Начало пути - Николай Марчук

– Ну, чего там? – тихо спросила, подползшая сзади Валентина.

Передвигалась женщина совершенно бесшумно, как опытный разведчик, даже её псина и то больше звуков издавала, громко дыша и хекая.

– Вот они голубчики, – обернулся я к женщине, протягивая ей бинокль. – Заметил двоих, может, ты чего заметишь?

Валентина, деловито расстелила на холодной земле пенку, улеглась на неё, обернулась, оглядела небосвод, определила положение солнца, немного передвинула пенку назад и улеглась. Карабин она положила рядом, прицел был зачехлен. Собаку она отослала назад. Приклад у карабина был интересный – тыльная сторона, та самая, что упирается при стрельбе в плечо, снабжена самодельным демпфером, такой очень часто называют – «калошей», особенно когда он выполнен из резины, а здесь было нечто похожее на кожаную подушку набитую чем-то мягким, скорее всего – поролоном. С таким прикладом стреляй, сколько хочешь, никаких следов на женской нежной коже не будет. Знаете такие специфические синяки на плече, по которым можно понять – стреляла ли по нашим блок-постам мирная крестьянка или нет. Ну, это так, в порядке бреда и древних привычек, которые въелись под кожу в одной южной республике.

Поскольку смотреть больше было некуда, то я принялся рассматривать лежащую рядом женщину. Темно-зеленые штаны из плотной ткани в обтяжку, подчеркивали, определенные элементы фигуры, очень аппетитной формы, куртка такого же цвета, но уже мешковатая, длинная «парка» и платок на голове.

Стоп! Платок на голове?! Вы знаете, что многие женщины носят платки на голове и то как они их носят, а точнее вяжут, можно, многое о них рассказать, например, какого они вероисповедания и откуда они родом. Русские женщины вяжут платок по одному, а, к примеру, чеченские женщины вяжут совершенно по-другому. Так вот, сейчас на голове у Валентины, был повязан платок темно зеленого цвета, в тон всей остальной одежды, совершенно «не по-русски». Да и не будет, простой стрелок, пусть даже опытный, но без специфического опыта, перед тем как взять в руки «оптику» оглядывать небосвод. Зачем тебе это если ты стреляешь «по баночкам» или даже по оленю или кабану? Животным и баночкам сугубо фиолетово бликует ли оптика на солнце или нет. Ох, мля, как же я не люблю такие непонятки! Злят они меня и заставляют думать в нехорошем направлении.

– Дистанция большая, – тихо сказала Валентина, теперь она смотрела не в бинокль, а в портативный монокуляр, у которого даже был небольшой экранчик. Дальномер, что ли? – Отсюда не достану. Была бы винтовка другая, и время на пристрелку, можно было бы попробовать. А так без вариантов. Надо подкатить поближе, метров на пятьсот – семьсот. Тогда до цели будет около трехсот, а на таком расстоянии гарантированно можно сработать по обеим целям, ветер боковой, не сильный. Справлюсь, – выдала она свой вердикт.

Цель, пристрелка, дальномер, учет бокового ветра – и все это из уст красивой молодой женщины, жены обычного фермера, которая со слов её мужа отлично готовит борщ и умело управляться с собаками. Отлично! Чем дальше в лес, тем толще партизаны! Ладно, потом разберусь со всем этим. Ох, сколько этих «потом» уже накопилось?!

– Хорошо, подъедем поближе, – согласился я. – Откуда планируешь стрелять?

– Вон, видишь кустики, рядом с ними и станем, скатимся в сторонку, Иван, поднимет капот, а я стрелять буду из салона. Жаль, конечно, что пламегаситель такой короткий, вспышки будут видны, ладно я скажу Ивану, чтобы в момент выстрелов он сигналил. И вам будет знак, и звук выстрела заглушит. Тут уклон все равно есть, да и дорога изгибается, так, что вы мне на «линию» не выскочите, влево только не забирайте, держитесь правой стороны обочины.

Фигасе! – подумал я. Да, тут, кажись цельный, опытный диверсант передо мной лежит и своими округлыми булками меня соблазняет.

– Договорились, – внешне спокойно ответил я. – Гони сюда Гришаню и через десять минут выдвигаемся, дистанция между машинами пятнадцать метров. Вы как остановитесь, мы тоже затормозим, подъедем к вам, типа спросить, что случилось, а потом повернем и поедем к кордону. Скорее всего, эта заминка заставит всех кто там есть вылезти из укрытий и выйти на встречу.

– Толково, – похвалила меня Валентина. – Только все равно надо быть готовым к неожиданностям, а то может у них там есть еще «секрет» или в «таблетке» есть еще кто-нибудь.

– Ага, – неопределенно ответил я.

Выдвинулись вперед, все, как и планировали, наша с Гриней «Нива» первой, позади «ГАЗон» за рулем которого был Сиротин старший, ему, по сути, только с холма спуститься, тут можно и на нейтралке скатиться, справится и с одной рукой.

Кровь постепенно наполняется адреналином, время замедляется. Я спокоен. Я скала! Скала обросшая мхом. Мандраж ушел.

Сзади сигналит клаксоном «ГАЗон». Гриша притормозил, потом развернул машину и подъехал к грузовику. Иван вылез из кабины, поднял крышку капота, залез внутрь, потом вылез, вернулся в кабину.

Гриша разворачивает «Ниву» и мы едем к кордону. Нас заметили, из УАЗика вылез один, второй высунулся из палатки. Оба в двухцветных «горках», один вроде повыше и постарше, а другой, совсем пацаненок, возрастом как сыновья Сиротина.

У нас козырьки от солнца опущены, да и одеты мы почти так же как, те, кто ехал в этой машине до нас. Я открыл свое окно и приветливо замахал рукой. Мне замахали в ответ.

В рации раздался сигнал вызова. Вызывавший запрашивал, что у нас случилось. Значит в «таблетке» есть еще один, иначе как объяснить вызов, те двое, стоят снаружи, и в руках у них нет раций, только автоматы висят спереди на груди.

– В «таблетке» есть еще кто-то, – говорю я в рацию Валентине. Хоть и сам запретил пользоваться рациями, но случай экстренный, да и работаем мы на другой волне. – Начинай работать!

Видимо все-таки в УАЗике был сканер частот, и мой выход в эфир был замечен. Бандосы, что еще секунду назад, расслабленно стояли возле шлагбаума, обернулись назад к машине, а потом как по сигналу бросились в разные стороны. Один тут же упал как подкошенный, а второй успел зайцем заскочить в овраг справа от машины. Сбежал тот, что был помоложе и пошустрее.

– Гони вперед! – крикнул Грише.

– Бей по «Уазику», – закричал я в рацию, – он не должен уехать и рацию лучше бы тоже заткнуть! Мелкий, бей из СКСа по их машине! – отдаю я приказ младшему Сиротину. – Стреляй без остановки!

Сам высунул в окно ствол автомата и открыл огонь по вражеской машине и тому месту, где последний раз видел бандита. Бил короткими очередями по два – три выстрела.

– Забирай вправо, – приказал Грише. – Готовься, сейчас притормозишь, я выпрыгну. А сам проедь вперед метров сто, чтобы ты контролировал правый борт их машины. Тебе длинный автомат, мне короткий. Тормози! – крикнул я.

Машина резко встала, я открыл дверцу и вывалился наружу. Понеслась!

Встал на одно колено, выпустил половину магазина одной очередью, прошив борт «буханки» по всей длине. И тут же короткая перебежка к ближайшему укрытию – небольшой складке, похожей на могильный холмик. Плюхнулся за ней, добил остатки магазина в «буханку», перезарядился.