмурился.

– Я сходил бы с ними познакомиться, но… в общем, сделаем так: до утра отсюда не вылезать. Я буду нести вахту до самого рассвета, потом сменишь меня. И поглядывай туда, ясно? Главная опасность на сегодняшнюю ночь – оттуда…

Деметриос разбудил его после полудня.

– Орти, – коротко сообщил он.

Хикки схватил лежавший рядом с ним шлем и, протирая на ходу глаза, бросился к выходу из пещеры. За одним из камней, что прикрывали ее узкое жерло, он свалился на спину, надел шлем и осторожно перевернулся.

В прозрачном небе над той самой долиной, где ночью он видел свет, танцевали два аппарата. Эти машины были заметно крупнее, чем захваченный ими разведчик. Хикки нетерпеливо подстроил шлем и увидел разъятые пасти оружейных портов – среди серого металла скалились батареи.

– Средний ударный штурмовик, – уверенно пробомотал Хикки, – класс «борт-атмосфера»… да, эти птички могут наделать шороху.

Подтянув к себе свой «Нокк», он переключил что-то на казеннике, выщелкнул рамку дальномера и положил излучатель на камень.

– Ты что, хочешь стрелять? – в ужасе прохрипел Деметриос.

– Враги наших врагов – наши друзья, – ответил Хикки. – Погоди, не мешай мне.

Его шлем работал на поиск, ощупывая окрестности невидимым лучом целеуказания. Хикки знал, что орти засечь его не смогут: в этой области они сильно отставали от Империи, а спрятанная в шлеме машинерия являлась одним из последних достижений имперской военно-технической мысли. Обшарив все вокруг вплоть до верхних слоев атмосферы, шлем сообщил ему, что в радиусе трехсот километров других воздушных целей он не наблюдает.

Хикки погрузился в размышления: стоит ли демаскировать свою позицию? Он сомневался в том, что сможет уничтожить оба штурмовика за достаточно короткий промежуток времени. Какой бы техникой он ни обладал, расстояние делало его задачу не самой легкой на свете.

Впрочем, думал он недолго. Один из штурмовиков, тот, который был ближе к поверхности, вдруг накренился и выплюнул вниз целую серию сверкающих жемчужных капель. Хикки хорошо видел, как над скалами поднялось облачко желтой пыли. Следом ударил и второй. Штурмовику ответили – по глазам Хикки коротко стрельнули невыносимо яркие белые фонтанчики – и тогда оба аппарата открыли уже беглый огонь по поверхности.

Махтхольф снял излучатель с камня, плотно упер в плечо сложной формы приклад и заглянул в рамку электронно-оптического прицела. В голографическом квадратике, словно в боку мыльного пузыря, радужно прорисовался грязный серый борт ортианского штурмовика. Хикки едва заметно шевельнул стволами. Теперь они смотрели прямо в нижнюю, приплюснутую часть серой «пирамидки» аппарата, туда, где располагались его двигатели.

Хикки коротко вздохнул и нажал на спуск.

– Ах! – вскрикнул Деметриос, отшатываясь в сторону.

Серый штурмовик лопнул, превратившись в короткую белую вспышку. Через мгновение он уже был полыхающим алым шаром, летящим к земле.

Хикки не смотрел на него. Переведя прицел на вторую машину, он поспешно выстрелил, попал в бок – в бронированном борту образовалась дыра в рост человека, аппарат резко швырнуло вбок, но штурмовик был еще жив и в любое мгновение мог превратить их обоих в пыль, – нервно ругнулся и дал короткую очередь. Машина вспыхнула и, волоча за собой шлейф черного дыма, ушла вниз. По ушам ударил тяжелый взрыв.

– Вот так, – сказал Хикки.

Стащив с головы шлем, он сплюнул и хлопнул Деметриоса по груди:

– Собирайся, нужно посмотреть, что у нас там.

– А… орти? – удивился гренадер.

– Больше тут никого нет. Не переживай, я буду следить за воздухом.

Он хотел добавить: «правда, вряд ли нам еще раз так повезет», но решил промолчать – пусть лучше Марик считает, что бояться им нечего.

Из-за соседнего камня неожиданно вылез Джерри Ругач. По-видимому, он выбрался из пещеры вслед за Хикки и неслышно наблюдал за его работой.

– Ну, командир… – пробормотал он, вращая глазами, – ну вы даете. Что это у вас за пушка такая? Никогда такого не видел.

– И не надо, – осклабился Хикки. – Иди, позови Дылду. Мы сейчас уйдем, а ты останешься здесь за старшего.

Полчаса спустя они добрались до края низины, которую атаковали орти. Хикки первым нетерпеливо запрыгнул на скругленный валун, за которым открывалась ведущая вниз тропа, и остановился.

Десятком метров ниже, среди того, что осталось от пары сборных домиков, высилась серо-желтая громадина корварского десантного танка. Это была старая, устрашающая машина, способная на равных сражаться с любым имперским аналогом; танк прошел через великое множество поединков, о чем говорили следы высокочастотной сварки под округлой передней башней, изуродованные понтоны над верхней ветвью левой гусеницы и кое-как заделанная дыра на том месте, где должна была находиться кормовая батарея. Эту модель не выпускали уже лет тридцать – танк прожил долгую суровую жизнь и в конце концов нашел свою могилу в разломанном ущелье Эрилака. Внешне могло показаться, что он почти не пострадал, но Хикки отчетливо видел полдесятка небольших оплавленных отверстий по всему верху боевого отделения, и хорошо понимал, что это значит. Внутри температура достигала нескольких тысяч градусов, и уцелеть там не могло ничто.

Из бокового люка свесился изуродованный труп лиддана. За кормой, вцепившись рукой в широченную ленту левого трака, лежал перерубленный надвое человек. Рядом с ним – еще один лиддан, изувеченный почти до неузнаваемости.

– Странное ассорти, – сказал Хикки подошедшему Деметриосу.

– Пираты? – предположил тот.